H.I.V.E. Гранит 2 (СИ) - Баковец Михаил

- Сочувствую, Гранит. Понравилась девчонка? – произнесла Клеопатра.

- Не в том смысле как ты подумала, Клеопатра. У неё есть стержень, нет ненужной злости, эгоизма и прочей человеческой гнили. Очень обидно, что Улей так с ней обошёлся.

- Мне понятна твоя боль, Гранит, - тихо сказала женщина. – Но иногда её невозможно ничем прекратить, - потом спросила. – Сколько она ещё протянет в своём костюме?

- Десять-двенадцать часов хватит батареи, если не заниматься ничем активным. Ноут ищет возможность зарядить их, но даже если и сумеет, то Астре всё равно однажды придётся снять экзоскелет. К тому же, свежих фильтров для него нет, а они важны не меньше энергии для костюма.

Хозяйка Башни помолчала, потом предложила:

- Я могу выделить для неё помещение, которое можно будет превратить в герметичную и стерильную камеру. В ней она протянет долго. Но однажды всё равно или случайно заразится, или специально выйдет наружу, когда тоска заест. Насчёт фильтров могу помочь, точнее с простыми дыхательными масками. У меня кое-какой запасец от внешников.

- Я буду очень благодарен, если так сделаешь, - произнёс Гранит. – Расходы я оплачу.

Женщина кивнула.

- Ещё кое-что… - трейсер сделал многозначительную паузу.

- Стаф, отведи Ирину к Ноуту и возвращайся, - сказала Клеопатра, поняв, что стоит за молчанием собеседника, и добавила. – Гранит, всё расскажешь, когда он вернётся. Так или иначе, ему всё равно придётся помогать мне в том, что ты хочешь предложить. Это если меня заинтересуют твои слова.

- Заинтересуют. Готов поставить себя целиком на кон против твоего старого тапочка, что ты будешь сильно удивлена и заинтересована.

- Да ты никак фетишист, Гранит, - широко улыбнулась хозяйка Башни.

- Посмотрим, что ты скажешь, когда услышишь моё предложение, - не поддержал шутку тот.

Стаф отсутствовал четыре минуты.

- Так, что ты там хотел рассказать? – поинтересовалась у своего гостя Клеопатра.

- Ты знаешь, что есть одно средство, которое помогает получить в Улье иммунитет тому, у кого его нет? – вопросом на вопрос ответил ей Гранит.

- Знаю. Ты же белую жемчужину имеешь в виду? – женщина стала очень серьёзной. Изменения в поведении женщины были так разительны, что Гранит подобрался, почувствовав угрозу с её стороны. Но чем он мог вызвать такое отношение? Простой вопрос и упоминание самого ценного хабара не могли быть этой причиной. Тут что-то другое, куда трейсер по незнанию вляпался.

- Про неё. Тебе неприятен мой вопрос?

- Не неприятен, тут другое. Продолжай… хотя, стой. Давай я тебе кое-что расскажу сначала, чтобы ты не строил иллюзий. Белая жемчужина настолько редкая и баснословно дорогая, что её почти невозможно купить. Достать лично ещё сложнее. Неужели ты думаешь, что я не пыталась заполучить её в свои руки за эти годы?

Тут в голове Гранита что-то щёлкнуло. У него появилось предположение, почему так напряглась женщина и её помощник после безобидного вопроса. И куда исчез муж Клеопатры.

- Я всё это знаю, - подтвердил он. – А ещё я знаю, где можно взять этот… этот ресурс.

Его слова, как громом поразили собеседников трейсера. Стаф даже на пару секунд уронил челюсть и сидел с открытым ртом.

- Ч-что? – сиплым шёпотом переспросила его Клеопатра.

- Я знаю, где взять белый жемчуг. Нет, точнее будет, я в курсе, где сейчас находится скреббер, - на последнем слове Гранит непроизвольно понизил голос, почти прошептав его. Что поделать, иммунные слишком суеверны, это у них намертво въедается в кровь. А трейсер ещё и на земле был военным, у которых приметы в чести как ни у кого больше. – Он сидит не очень далеко.

- Где? То есть, откуда? – пришла в себя женщина.

Гранит рассказал ей про неудачный рейд Хана за платиной. Рассказал почти всё, умолчав о нескольких подробностях, которые не нужно было знать его слушателям.

- То есть, получается, ты нарушил подписку. Не боишься, что Лазарь тебе ответку сделает? – произнёс Стаф.

- Плевать мне на подписки, когда дело касается жизни небезразличного мне человека, - отмахнулся от него трейсер.

- Это всё интересно, конечно, - задумчиво сказала Клеопатра, сделав знак Стафу, чтобы тот замолчал. – Но кубинцы уже могли его найти и убить.

- Не нашли и не убили. После того, как скреббер меня ранил, у меня иногда появляется чувство или знание, что он жив и где точно находится. Не знаю, как точно это описать, - пожал плечами Гранит. – Мы, словно стали вместе связаны.

- И ты… знаешь… где… - выдержка Клеопатры вновь сдала сбой, сдавив ей горло спазмом. Каждое слово женщина буквально выталкивала из себя.

- Я знаю, где он сейчас находится.

Из хозяйки башни, словно вынули стержень. Хотя, нет, не стержень, а убрали острое шило, которое пронзало её снизу доверху. Она расслаблено откинулась на спинку кресла, буквально растекшись в нём.

- Гранит, а Гранит?

- Что?

- А туфельку или берц возьмёшь? – вдруг сказала хозяйка Башни и широко улыбнулась.

- Что?! – у трейсера от такого резкого перехода в разговоре чуть глаза не полезли на лоб. В первый миг он подумал, что у женщины случилось помутнение разума, что наконец-то пришла «белочка» после её недавнего дикого запоя, спровоцированная ошеломительной новостью про шанс спасти родителей, который она уже не один год пытается выцарапать у Улья.

- Я же проиграла пари. Готова выплатить проигрыш, вот только старых тапочек у меня нет, поэтому предлагаю что-то похожее.

- Ну, ты вообще, - покачал головой Гранит.

В ответ Клеопатра весело и задорно рассмеялась.

ЭПИЛОГ

ЭПИЛОГ

Гранит во второй раз встретился с внешниками по делам торговли, и опять это был немец Гоц.

- Здравствуй, Клеопатра, рад видеть тебя, - первым поздоровался немец с хозяйкой Башни.

- Привет, Гоц. А тебя всё ещё не повысили? Сколько ты уже лазаешь в Улей? Не надоело рисковать своей головой?

- Мне здесь нравится, - пожал он плечами. – Интересный мир, полный невероятного сюрреализма. А ещё хороший оклад и отличная премия за каждый выход сюда.

- Да-да, зарплата и премия – это очень важно, - усмехнулась Клеопатра. – Я тебя позвала на срочную встречу, чтобы ты мог увеличить их. Очень сильно увеличить.

- Что тебя интересует? Оружие? Техника?

- Оружие, причём, не ширпотреб.

- Конкретнее.

- Несколько зажигательных ракет, что-то похожее на эрпэо «Шмель», но мощнее. Смесь в зарядах нужна тоже мощная, можно с белым фосфором. Запуск со станка или из переносной трубы.

- Такое даже не проси, - отрицательно мотнул головой немец. – Меня перестанут пускать в Улей, если я предложу командованию такое. Решат, что я стал твоим агентом.

- Надо, Гоц, - проникновенно сказала женщина, - очень надо. За три таких заряда я заплачу любую цену. Разумеется, в рамках приличия. Но сначала – ракеты.

- Срочно нужны?

- Не представляешь как. Если ты или те, кто там над тобой сидит, будут раздумывать больше недели, то предложение сниму. Но после такого порву все отношения с вами и подниму вопрос с остальными авторитетными иммунными, чтобы они поступили так же. Мало того, я и другие перестанем сдерживать стронгов. Ты знаешь кто это?

- Знаю, - немец обжог собеседницу злым взглядом. – Угрожаешь?

- Ничуть, - спокойно ответила ему хозяйка Башни. – Я сообщаю, что если внешники в одностороннем порядке порвут со мной взаимно полезные отношения, то я порву все связи, которые ведут к вам. А вместе со мной и те, кто прислушиваются к моему мнению, и кто зависит от меня. Гоц, ты просто не представляешь, сколько народу проходит через мою Башню. И как им будет досадно потерять возможность безопасно отдохнуть и подлечиться у моего знахаря, купить редкие товары и многое другое. Минимум половина ваших постоянных клиентов, которые издалека приезжают, решат, что овчинка выделки не стоит, и махнут на вас рукой. Представляешь, какие это потери, а?