Михаил Сухоросов - Наемник (Пришлые-1)

- Да ладно, чего уж там... Моя шкура не намного дороже твоей - Братство чужих резидентов отчего-то не любит, а в Ордене по какой-то причине спалившиеся агенты не котируются.

- А как насчет конторы нашего с тобой друга-рейнджера?

- Есть причины подальше держаться. Здесь безопасней.

- Вот уж ты придумал... - я поскреб бороду. - Схлестываешься с Братством, прешься с секретной миссией куда-то, где они себя как на своем Архипелаге чувствуют, да еще к гоблинам в пасть...

- Причины достаточно веские. Я здесь, похоже, до конца засел.

- И почему так?

- Знаешь, я тебе и так слишком много... не сказал.

Герман хлопнул себя по ляжкам:

- Ладно, потрепались, пошутили, а уже совсем рассвело. Потрескаем давайте - и по коням, надо засветло подальше убраться.

Пожрали мы в полном молчании, сосредоточено и неторопливо, запасаясь силами на весь дневной путь. Тучи рассеялись, от реки пополз туман, и плечо у меня снова дико разнылось. Так же в гробовом молчании покурили и двинулись к лошадям. Ардах запрыгнул в седло и отъехал, ведя в поводу лошадь с поклажей, а я уже вдел ногу в стремя, когда Герман вдруг негромко бросил:

- А знаешь, ты ведь сильно изменился...

У меня даже рожу на сторону повело, я резко повернулся к нему:

- Изменился, говоришь? Попоробуй чисто для интереса пропасть без вести раз этак пару-тройку - поневоле изменишься.

- Твоя правда, - вздохнул он. - Я тоже как переродился... А, чего уж там говорить, оба мы с тобой тут до самой смерти завязли. Тебе убраться отсюда не дадут, во всяком случае, постараются, а мне тут даже нравиться начинает. По крайней мере, мной тут не интересуются... слишком активно.

- А ты вообще в курсе, что за мою голову обещали?

- Угу...

- Нет, - я наставил на него палец, - но ты сам-то в это веришь? Что я диверсант, ходячая бомба?

Он совершенно неожиданно рассмеялся - точно так же, как когда-то давно:

- Опять ты в своем репертуаре! Эти сказки дядюшки Дэна пусть кто-нибудь другой слушает. Мне такое продать не выйдет. Покиваю с умным видом и пошлю далеко-далеко.

Я ухмыльнулся было в ответ, но Герман снова посерьезнел:

- Знаешь, по-моему, все это тянется с того дела, когда ты без вести пропал. И с тех же пор все эти деятели и шишки на тебя слишком большой зуб имеют.

- Вероятно, - я пожал плечами. - Кому-то не хочется, чтоб я проболтался.

- О чем?

Я закусил губу, пробормотал сквозь зубы:

- Вот это я и хочу выяснить.

Он вскинул брови, но с удивлением своим справился быстро:

- Знаешь, я на твоем месте к этим делам бы близко не подходил. Раздавят и не заметят.

- Пока не раздавили. Шустрый гад попался,- мы снова поухмылялись, потом Герман негромко предупредил:

- Еще совет: пушкой не пользуйся. А лучше выкинь ее от греха подальше.

- Разберусь, - пообещал я. Герман некоторое время смотрел мне в глаза, потом Ардах призывно свистнул и замахал рукой. Герман протянул мне ладонь:

- Ладно, живы будем - может и свидимся. Тогда и накрутим кое-кому хвост. Хватит тебе уже в погибших числиться.

Я молча стиснул его руку, потом взялся за повод - и тут он слегка подтолкнул меня в плечо и негромко пропел:

- Нам прививки сделаны от слез и грез дешевых...

- От дурных болезней и от бешеных зверей, - подхватил я, мы еще раз хлопнули ладонью о ладонь, потом Герман легко запрыгнул в седло и поскакал, не оглядываясь, вдогон Ардаху.

Я с трудом взгромоздился на своего степнячка и смотрел им вслед, пока они окончательно не растворились в тумане, потом повернул коня, подпихнул его каблуками в бока:

- Ну, мертвая! - и двинулся дальше на восток.

ГЛАВА 19

Быть одиноким ковбоем - это, конечно, до ужаса романтично, но не тогда, когда едва держишься в седле, а я с каждым часом держался все хуже и хуже. Левое плечо словно раскаленым обручем стянуло, пот глаза заливает, башка чугунная - и самое мерзкое, постоянно тянет прилечь и отдохнуть. Перед глазами все расплывается, и весь день я даже дороги толком не разбирал, следил только, чтоб с направления не сбиться. Похоже, у меня начался жар - башка то горела, то ледяной озноб наваливался, пить хотелось почти постоянно, так что вода во фляжке закончилась очень быстро.

Несколько раз мне навстречу попадались кучки всадников, но кто это был - латники герцога, егеря или просто рыцари большой дороги, я понятия не имею. Завидев меня, они еще издали принимались ржать - что и говорить, после всех приключений мой наряд и на пугало бы не нацепили. Пару раз меня даже пытались остановить, но тут я в дискуссии не вступал, просто вынимал из-за пазухи Камень и показывал им. После этого они оставляли только большое облако пыли - такие штуки, как чародейские Камни им видеть приходилось, а кому охота с Чародеем связываться? Наверно, мне жутко повезло - ни одногго орденца я не встретил.

Ближе к вечеру я все же решил дать отдых своей лошади, да и самому силенок набраться - ухитил из чьего-то стога пару охапок сена, бросил своему степнячку и уселся, привалившись к стогу спиной. Сейчас бы пару таблеток аспирина, да на боковую... Видно, все же не простая слюна у этого оборотня. Если дальше так пойдет, далеко не уеду.

Нет, вот на этом заморачиваться нельзя. В этом мире более-менее квалифицированную медицинскую помощь могут оказать только орденцы и ведуны - или Пришлые, а мне ни с теми, ни с другими, а уж подавно и с третьими встречаться не стоит. Лучше подумать, куда я дальше двинусь. На базу. А может, меня там Дэн уже дожидается? Ну вот и дождется... Пальцы непроизвольно сжали рукоятку пистолета за поясом. Предупреждал меня Герман насчет ствола... Эх, даже поговорить толком не успели! Хотя тогда б пришлось сознаться, что у меня с памятью напряги, а это вполне можно счесть за неудачную отмазку. Хоть об этом хватило ума не протрепаться, браво, Мик...

Значит, выходит, я числился погибшим? Интересно, какое время? Не меньше четырех лет, из них два года в этой дерьмомешалке. Ладно, пока не принципиально, важнее другое - он не сдал меня своему начальству. И не сдаст - начальство осталось в другой стороне, там, куда мне как раз и надо. В Столице. Но сперва проведаю ребят, Малыша и Старого. Плевать, шлепнут так шлепнут. А значит, надо ехать. Вот сейчас встану... Если еще хоть пять минут просижу, уже не поднимусь. Я кое-как утвердился на ногах, мысленно подозвал коня и взобрался в седло.

Солнце осталось где-то далеко за плечами, провалившись в багровую хмарь, воздух слегка посвежел - и мне стало чуть получше. Настолько, что я оказался в состоянии принять сообщение Юрда о погоне. Пока еще далеко, не сильная и довольно неторопливая - но все же погоня. нацеленная именно на меня, владеющая Силой. Но кто имено - Орден, не Орден - разобрать пока невозможно. А кроме погони есть, оказывается, еще что-то вроде засады впереди. Большое. Неживое. Вроде, металлическое. Довольно опасное.

Я решил не дожидаться погони и ехать вперед. До встречи с тем, кто или что меня поджидает, время еще есть, так что можно попробовать его классифицировать.

Юрду с подобной дрянью уже приходилось сталкиваться, так что определил я без особого труда - там, впереди, где-то в километре, меня дожидается один из тех, кого называют "детьми металлов". Странно, я-то думал, таких уж и не не осталось... После Напасти было их - пруд пруди, потом повыбили. Оказывается, не всех. Насколько мне известно, эта дрянь представляет из себя что-то вроде механического дракона, Силу, в принципе, излучает, но вся она уходит на поддержание жизнедеятельности этого монстра. Раритет, однако… Но как бы то ни было, конь его боится, а значит, придется этого полудракона встречать пешим.

Я едва успел отвести коня в сторонку и привязать к дереву, когда услышал тяжелый топот и скрежет, а потом и сам ящер показался из-за поворота - старый бедолага железной породы, насквозь проржавевший, в сизых пятнах окалины, смахивающий на помесь паровоза и экскаватора. Но здоровенный, метров, наверно, семь-восемь в длину, глаза с тарелку, светятся тускло-красным, как раскаленное железо. И вообще весь он раскаленный, это чувствуется, и разит от него паленым. Голыми руками его, вероятно, лучше не трогать, хотя огнем он вряд ли в состоянии плеваться. Ох и будет мне сейчас потанцевать, а то стопчет. Или поджарит.

А он заметил меня, глаза еще ярче засветились, со скрежетом раскрылась тускло-багровая пасть, усаженная искореженнымит остриями, я почувствовал тяжелое, горячее, пахнущее железом дыхание...

- Ну ты, металлолом! Вали отсюда, а то на запчасти пущу! - гаркнул я хрипло, подбадривая себя. Ящер секунды две оставался на месте, словно вникая в смысл сказанного, а потом ринулся на меня, грохоча и воняя.

На мое счастье, это чудище оказалось неповоротливым, прежде чем оно до меня добралось, я успел сообразить, что ствол тут бесполезен - кроме глаз и сочленений ящер неуязвим. Так что пришлось выдернуть меч и приготовиться к драке. Сперва он попытался протаранить меня головой, потом стоптать, я удачно увернулся и от того и от другого, чудом не оставшись без ног.