Кровь черного мага 2 - Эрик Гарднер

смерти неизбежны. К сожалению, не существует стопроцентно мудрых людей или магов — неважно кого. Они будут совершать глупости, будут переходить вам дорогу. И вы их убьете в итоге.

— Если следовать вашей логике, люди мрут сотнями в автокатастрофах на дорогах по собственной глупости. Чья это вина — производителя автомобиля или их собственная? — поинтересовался я.

— Для вашего примера существуют различные способы защиты, — парировал Орель. — Ремни или подушки безопасности. Но самый надежный способ просто не подпускать таких людей к автомобилям. Точнее, вас не подпускать к людям и магам. В заключении вы никому не сможете причинить вреда.

— Никому, кроме себя, конечно. Только почему я должен лишаться свободы и возможности колдовать из-за каких-то идиотов?

— Черная магия магия — это магия разрушения. Вы хотите что-то разрушать, господин Райнер-Наэр? — полюбопытствовал Орель и даже позволил себе насмешку. — К тому же, когда вас заполняет гнев, вы не можете себя контролировать. То, что рассказали нам о происшествии Гретзиле, тому подтверждение.

Я мысленно занес мага в черный список.

— В Гретзиле сработало проклятие, если быть более точными. Господин Райнер-Наэр тогда не колдовал, — возразила Маделиф. — Я бы вообще отнесла этот случай к магической аномалии.

— Аналогичной той, которая случилась в Ирландии? — спросил Базилиус Прегиль. — Я вчера успел пообщаться с плененными магистрами и они в подробностях описали, что там произошло. Стихийный выброс магии. Гнев. Безжалостный и уничтожающий. Сеющий тот самый хаос, которого мы пытаемся избежать. Так что в словах господина Ореля есть зерно истины. Вы ведь закончили, господин Орель? Теперь слово вам, господин Дагоберт.

Орель сел на свое место и поднялся глава австрийской Гильдии.

— Предлагаю дракона казнить, — сказал Фридемар Дагоберт.

В зале повисла гробовая тишина.

Впрочем, длилась она не долго. Зал взорвался возмущенными криками и начался ожесточенный, неконтролируемый спор. Базилиус Прегиль пытался призвать к тишине, но у него ничего не выходило.

Я только возвел глаза к потолку и мысленно передвинул имя Берне Ореля на второе место черного списка, уступив первенство главе австрийской Гильдии. Наблюдая за спором магов, я заприметил с краю первого ряда «зрительских» мест выглядывающего из-под стола кобольда.

— Эй, а можно мне кофе? — тихо спросил я. — И, кстати, как ваше имя? Привычка местных магов вызывать вас с помощью «Эй» мне что-то не нравится.

Кобольд ловко переместился к клетке. В руке его уже была дымящаяся чашка.

— Спасибо, что относитесь к нам с уважением, господин Райнер-Наэр, — отозвался кобольд. — Но это давняя традиция. Кстати, внутри клетки слишко горячо. Кофе мгновенно выкипит. А мне бы не хотелось получить ожоги или того хуже — превратиться в пепел.

— Сейчас исправлю, — я беззвучно выдохнул пару драконьих слов. — Пойдет?

— Да, спасибо.

Ледяной воздух вокруг меня потеплел. Кобольд проскользнул внутрь клетки, протянул мне чашку с кофе. Цепи, что сковывали меня зазвенели. И голоса в зале смолкли. Все стали свидетелями сцены, как кобольд отдал мне чашку, поклонился и спокойно ушел из клетки. Изобразив на лице смертельную скуку, я сделал глоток.

— Считаете, что вам это не грозит, господин Райнер-Наэр? — дрогнувшим от ярости голосом произнес Фридемар Дагоберт. — Думаете, вас не казнят?

Я молча покачал головой.

— О да. Вы сейчас думаете, что ваша ценная кровь спасет вас. Нет, она вас погубит. И всех, кто желает получать ее, — глава австрийской Гильдии обвел взглядом магов, остановился на Чистославе Черном. — Особенно вас, господин Черный. Если вы полагаете, что никто не знает, чем вы занимаетесь в вашей Гильдии, то это большое заблуждение. К вам давно все приглядываются.

— Или оставьте ваши фантазии при себе, господин Дагоберт, — процедил сквозь зубы Чистослав. — Или предъявите доказательства. Что? Ничего нет, кроме голословных обвинений?

— Ничего, найдем и очень скоро, — пригрозил Дагоберт.

Опять поднялся шум. В ход пошли взаимные обвинения. В адрес магов из Богемии полился целый поток вариаций на тему использования темной и черной магии.

Наблюдая за спором, я допил кофе. Через миг рядом оказался кобольд с новой чашкой.

— Вы, кстати, случайно не знаете, где мой кузен? — спросил я.

— Его хотели пленить, но мы его спрятали в зимнем саду.

Я в удивлении поглядел на кобольда.

— Мы решили принять ваше предложение о смене работодателя, — пояснил он. — Но только если вы утроите плату в связи с такими сложными обстоятельствами.

Он махнул рукой в сторону спорящих магов. Я тихо рассмеялся.

— По рукам. И передайте от меня кузену, чтобы на этот раз сидел тихо и не высовывался, если вдруг он вознамерится мне помогать. Сам справлюсь.

Кобольд кивнул и ушел. А я заметил, что все это время, отвернувшись от спорящих, на меня смотрел Базилиус Прегиль. Он подошел к клетке вплотную.

— Кофе не хотите? — поинтересовался я.

— Почему кобольд вас не боится? У них, гномов и цвергов однозначное отношение к драконам.

— Может быть потому что я теперь его новый работодатель? — я прищурился усмешке.

Синие глаза Прегиля округлились, а брови снова взлетели в удивлении двумя черными воронами.

— Вы же не знаете, чем все закончится, что решат насчет вас…

— Я знаю чем все кончится. Вам всем нужна моя кровь, — прошептал я. — Но никто из вас не получит ни капли, если меня лишат свободы.

— Получим если захотим, вас уже «отключили» вчера. Вы не сможете нам противостоять.

— Да-да. Получите не источник магической энергии, а нечто с целым «букетом» проклятий, — заметил я. — Думаете, все так просто, господин королевский маг? Отнюдь. Вы затеяли рискованную партию. Только учтите, что на вашей стороне только король, а королева в вашей игре отсутствует.

Прегиль смотрел на меня с непониманием.

— Кого вы имеете ввиду? Госпожу Халевейн? Бросьте, она не годится мне в оппоненты.

— Не забывайте, что во мне течет кровь фризов. И я ее поддержу только из-за того, что для фризов главное…

— Свобода, — закончил за меня Прегиль и нахмурился.

Потом он отвернулся от меня, смотря на спорящих. В воздухе рядом с Прегилем возник колокольчик, зазвонил, призывая всех к тишине.

— Тишина! Слово берет Чистослав Черный.

— Господин Черный уже достаточно высказался! — мрачно заметил Фридемар Дагоберг. — А я, между тем, еще не закончил. Эти двое, — он ткнул в сторону Маделиф и