Повелитель Теней. Том 4 - Илья Сергеевич Модус

почувствовал как силы покидают меня и медленно завалился на бок.* * *

Лицо обожгло, отчего все мои чувства завопили об опасности.

Распахнув глаза, дернулся вперед и тут же почувствовал удар по лицу.

— Мой нос! — раздался визг, ударивший по ушам. — Мой чертов прекрасный носик! О, мать вашу босиком по Стеклянному лугу чтоб гуляла, Глеб, какая же ты свинья!

В метре от меня причитала Корделия, закрывшая ладонями лицо и что-то колдующая одновременно.

— Да кто ж меня с таким шнобелем замуж возьмет? — завывала магичка, а я потер ноющий лоб и прикоснулся к горящим, словно облитых кипятком щеках.

— Что произошло?

— А я говорила ей, что приводить в чувство пощечинами — глупо, — сказала Диана, подсаживаясь ко мне и с беспокойством посмотрев в глаза. — Как вы себя чувствуете, господин?

— Как будто мне чапалах Костя Дзю отвесил, — признался инстинктивно призывая магию для облегчения страданий.

Тело вздрогнуло глухой болью, но полегчало.

— Кося Зю? — переспросил сидящий напротив меня Франц. — Это что, какой-то великий воин?

— Назвал бы ты его так, я бы посмотрел как он тебе сайдкиков полную кастрюльку накидал, — простонал я, превращая обращаться к магии. — Запомни, сосунок. Костя Дзю — это непобедимый боец, который из любого может сделать отбивную. И он мой сородич.

Соврал, конечно, но самую малость.

— Понятно, — угрюмо пробормотал Франц, помешивая угольки в костре, разгоняющем ночь.

— Мой носик… — доносился скулеж в отдалении. — Меня ж теперь горные племена за свою принимать будут. Еще и своруют, женят на баране…

— С этой, похоже, все нормально, — посмотрел я на Корделию и перевел взгляд на Диану. — Что вообще произошло?

— Мы приносим глубочайшие извинения, господин, — по другую сторону от костра обнаружился тот самый беловолосый длинноух. — Наше портальное перемещение было спонтанным. Фирт обещал, что доставит поближе к вам, но, чтобы вот настолько…

Глаза привыкли к контрасту огня и темноты, и, несмотря на головную боль, я заметил, что на значительном удалении от нас разбит еще один лагерь.

Где дымит любитель кальянов и пижонско-клоунской одежды, а так же азиатка с комплексом самурая-камикадзе.

— Вы вообще кто такие? — поинтересовался я. — И какого хрена вам от меня нужно?

— Я — посол королевства дроу с Темных Островов, — представился тот. — Мое имя Нуада. Девушка, с которой вы сражались, моя телохранитель, — я уловил некоторую заминку между двумя последними словами и могу побиться об заклад, что все не настолько просто. — Ее зовут Инь Мэй. Третий член нашего отряда…

— Второй, — поправил я.

— Простите? — дроу посмотрел на меня с удивлением.

— Не обращай внимания, — я принялся массировать виски.

— О, мой чудный маленький носик-пуговка! — доносились причитания. — Теперь ты станешь таким же большим, как Непроходимые Горы и птицы начнут устраивать на нем свои гнезда…

— Диана, — обратился я к девушке.

— Да, господин?

— Возьми свой щит и трахни им эту симуляторшу, — попросил я. — И так голова раскалывается, а тут еще… Эй, подруга, ты чего покраснела-то?

— Ну вы и извращенец, — Франц сплюнул в сторону. — Я много дерьма в жизни повидал, но такой вид казни…

— Похоже, что легенды о жестокости Практиков имеют много общего с реальностью, — задумчиво произнес дроу. — Впрочем, не мне вас осуждать...

— Ебанутые ебанушки, — простонал я. — Не в том смысле!

— А какой еще может быть смысл у приказа трахнуть мага иссушающим щитом? — удивилась, краснеющая не хуже углей нашего костра Диана.

— Не бери в голову, — махнул рукой я. — Не надо с ней ничего делать. Надоест симулировать — сама придет. Так какого хрена вам от меня надо, многоуважаемый остроухий посол?

Нуада, дернув щекой, посмотрел в сторону своего лагеря, после чего произнес:

— Мы столкнулись с величайшей угрозой для нашего народа и…

— Не интересно, — признался я.

— Простите? — опешил тот.

— Нет, — ответил я. — Не прощу.

— Я не совсем понимаю…

— Добро пожаловать в клуб, — поздравил я. — Мне тоже неведомо до самых нитей ДНК, какого хрена чуть ли не каждый мудак считает, будто я должен порвать последнюю рубаху и ринуться в бой с какой-нибудь хтонью для чего-нибудь спасения?

— Но ведь… — Нуада захлопал глазами. — Вы же Практик…

— Кажется таких как мы считают злодеями высшей категории, — напомнил я. — С каких пор я переквалифицировался в героя? У меня и своих проблем полный геморрой размером с винную бочку. И что-то за меня никто не собирается решать эти проблемы.

Посол несколько секунд сидел молча, после чего покачал головой.

— Так не может быть… Вы наша последняя надежда…

— Мимо, — прокомментировал я. — Оби-Ван живет по другому адресу. Я не тот дроид, которого вы ищете.

— Я не совсем понимаю вас… Мой народ стоит на грани вымирания!

— Премного сочувствую, но мне наплевать.

— Да как вы можете? — искренне удивился Нуада. — Практики создали дроу! Мы были вашими верными солдатами! Мы единственные во всем известном Аурхейме, кто продолжает вас помнить и использовать темную магию…

Я посмотрел на посла, после чего усмехнулся.

Обратившись к Магии Теней сформировал (скрипнув зубами от боли в черепе) зеленовато-белое пламя на ладони.

— Похоже на темную магию? — уточнил я.

Темная магия — это еще один подраздел Магии Теней.

Цвет души того, кто ее использует — черный, как нефть.

Не так отвратительно, как некромантия, но синоним темной магии — магия крови.

Там, где некроманты подчиняют мертвецов, адепты темного искусства могут заставить служить себе живых.

Нужны лишь правильные обряды и хорошая фиксация того, чью кровь ты решил обернуть против воли донора.

Посол не маг, пусть его душа и черна как пот на лбу представителя нилотского народа.

Если правильно помню, то нилоты на Земле — самые черные из черных, и даже сама ночь завидует их цвету кожи.

— Я прошу вас, — уже тише сказал он. — В королевсте людей создаются монстры — живые умертвия, впитавшие в себя силы зверолюдов. Мы видели их своими глазами и едва ушли от них живыми. Точно такие же твари атакуют мой народ на Темных Островах, а будущий король вот-вот сочтется браком с нашей принцессой. Вы представляете себе, каких тварей он сможет сделать из представителей моего народа? Живые умертвия остаются при своей магии после трансформации в высшую нежить! Дроу стали заложниками махинаций, которые для чего-то проворачивает принц Воль Де Мар…

Последнее имя заставило резко поменяться в лице обоих Отеллов.

Да и мне удовольствия не доставило.

Посмотрев в сторону, желая взять передышку от