Остаться сильным - Олеся Шеллина

и в людях разбирается. Вот только насчёт меня чуть-чуть ошиблась. У меня есть только один долг, перед кланом. Все остальные долги я всем своим кредиторам прощаю.

А с дедом неудобно получилось, но смешно. Я вчера ржал, как тот единорог, и никак не мог остановиться.

В общем, за ужином я решил позвонить деду, чтобы предупредить о возможном визите.

— Я слушаю, — буркнул дед, что было странно, потому что он не назвал меня по имени. И тут я услышал, как он, отодвинув от уха трубку, проговорил. — Маргарита Сергеевна, вы знаете, у нас довольно прохладно, может вы шубку накините? — и кашлянул. Мне сразу стало очень любопытно, что же Марго надела такого, что даже деда, который просто кремень в плане женщин, проняло.

— Ну, я хотел тебя предупредить, но, похоже, опоздал, — философски заметил я, когда он снова поднес трубку к уху.

— Спасибо за заботу, ты удивительно вовремя ее проявил, — ядовито ответил дед. — А ведь я недавно серьезное ранение перенес и вообще уже не молод, так же и сердце может не выдержать.

— А ты поддайся, вдруг тебе понравится? Поди не каждый день тебя так сильно хотят соблазнить всего-то за какой-то паршивый телепорт, — и я заржал.

— Тебя не спросили, советчик хренов, что мне делать. Сам, поди, разберусь, — и он отключился.

Интересно, воспользовался он моим советом или нет? Марго права, он ещё не древний старик и вполне в форме. Ведьма особо недовольной не выглядит, опять же. У кого бы спросить, меня же разорвет от любопытства. О, у нас же есть Назар Борисович, точно.

Я пошёл на улицу, справлять потребности, а вот на обратном пути задержался, доставая телефон.

— Константин Витальевич, что-то случилось? — голос Назара Борисовича звучал напряжённо.

— Нет, все, что могло, уже давно случилось. А почему, когда я кому-то звоню, это первый вопрос, который мне задают? Причем абсолютно все? — не удержавшись, спросил я.

— Потому что вы никогда не звоните, чтобы просто поздороваться. — Вздохнул Назар Борисович. И сразу быстро проговорил. — Извините, Константин Витальевич. — Дальше он, видимо, убрал телефон от уха и прижал к груди, но я все равно расслышал, как он с изрядной экспрессией произнёс: — Нет, я не продаю своё ружьё. Александр Всеволодович, вы уже вчера об этом спрашивали и позавчера, и с тех пор ничего не изменилось. Откуда вы вообще о нём узнали?

— Упс, как неудобно получилось, — я хмыкнул, но тут Назар Борисович снова ответил.

— Это какое-то помешательство. Дома творится чёрт знает что. Ремонт, подготовка к свадьбе, постоянные консультации с юристами по поводу слияния. Очень помогает ваша помощница, но девочка скоро падать начнёт. — Он вздохнул. — А вы что-то хотели, Константин Витальевич?

— Ну, я просто хочу узнать, дед, случайно, вчера не снял стресс с помощью одной рыжей красотки? — я закусил губу, чтобы не рассмеяться.

— Почтительный внук никогда не станет задавать такие вопросы. Дама ушла через четыре часа и, судя по всему, она получила желаемое, — чопорно произнёс Назар Борисовича.

— Значит, расслабился, — я всё-таки хохотнул. — Молодец. Дед ещё у нас ого-го, орёл. Но, как почтительного внука, меня это, конечно, не интересует.

Посмеиваясь, я отключился и вошёл в дом. Так и хотелось подколоть Марго, но я сдержался. Она смирилась, что у нее никогда не будет детей и полноценной семьи, и теперь просто берёт от жизни всё, что та может ей предложить. Многие на это не способны, а она молодец, и действительно молодец.

За завтраком Марго составила нам компанию. Бедный Миша просто очумел, когда увидел, её. Она же рассматривала его весьма откровенно, чем просто в ступор вогнала.

— Пожалуй, я здесь останусь, — сообщила она, почему-то красному парню. — Дом мне нравится. А остальные пусть хоть палатки в лесу разбивают, мне всё равно.

— А ничего, что здесь только две комнаты, и мы всё ещё здесь? — поинтересовался я.

— Пф-ф, — Марго махнула рукой. — Мне и одной комнаты хватит. Ну в крайнем случае, к вам присоеденюсь. А ты не красней, — бросила она Ире. — Это тоже опыт. К тому же, весьма любопытно, насколько он силен, — и Марго рассчетливо посмотрела на меня. — Разве тебе не интересно, сможет ли его дар придавить наш совместный?

— А нежить не полезет? Если Костя не справится? — Ира хоть и покраснела, но отвечала четко.

— Некому здесь лезть, всех один красавчик сожрал, которого мне показать никто не хочет, — и она, прищурившись, посмотрела на меня.

— Пошли, — я махнул рукой, поднимаясь из-за стола.

Мишка так и остался посредине комнаты стоять, уставясь в стену. Наверное, для него всё это было слишком откровенно. Ничего, пусть привыкает, ему ещё с Марго долго предстоит общаться, потому что, я глубоко сомневаюсь, что они быстро решат проблему транспортировки единорога.

Когда мы спустились к кругу, единорог кого-то жрал. Судя по всему это когда-то было рэйфом. Вот что в нем жрать-то? Но, видимо, монстру нравилось. Во всяком случае, недовольство он не проявлял и истощенным не выглядел.

— Господи, боже мой, какой красавец, — Марго просто пожирала его глазами, а её щеки раскраснелись, словно она героя своих девичьих грёз увидела. Который жрал, мать его, старые кости! М-да, тяжёлый случай.

Я покосился на Ведьму. У меня складывалось странное впечатление, что увидь она Зелона, да ещё и в боевой ипостаси, я вряд ли сумел бы от неё убежать. Слишком уж зелёные глаза горели, когда она на инфернальное создание смотрела. И дело тут явно не только в деньгах.

Единорог перестал жевать, сглотнул и повернул голову в нашу сторону. Его глаза полыхали огнём, а из ноздрей валил дым. Осмотрев нас по-очереди, он повернулся ко мне и тихонько заржал. Я же только развел руками.

— Извини, приятель, но Паразит он паразит и есть. Приходит, когда хочет, я на него никак не влияю. Но. Я тебе вон, двух чесальщиц подогнал. Если нападать не будешь, они тебе спинку почешут. — Всё время, пока я говорил, единорог смотрел на меня, наклонив голову. А когда я закончил, то тихонько заржал.

— Керн, твою мать, почему он тебя слушает? — прошипела Марго.

— Да будешь тут слушать, когда только одного мужчину видишь, в толпе дамочек, которые смотрят на него так, будто готовы шкурку прямо здесь спустить. — Я покосился на Ирину, которая смотрела на единорога, как завороженная. Она даже на нас с Марго не реагировала.

— А как его зовут? внезапно спросила Ира, повернувшись ко мне.

— Понятия не имею. — Я пожал плечами. — А как бы тебе хотелось, чтобы его звали?

— Мне кажется, что ему подошло бы имя — Зелон, —