Жатва - Алексей В. Мошков

Конечно, он может срочно найти Кэтти Снарк и вытрясти из нее все, что ей известно, но это был не самый идеальный план действий. Куда лучше будет отыскать саму похищенную четверку и взять интервью у этих отважных ребят и девчонок. Однако для того чтобы сделать это, отважные ребята и девчонки должны быть как минимум живы. Как у всякого хорошего репортера, у Джима были связи и в полиции, и в Вооруженных Силах Земной Федерации. Поразмыслив, он пришел к выводу, что СОР для такого дела не годится, слишком много волокиты. А с военными нужно быть поосторожнее. Похоже, они-то как раз и замешаны во всем этом…

Оставался только один вариант. Был у Джима номерок, который он хранил в памяти личного смарт-браслета на самый крайний случай. И если нынешний случай не самый крайний, то второй раз ему воспользоваться этим контактом, скорее всего, не позволят. Лэндом для приличия немного помялся и набрал заветный номер. Абонент откликнулся не сразу. Репортер сказал: «Алло! Это Джим Лэндом!» и несколько минут слушал только отдаленный гул и шорох помех. Наконец глубокий усталый голос произнес: «Я вас слушаю, мистер Лэндом…»

Джим рассказал все, что ему было известно о похищении Гэри Каппера, Кристы Баал, Мэла Линна и Сабины Ивик, и попросил разрешения взять у них интервью, как только они будут найдены. Ответа ему снова пришлось ждать изнурительно долго, словно его собеседник находился за миллионы миль от Земли. А может, и находился… Потом тот же голос сказал: «Хорошо, мистер Лэндом. Вы будете оповещены о месте и времени интервью. Благодарю за информацию». И на том конце радиоволны контакт был прерван. Несколько мгновений «безработный Грей» столбом торчал посреди улицы, привлекая внимание стражей.

Использовав заветный номер и отрезав себе тем самым возможность обратиться по нему еще раз, Джим почувствовал себя обманутым в самых лучших ожиданиях. Он верил, что человек, с которым он только что разговаривал, если эти короткие реплики, разделенные паузами космического масштаба, можно назвать разговором, спасет четверку героев. Для этого у него есть все средства. Но теперь роль самого репортера Лэндома сводилась к пассивному ожиданию. А он этого не любил. Репортер канала светской хроники подобен волку, предпочитающему падали парное мясо, которое только что удирало от него во весь опор.

И теперь по всем законам репортерского жанра он должен броситься по следу, куда бы тот его ни привел. Вот только перед ним было две цепочки следов и вели они в разных направлениях. Джиму предстояло решить, за кем ему сейчас броситься в погоню. Сделать это было весьма затруднительно, ибо погоня ни по одному из следов не гарантировала успеха. Знаменитый режиссер Энтони Пирс или скромная сотрудница филиала корпорации «Жатва» Кэтти Снарк?.. Кэтти Снарк – так решил Лэндом. Если потребуется расписаться в брачном договоре в обмен на информацию о происходящем в «Жатве», он это сделает.

– Кэтти, дорогая! – сказал он, через десять минут входя в ее кабинет. – Ты должна помочь мне!

– Я только этим и занимаюсь последнее время, – откликнулась та, капризно надув губки. – И не вижу за это никакой благодарности.

– Как я уже сказал вчера, моя признательность будет настолько глубока, насколько ты этого захочешь…

– На этом слове я тебя уже ловила, так что не стану повторяться, – вздохнула секретарь отдела рекламы. – Что тебе нужно на этот раз?

– Помоги мне устроиться к вам на работу.

– Тебе? – удивилась мисс Снарк. – Ты думаешь, «Жатва» возьмет на работу репортера Джима Лэндома?!

– Не Лэндома! Грея. Юлиуса Грея…

– Насколько мне известно, Юлиус Грей сейчас разносит выпивку по салону одного из наших лунолетов. Мы не можем взять его на работу вторично.

– Работающего Юлиуса Грея не можете, а безработного – вполне.

– Что ты хочешь этим сказать?

– То, что в настоящий момент… – Джим прикоснулся к мочке левого уха, где у него был вживлен чип. – В настоящий момент безработный Юлиус Грей – это я!

– Да ты просто чудовище!

– Возможно, милая… – не стал спорить он. – Только учти, что в ближайший воскресный вечерок это чудовище намеревается сказать тебе то, что… давно уже пора было сказать…

И незамужняя Кэтрин Снарк сдалась. Несколько минут они с Джимом обсуждали меню воскресного романтического ужина, после чего совершенно разомлевшая девушка позвонила своей подруге из кадрового отдела. Через полчаса безработный Юлиус Грей был вторично принят на работу в корпорацию «Жатва», только теперь не в качестве младшего стюарда в составе экипажа туристического лунолета, а в роли стажера отдела по взаимодействию с общественностью и средствами массовой информации. Остальное было делом техники. Погрузившись в круговорот корпоративных слухов и получив ограниченный доступ к внутренним материалам пресс-службы, Джим Лэндом узнал все, что ему требовалось.

* * *

На опушке окаменевшей рощи его воспаленные, словно натертые песком, глаза с трудом разобрали красноватое пятно, покачивающееся примерно в пятидесяти метрах впереди – это были рыжие волосы убийцы. Тот тяжело взбирался на гребень песчаной дюны. Мэл из последних сил рванулся вперед и в несколько шагов достиг ее подножия. Увы, он опоздал. Рыжий головорез уже вскарабкался на вершину, но вдруг пошатнулся, рухнул ничком и беспомощно съехал по склону. Мэл кинулся к нему, удовлетворенно рыча, словно зверь, наконец настигший свою жертву. Он дернул убийцу за ноги, подтащил поближе к себе, схватил за огненную шевелюру, перевернул и заглянул в лицо. Глаза негодяя закатились, а рот был в крови. В груди торчала короткая и удивительно тонкая стрела.

Из Мэла Линна словно выдернули стержень. Он не слышал радостных криков, которыми вдруг огласилась пустыня, и не видел, как гребень дюны ощетинился жестикулирующими фигурами. А когда к нему спустилось несколько человек, лишь вяло подумал о том, что они могут делать с ним все, что им заблагорассудится. Теперь, после смерти Сабины, жизнь его лишилась всякого смысла. Если эти люди враги, пусть они убивают его поскорее, а если друзья, тогда им незачем с ним возиться. Ведь где-то там, в каменном лесу, умирают от жажды Гэри и Криста. Если, конечно, уже не умерли…

Кто-то поднес к его запекшемуся рту фляжку, и на подбородок пролилась восхитительно прохладная вода. Мэл судорожно глотнул, поперхнулся, вырвал из руки незнакомца драгоценный сосуд и сделал несколько глотков. Он с удовольствием опустошил бы фляжку, но, вспомнив о друзьях, решительно закрутил крышечку, что была прикреплена к ней на короткой цепочке. Подбородок у него был мокрым, и Мэл с наслаждением размазал эту влагу по лицу, вновь обретя способность воспринимать окружающее.

– Как вы себя чувствуете, мистер Линн? – спросил его