Плетения конфедерации - Антон Чернов

— Э-э-э… — зависла Зелёнка, развернулась и стала с деловой мордочкой загибать пальцы. — Медленнее станут. Слабее. Не будут бегать, да и умирать будут быстрее — ослабнут.

— Ну, в общем, смысл есть, — подытожил я, на что Зелёнка энергично ушами помахала. — На, — протянул я гоблинше кучку стальных заноз.

— Угу, это я сейчас, — приняла связку Ленка. — И хозяйка эта дурацкая. И ящерицы противные, болото мерзкое… — забормотала она, приходя «в должное состояние духа».

И покапала кровью на занозы. Видимо «ингредиент» необходимый, если не сама корябает. Заживила ранку быстро, а вот запомнить надо. Полезно может быть.

Но и злоупотреблять нельзя — мне Зелёнка живая и здоровая нужна, факт!

В ситуациях, когда нужно много мата, на большом количестве фигулин, окончательно определился я.

И поосьминожил к логову. Ленка, тем временем, на доске фактически взлетела: Славка за «должок» полёт прикрутил. Самолёт, конечно, не выйдет — жрала доска небывальщину ездока, как сволочь. На полёты, в смысле. Но минуты три — Зелёнка, не слишком напрягаясь, тянула, а тут и минуты хватило.

Поднялась над центром-манком, скинула занозы, слегка их подправляя, и сделала этакий «круг» из них, тварей с запасом охватывающий.

Ну и ко мне вернулась, так что двинули мы к логовищу уже вместе.

Логовище было скорее болотом, чем мхом — тварюк копошилось много, мох они поодиночке не проминали, а тут — в труху размололи. Но, что делать, блин. И тросы — не пачкаются. Так что под пощёлкивание рогатки, вкатился я на эту болотную поляну.

И долго, нудно, давил тварюк. Часа два, вскоре полностью перейдя в тросы. Вот просто нудная работа, но в целом — не лишняя и нужная. И заказ, да, подбадривал я задолбанного себя. Ленка раз в секунду из луча смерти постреливала, болты у неё за первые четверть часа кончились. Но не слишком это помогало, да и меня опасалась задеть. Но — при деле, и вообще умница.

Поскольку снепперы эти были вялые, квёлые, шеи их подлючие сворачивались без особых трепыханий.

— Уф, задолбался, — признался я, собрав башку из тросов, удавив последнего снеппера.

— Да, долго и противно вышло. Но надо, Кащей! — выдала подлетевшая Зелёнка.

— Знаю, Лен, спасибо, — поблагодарил я за поддержку. — Так, теперь смотрим, что за манок, — деловито огляделся я. — Интересно.

— Интересно, — согласно помахала ушами Зелёнка и нахмурилась. — Странно…

— И что у нас опять плохого? — кисло полюбопытствовал я.

Ну реально подзадолбался этим курицам ощипанным шеи сворачивать и вообще!

Вот щаз в баньку в Траке, да Зелёнку под бочёк, да и не только, размечтался я.

— Не плохое, Кащей. Странное. Во-первых, я на твои мучения посмотрела, — бессердечно хмыкнула вредина. — И подумала, что не помешало бы какое-нибудь яйцо этих снепперов прибрать. Вырастить тебе коня! Они сильные, проходимые, а на яйцо можно воздействовать.

— Ну, в общем, смысл, наверное, есть. И приятно, спасибо, — отметил я. — Но Лен, мы скоро за Славиком с Хельгой заедем. И я вот, честно говоря, точу зуб на доску. А лучше — ховербайк, — раскатал я тросы и губищщи. — Да и не мучался я особо, — признал я.

— Ховербайк — это круто, — одобрила Зелёнка. — А вот ты, может, и не мучился, а вот я — да, — закатив глазки потыкала зелёнка в место тросов, в котором у меня, в проекции, должна быть важная зелёнкоугодная деталь.

— Ну… недолго тебе мучиться, — посулил я.

— Это хорошо, — покивала Ленка. — Но яиц нет. Совсем, Кащей.

— Это ты про какие? — изящно пошутил я, но сплетать названное пока не стал — всему своё время. — Но вообще — странно. Логово, как-никак. И они только в болоте, — признал я.

— Вот да. И в округе — тоже нет. А они не живородящие!

— Может, недавно… хотя да, они тут не меньше полугода.

— Год, Кащей. И кстати, Даша говорит, что раньше тут спокойно ходили, кикиморы тут были. А появились сразу.

— Из небывальщины, глисты какие-то или змеи. Или ящерицы метаозверели, — пожал я плечами. — И цикл их этого, яйцекладения мы не знаем. Может, лет десять? Или вообще стерильные вывались из небывальщины.

— Не стерильные, да и не бывает таких. Все метазвери способны к размножению. Нечисть — не всегда, но это именно метазвери. Но цикл да, согласна, может быть несколько лет. Но странно. И второй момент. Ты ничего не чуешь?

— Ммм… Погоди, манок сильнее небывальщину колеблет, — дошло до меня. — И странный он какой-то… И как я не заметил-то? — почесал я затылок тросом.

— А он очень медленно силу воздействия наращивает. Я тоже только по цифрам заметила, случайно. И Кащей, чем больше мы убивали — тем сильнее…

— Понял, — бросил я и бросился к месту, где манок.

Точнее — в центр каши и стал в этой каше из мха шарить тросами. Потому как манок мог быть только там. Да и нихера это был не манок! нарастание воздействия выдавало… ну что-то типа ритуала, локального, сложного. А отсутствие яиц… В общем, похоже, это был не манок, а источник снепперов.

Нащупал, вытащил из трясины полуметровую бесформенную пакость. Ни мата на ней, ничего. Блямба металлическая, бесформенная. Лёгкая, кстати, фонит небывальщиной. Ленка её небывальщиной почистила — не окислилась, хотя по весу то ли сплав какой, то ли лёгкий металл люминь.

— Странная фигня, — констатировал я. — Она призывает или перемещает?

— Не знаю ещё, чародейство набирает силу.

— Разломать? — примерился я.

— Нет, не надо, Кащей. Она мягкая?

— Ну да, — демонстративно поцарапал я блямбу.

— Отлично, нарисуй вот такую цепочку, — покраснела Зелёнка, отсылая мне на визор картинку.

А я, корябая цепочки, думал. Зелёнка у меня — девочка без комплексов. У меня побольше, прямо скажем, я часто ей не отказываю, потому что… ну люблю, да. Но это ладно. Но вот ЧТО такое в гоблинских матюгах есть, что она чуть ли не каждый раз краснеет?

Интересно? Ну-у-у… наполшишечки, а то и на четверть, заключил я. Захочет — расскажет. Ещё как бы пробовать не пришлось, если любопытствовать буду, так что а ну его нафиг, да.

Нацарапал, Ленка капельку крови уронила, и блямба… обезэфирела. Похоже на часть техномагии.

— Часа четыре работать будет. Только чтоб исследовать нужен Трак и Трифон. И… ухи-хи-хи, — вдруг захихикала Ленка, чуть не упав с доски и размахивая ногами. — Ой, не могу, хи-хи-хи! — заливалась она.

— Эта… а что такое-то? — задумался я.

Вроде вот прям такого смешного ничего и не было. Нет, ну жизнь у нас — цирк с Кащеями и Зелёнками. И сказка, да. Когда для взрослых, когда