Илья Арсёнов - Сен. Развеять скуку

– Со своей охраной я сама разберусь, – резко ответила она и в раздражении прикусила нижнюю губу.

«Очень эротично, ты не находишь?»

Сброс гормонов.

Что-то чересчур меня к ней влечет. Не к добру это.

«Ага! Не забывай, что всё зло от женщин…»

Тонкие, аристократичные пальцы моей собеседницы застучали по столешнице.

– Хватит, – я прикрыл своей ладонью её руку, – не нервируй меня. Ладно? Я не уверен, что ты сейчас не подаешь сигнал своей охране. А мы же не хотим, чтобы кто-то пострадал?

– Это просто невинный жест, какой ты подозрительный.

– Охотно верю, но, как ты и сказала, я очень подозрительный. Не будем мою паранойю нервировать. И ты не ответила на мой вопрос.

– А с чего я должна на него отвечать? – она усмехнулась.

– Ты не должна, я просто попросил. Просто ожидал жест доброй воли от тебя. Я очень мирный человек и все пытаюсь решить компромиссами, – при этих словах я попробовал эмоционально передать все своё дружелюбие в её сторону.

– Ладно, ты и так в курсе этой истории, поэтому скрывать эту информацию смысла нет. Папа и вампиры решили, что лучшим решением будет свадьба Торрена и Ратиры. Минимальные потери… – при этих словах она грустно улыбнулась.

– Отлично. Ты сможешь подтвердить свои слова клятвой серраша?

Стоит рассказать, что такое серраш. У каждого Дома северных эльфов было свое тотемное дерево серраш, главная святыня каждого эльфа из этого Дома. Серраш представлял собой ледяное дерево. Правда я сам не очень понял, что это значит, но в библиотеке Бератрона находилась книга, где содержались краткая история, особенности культуры и прочее подобное о каждой расе, населявшей этот мир. Там говорилось, что северные эльфы, когда клянутся серрашом, не лгут.

– Не многое ли ты себе позволяешь, смертный? – зашипела эльфийка, пытаясь подняться из-за стола.

Не люблю применять силу против женщин, но иногда приходится.

Пришлось взять её за плечо, сильно сдавить трапециевидную мышцу, усадить обратно и зарычать в её прекрасное личико:

– Не более смертный, чем ты, – при этих словах я постарался, чтобы в моих глазах плескалось как можно больше ярости.

Она все-таки испугалась, обмякла и резко успокоилась.

«Еще бы она тебя не испугалась. Ты себя со стороны видел?»

Я даже спиной чувствовал, как напряглась её охрана. Еще пара секунд и будет драка.

– Успокой охрану! – тихонько рявкнул я, убирая от неё руку, – не доводи до греха!

Эльфийка сделала успокаивающий жест кистью руки, и я почувствовал, что напряжение в трактире спадает.

– Я не попросил ничего такого, что могло оскорбить тебя. Почему ты так взъелась? – мне действительно было это интересно, – я же попросил просто подтверждение твоих слов.

– Откуда ты знаешь об этой клятве? – ответила она вопросом.

– У меня достаточно разнообразное образование, да и нет в этом никакой тайны.

– Тайны нет, но далеко не каждый человек об этом знает, – от её вспышки гнева не осталось и следа, и теперь она заинтересованно смотрела на меня.

– Так получилось, – я улыбнулся, – много умных книг читал. Но давай обсудим это позже? Я бы с удовольствием с тобой отобедал и пообщался на такие темы. Но сейчас я все-таки хотел бы от тебя услышать подтверждающую клятву, если тебе, конечно, не сложно, и придти к какому-то решению по Торрену.

– Хорошо. Я, Рабера из Дома Снежных Рысей, клянусь серрашем Дома Снежных Рысей, что совместный совет высших вампиров и эльфов принял положительное решение о свадьбе между высшим вампиром Торреном и эльфийкой Ратирой из Дома Снежных Рысей, а также что совет не принял решение о казни Торрена. Доволен?

– Вполне. Рабера из Дома Снежных Рысей, – я представил себе снежную рысь, естественно, так, как смог, и сопоставил её с Раберой, – знаешь, а тебе идёт. Ты действительно похожа на рысь и такая же беленькая.

– Спасибо, – её улыбка растопила бы даже каменное сердце.

Сброс гормонов.

– Проясним ситуацию, – начал я, – эльфы и вампиры договорились о свадьбе? Но жениха нет, и по этой причине наверняка не сообщают о ней? Так?

– Да.

– И я уверен, что эта ситуация заставляет волноваться очень многих власть предержащих?

– Именно.

– Твое предложение, прекрасная?

– Я как раз возвращаюсь домой, поэтому заберу Торрена с собой, и уже во дворце владыки Дома Снежных Рысей он сделает предложение.

– Не подходит! – отрезал я, – у него еще здесь есть обязательства!

– Меня они не интересуют, – отрубила эльфийка, – у него есть обязательства перед собственным домом и будущей любимой женой.

Слово «любимой» она выделила в своей речи.

– Во-первых, твой сарказм не уместен, он её вроде любит. Во-вторых, как ты себе это представляешь? Что ты его прямо сейчас забираешь? Думаешь, мы дадим тебе это сделать?

– А куда вы денетесь? У меня четыре охранника, а вас с Торреном всего двое… так что… ты меня понял? – она уверенно усмехнулась.

– Знаешь, устраивать нападение посреди человеческого города мне кажется плохой идеей. И с чего ты решила, что нас только двое? – моя усмешка была не столь сексуальна.

– Не брать же в счет троих человеческих детей…

– Очень зря. Тебя не учили не недооценивать вероятного противника? Во-первых, твоя охрана очень неудачно сидит, и в случае чего эти человеческие дети успеют бросить по паре метательных ножей. А на таком расстоянии они не промахнутся. А во-вторых, ты находишься слишком близко ко мне… не хотелось бы угрожать… но ты сама понимаешь…

– У них рука дрогнет…

– В прошлый раз не дрогнула. Почему сейчас дрогнет?

– И ты не посмеешь мне ничего сделать, – это было сказано чересчур высокомерно. Интересно, все эльфы такие неуравновешенные? Что-то у Раберы чересчур быстро меняется настроение и стиль разговора.

– Еще раз! Не стоит недооценивать вероятного противника.

– К тебе это относится также в полной мере! – парировала она мои слова.

– Согласен, поэтому потери будут с обеих сторон. А смерть, знаешь ли, плохой подарок к свадьбе. Давай сойдемся на том, что ты не забираешь Торрена? И мы придумаем другой способ решения проблемы.

– К примеру?

«Эльфийка чем-то похоже на тебя».

Это еще чем? У меня точно нет такой соблазнительной груди! Я бы знал.

«Характером. Ты также быстро заводишься и отходишь».

Не замечал!

«А ты напрягись… подумай… ты же умеешь…»

После поговорим.

– К примеру, вот такая романтическая история: молодой вампир влюбился в прекрасную эльфийку. Их родители были бы только рады породниться, но тут этот молодой вампир уперся рогом, или чем там вампиры упираются, со словами, дескать я её не достоин и все такое. И сбегает из дома, чтобы набраться опыта и стать достойным руки прекрасной эльфийки. Примерно так.

– Есть натянутости, но в принципе можно и так сделать. Добавив, что этой истории не дали огласку только потому, что будущая свадьба может сорваться, и еще даже нет помолвки, – продолжила мою мысль эльфийка.

– Именно! – восхитился я, – а с тобой Торрен встретился абсолютно случайно и воспользовался тобой, чтобы передать подарок своей любимой и ненаглядной.

– Какой подарок? – удивилась Рабера.

– Я откуда знаю какой? Его еще надо придумать, найти, купить и отдать тебе. Но в целом тебе эта идея нравится?

– Вполне… Только еще пару моментов к истории надо добавить.

– Каких?

– Когда Торрен хоть немного разберется со своими текущими обязательствами, он лично прибудет в Дом Снежной Рыси и сделает предложение. Думаю, полугода для этого хватит. А когда окончательно освободится, то он приедет, и мы организуем торжественную свадьбу. Года два-три для этого достаточно. Ты согласен?

– Приятно, когда к такой внешности прикладывается такой острый ум, – я улыбнулся, – драку не будем устраивать?

– Думаю, нет, – с такой же улыбкой ответила эльфийка.

– Торрен, – обернулся я в сторону столика, за которым сидела команда, – подойди пожалуйста к нам.

После того, как Торрен подошел к нам и сел, мы с Раберой в два голоса рассказали ему свой разговор и до чего мы договорились.

После этого наступил длительный мозговой штурм по поводу подарка Ратире. Драгоценности, оружие и прочие предметы роскоши были сурово отброшены Раберой, а больше идей не было.

– Дела… – протянул я и крикнул в сторону стойки, – трактирщик, принеси мне сока лесных ягод и вина моим друзьям.

Трактирщик все принес. Мы молча сидели и пили.

– Идея! – радостно сказал Торрен, и мы с Раберой оживились, – она же немного алхимией увлекается? Да, Рабера?

– Немного – это не то слово, – ответила та, – но причем тут это? Не понимаю.

– Может, подарить ей какой-нибудь крайне редкий и очень уникальный алхимический реагент?