Пепел власти - Руслан Муха

занята, если бы не аккуратно сложенная стопка карт и бумаг на краю стола.

— Эта наверняка капитана, — сказал я, а Хаген в подтверждение кивнул и толкнул следующую дверь, которая оказалась заперта.

Еще две двери в конце и обе заперты. Хаген подошел к барону, принявшись шарить у него по карманам. Я же взялся обыскивать гвардейцев, ключ от каюты мог оказаться и у них.

— Нашел, — шепотом сообщил Хаген, продемонстрировав небольшой ключ, что выудил у барона из нагрудного кармана.

В этот миг я почувствовал, как ветробег тронулся с места, и нас слегка повело вперед. Судно отчалило.

Хаген принялся вставлять ключ в каждую замочную скважину.

— Ну давай, давай, — шептал он, поторапливая сам себя. А мешкать нам и впрямь было нельзя, в любой миг сюда мог спуститься кто-нибудь из команды.

— Есть, — вдруг воскликнул Хаген, открывая одну из дверей в конце.

Мы быстро завели нежить в каюту, зашли сами и заперлись изнутри.

— Что теперь? — напряженно уставился на меня Хаген.

— Нужно их развоплотить, — окинул я взглядом застывшую у входа нежить.

— А дальше? Нет, Тео, так мы рискуем. Нужно сначала придумать, что делать и как подстроить их смерть. Они нам могут понадобиться в любую секунду.

— У нас вариантов немного. Придется потопить ветробег. И сделать это нужно, пока мы не проплыли Масскар. Чем дальше к протоку, тем мельче река, там мы уже этого сделать не сможем, ведьма поднимет судно в воздух.

Хаген закивал, потом спросил:

— Как мы ее потопим? Сложно будет сделать это так, чтобы никто ничего не заподозрил. Да и эта Рауман. Она магистр ветра, боюсь, у нее хватит сил поднять ветробег при пробоине.

— Даже когда здесь будет по пояс воды?

— Нет, такое даже повелителю воздух не под силу, слишком тяжело, — качнул головой Хаген, — да и небесные паруса не выдержат, они не рассчитаны. Но, если она владеет гранью воды… Да и барон… Он ведь тоже многогранник, как потом объяснить, что он не смог выбраться из каюты во время крушения?

— Заклинило дверь? Он был слишком пьян? Об этом будем думать позже. Сейчас нужно придумать, как сделать пробоину так, чтобы это было предельно правдоподобно, и чтобы команда не успела заметить. И когда это произойдет, один из нас должен быть наверху и отвлекать остальных.

Час мы потратили с Хагеном на продумывание каждого шага нашего плана. Через полчаса мы уже обсуждали лишь детали и готовились. Хаген открыл одну из многочисленных бутылок с алкоголем, что были у барона, выпил сам и напоил барона. А после они вдвоем вышли с ним погулять по верхней палубе: продемонстрировать, что они пьяны, а заодно и разведать обстановку.

Пока я их ждал, примерялся к дощатому полу. Хагену за короткое время нужно будет сделать здесь много пробоин, пока я буду отвлекать команду наверху. Все должно будет выглядеть так, словно на ветробег напал тера-демон.

Хаген вернулся какой-то взбудораженный, то ли на него так подействовал алкоголь, то ли предстоящая авантюра разгоняла кровь.

— Ведьма видела, что он пьян, я старался как мог, — сказал Хаген, снова запирая дверь.

— Ничего не сказала?

— Нет, она занята ветрогоном. Но вид у нее был весьма недовольный. Судно идет на полном ходу, скоро половину команды отправят спать. Но долго ведьма так гнать не будет, наверняка побережёт силы для перелета до Сапфирового моря. А значит, спустится сюда и отправится поспать.

— А команда? Они спят наверху?

Хаген кивнул. Хотя и так было ясно, что внизу команду не разместить.

— Значит, ждем еще пару часов, развоплащаем и начинаем топить, — сказал я.

— А ведьма? Она уже может спуститься сюда. И тогда увидит воду.

— Увидит, — согласился я. — Но это уже будет глубокая ночь, и будем надеяться, что она будет смертельно уставшей и так крепко уснет, что ничего не заметит.

— Ты это… — замялся Хаген, — если и вправду уснет, выведи ее отсюда. А то потонет ведь.

Я осуждающе поджал губы. Неужели Хаген и вправду думает, что я бы оставил ее тонуть? Лишние жертвы нам ни к чему, и тут я руководствуюсь ни сколько состраданием, сколько практичностью. Нам нужны живые свидетели, которые и расскажут, как именно погиб барон.

Мы дождались, когда ведьма Рауман спустится и запрется в своей каюте. Для нее мы разыграли целый спектакль: громко разговаривали, хохотали голосами барона и гвардейцев, звенели стеклянными бутылками и железными кружками и всячески изображали пьяное веселье. Хаген еще несколько раз выводил барона на палубу, якобы подышать. Выходил и я сам, молча бродил и поглядывал, как работает команда. На меня почти никто не обращал внимания. Только один раз подошел кто-то из матросов и сочувственно поинтересовался:

— Что, малец, не дают тебе спать?

Глубокой ночью мы начали готовиться. Я подал знак, Хаген сосредоточенно взглянул на барона, который таращился на него не моргая. Мы быстро развоплотили всю нежить и еще какое-то время сидели, молча переглядываясь.

— Пора, — сказал я.

Хаген кивнул и, вскинув руки, начал призывать разрушение. На его венах забурлила черная сила, на пальцах заискрилось и заколыхалось от бурлящей магии. Хаген направил разрушение себе под ноги на пол.

— Здесь двойное дно, но ты должен сразу подняться, пока твои ноги не намокли. Уходи сейчас, — сказал Хаген.

Я и так знал, что мне пора уходить, если я намокну, это насторожит команду. К тому же я должен успеть запереть дверь.

Я вышел из каюты, но прежде чем закрыть дверь, увидел, как резко и в один миг в дне образовалась огромная дыра, Хаген продолжал разрушать уже через дыру, пока в каюту не хлынула вода.

Я запер на ключ дверь каюты и торопливо зашагал наверх.

На верхней палубе было тихо. Половина команды дремала под навесом. Один матрос стоял на вышке управления и еще капитан у румпеля. Заметив мое появление, он лишь скользнул по мне взглядом и снова уставился на реку.

Я ждал, держась за бортик палубы. Когда произойдет удар, не хотелось бы свалиться за борт. Хотя намокнуть все равно придется.

Сейчас Хаген должен уже выплыть через дыру и найти на дне реки что-нибудь, чем можно ударить по дну. Его грань земли куда более развитая, чем моя, потому он за это и взялся. Главное, чтобы у мастера хватило воздуха.

Только я об этом подумал, как услышал тихий всплеск. В том, что это Хаген вынырнул сделать вдох, я даже не сомневался. И этот всплеск привлек не только мое внимание, капитан нахмурился и посмотрел на меня, видимо решив, что я что-то бросил в