Владеющий - Михаил Злобин

– И ты готова поручиться за них? – Спросил юноша, прищурив глаза.

– Ради тебя я готова на что угодно…

Это признание почему-то далось девушке так легко и непринужденно, будто она каждый день присягала кому-либо и клялась в верности.

– Пусть будет так. Отныне именно ты станешь проводником моей воли. А Чук и Чак останутся лишь ширмой, которая прикроет тебя в случае необходимости.

Кара ничего не ответила, а лишь молча склонила голову, демонстрируя покорность. Глаза ее пылали исступленным фанатизмом, и пусть Ворган станет свидетелем, ни один мужчина в этом мире не увидит больше в ее взгляде этого пламени, кроме него…

Астра ворочалась уже половину ночи, и никак не могла уснуть. Из головы не шел их последний с Данмаром разговор. «Я убил его, потому что он был твоим женихом…» Эта фраза словно капля расплавленного металла жарко тлела в разуме, мешая думать о чем-либо кроме нее. Аристократка не знала, как ей следовало понимать это признание, а потому пребывала в полной растерянности и переживала сильнейшее потрясение.

Неужели, это все-таки было проявление ревности со стороны мальчишки? И не к кому-то там, а лично к ней?! Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Да еще и это его мягкое прикосновение ввергало сознание юной Персус в еще большее смятение. Ей казалось, что Данмар совсем чуть-чуть, но приоткрыл ей свое истинное лицо, но в то же время, она понимала, что недостаточно умна, чтобы попытаться по этому маленькому обрывку разгадать его тайну.

Демоны и их проклятые имена! Почему с этим юнцом все настолько сложно?!!

В порыве негодования на себя, на мальчишку и на весь остальной мир, Астра с силой ударила по толстой перине кулаком. Ее неопытная Искра Жизни, почуявшая гнев хозяйки, завозилась, словно пыталась поблизости отыскать того, на кого направлены эти эмоции, и помочь уничтожить его.

Встав с постели, аристократка прошлепала босыми ногами по белому каменному полу и вышла на крохотный балкончик. В ее прежней комнате, в которой девушка жила еще будучи дочерью главы, у нее была целая галерея, на которой можно хоть вальсировать. Но теперь дядя переселил ее в другое крыло, а сам со своими ублюдочными детьми занял их апартаменты. И от подобной несправедливости внутри Астры закипала настоящая незамутненная ярость.

Вдохнув полной грудью духоту теплой ночи, она попыталась унять пылающий гнев и подняла взгляд на чудесную россыпь небесных осколков. Их вид помог рыжеволосой немного успокоиться и настроиться на конструктивный лад. Как же ей разобраться в себе и в своих чувствах к Данмару? Делиться столь сокровенным не хотелось вообще ни с кем. Ни с матерью, ни Махарой. А ближе этих двоих у Астры никого и не было.

Девушка ненадолго отвлеклась от своих тяжких дум. Ей вдруг показалось, что тусклый свет звезд и осколков на короткое мгновение заслонил промелькнувший темный силуэт, и словно бы шелест огромных крыльев коснулся ее слуха едва слышимым шорохом. Хотя вполне могло быть, что это просто ветер резвится в вышине, разыгрывая своих особо впечатлительных слушателей, но аристократке показалось, что над ее головой пролетело какое-то существо.

Огромная темная птица… Может, это был какой-то знак или подсказка от высших сил? А если так, то предвестником чего она была? Грядущей бури перемен или безоблачного мирного неба? Или просто призывом действовать? Если Астра так ни на что не решится, то никогда и не узнает этого…

Ну все, хватит мешкать и сомневаться! Завтра же с утра она подойдет к Луане и посоветуется с ней. Ее мать очень мудрая и опытная женщина, она как никто другой умеет разбираться в мужчинах и их мотивах. Если к кому и стоит обратиться за советом о том, как Астре лучше сейчас поступить, то только к ней. Нужно только подумать, как обойти все острые углы, скрыть от ее проницательного взгляда эту аномальную тягу, которую девушка начинает испытывать к Данмару все сильнее с каждым днем…

Сгорбившись над кипой свитков, я прилежно скрипел пером, выводя аккуратные буковки, даже высунув язык от усердия. Мои ладони давно уже сплошняком покрылись несмываемыми чернильными пятнами, и я мирился с присутствием их на своей коже как с вынужденной необходимостью.

Когда я в очередной раз стал опускать перо в чернильницу, то случайно замарал палец, из-за чего и посадил крупную кляксу на своих записях. В очередной раз… Грязно выругавшись, я попытался быстро промокнуть ее другим куском пергамента, но только еще сильнее размазал.

– Да гори оно все огнем! – Прошипел я, сгибая пополам длинное гусиное перо, словно это оно было виновно в моей криворукости. – Астал, не хочешь немного прогуляться?

– А? – Здоровяк отвлекся от изучения собственных заметок, и посмотрел на меня. – Извини, Данмар, я немного занят. Никак не могу определиться…

Судя по тому, что воин даже не притронулся к кульку с конфетами, которые приволок с собой в комнату, озадачен он был на самом деле очень серьезно.

– Все ломаешь голову над тем, какое оружие выбрать? – Сочувственно покачал головой я, прекрасно зная о дилемме, которая занимала мысли гиганта.

– Угу… – хмуро отозвался тот. – Без своего топора я ощущаю себя все равно что голым! Чертовы Владеющие со своей Искрой…

А беда Астала заключалась в том, что он шагнул уже достаточно далеко по пути развития Анима Игнис, и приблизился вплотную к тому рубежу, за которым Аколит начинает учиться напитывать энергией свое оружие. Но вот незадача, любое древковое оружие, каковым и являлся родной топор гиганта, считалось уделом невладеющих плебеев, в то время как маги брали в руки только благородный металл. А все из-за того, что дерево гораздо хуже пропускало через себя