Зима близко. Том 1 - Андрей Валерьевич Степанов

— Нет, почему же, — смутился кирпичник. — Многие люди говорили про то, что старые карьеры очень легко определить. Уверен, что в этом месте тоже когда-то могли обитать люди. Да и в конце концов, мне кажется, что Веллент находится где-то неподалеку.

— Да? А мне говорили, что он где-то на западе, — теперь уже я ответил не слишком уверенно.

— На самом деле никто не знает, где находится этот город, — продолжил Йон. Я заметил, что Ахри его внимательно слушает и даже стук топоров прекратился — лесорубов тоже заинтересовала история кирпичника. — Некоторые утверждают, что городе Веллент был настолько велик, что его остатки можно найти и на западе, и на юге. И даже на севере.

— Но это же невозможно, — нахмурился я.

— Пакшен и его окрестности — это приблизительно семьдесят на семьдесят километров, — ответил Йон. — Карту эту я видел давным-давно.

— У меня есть карта. Я отправил за ней Конральда, — поспешил прокомментировать я. — Но не знаю, насколько она старая. Может, много из того, что на ней имеется, уже нет.

— Тем и лучше! Потому что каждая новая карта дает все меньше и меньше. Сам видел, что находится за Бережком.

— Разломанная лесопилка и рухнувшая башня, — припомнил я.

— Именно. Десять лет назад все было целым. А в моем детстве и засеянных полей тоже больше было. Все разрушается, но далеко не все воспроизводится обратно.

— Так к чему ты клонишь? К тому, что где угодно сейчас можно найти остатки Веллента, засыпанного землей? Или что каменные карьеры находятся совсем рядом и нам не нужно далеко ходить?

— Последнее, — кирпичник принялся смотреть по сторонам. — То, что сейчас — овраг или яма, раньше могло бы разработкой камня. Или даже не разработкой. Размыло ручьем, талой водой по весне унесло землю — и все.

— Интересно рассказываешь, — подал голос Ахри. — Но только ничего непонятно. Земля же вот она. Копай и копай! — он потыкал носком между корней большого пня.

— Молодежь, — ухмыльнулся Йон. — Ты-то хоть знаешь, что за чем идет?

Я попытался припомнить, чему меня наверняка учили если не в строительном колледже, то где-то еще, но память отказалась работать.

— Грунты же разные бывают, хотя бы это вы должны понимать, — настороженно произнес Йон. — Это мне говорил мой дед, а ему — его дед, хотя уже на то время никого этому не учили. Знания были в семье.

— Так у тебя вся семья занималась глиной и кирпичом? — восхищенно протянул Ахри.

Мне вдруг показалось, что паренек малость туповат. Но винить его в чем было бы неправильно — я сам долгое время адски тупил, не понимая толком, что происходит вокруг.

— Да, последние десять поколений, как я помню.

— Ух ты...

— Да, понимаю, что разные, — встрял я. — Есть земля, есть песок, есть глина.

— Другое дело, — выдохнул Йон. — Только на самом деле все еще чуточку сложнее. Какие-то грунты воду пропускают, какие-то нет. Некоторые, выходя на поверхность, предваряют исключительно единственную комбинацию. Например, суглинки почти всегда рядом с глиной, но глина иногда может выходить и в чистом виде.

Я слушал, пытаясь представить себе тот или иной слой почвы, но получалось не очень.

— Да и глина бывает разная. Синяя. Красная. Белая. В зависимости от условий, в которых она образовывалась.

— Ученый, — с нотками зависти выдал Ахри. Йон же продолжал, ничуть не смущаясь:

— На глине растительности меньше. Но не на камнях. И в этом сложность поисков. Обнаружив мало растительности, мы скорее найдем глину. Любую, не суть какую. Но не камни. Так что, во-первых, есть разница между одной землей и другой. А чтобы найти камень, и это во-вторых, не всегда нужно копать.

— Почему это? — любопытствовал Ахри.

— Потому что камни, по сути своей, они везде есть. Под ногами. Но в одном случае надо прокопать полметра, а в другом — метров двадцать. А то и сорок. Разницу ощущаешь?

— Да, — закивал охотник. — Лучше найти, где копать полметра.

— Вот надо найти место, где копать вообще не надо.

Кирпичник объяснял теорию так четко, что даже мурашки по коже побежали. Как хорошо Конральд знал основы боя, так и Йон разбирался в земле, песке и камнях.

— Может, пойдем дальше? — предложил я. — Все это очень интересно, но нам лучше не языки чесать, а дело делать. Ну? — сказал я чуть громче, когда никто не двинулся с места.

Йон смотрел по сторонам, определяя направление, Ахри задумчиво тыкал кончиком лука себе в носок сапога. Наконец, кирпичник отправился дальше, а мы все последовали за ним.

Он каким-то образом пытался найти самый короткий путь к потенциальному источнику камня. Ахри шел, держа стрелу наложенной на лук.

— Ты сказал, что это все тебе от деда передавалось, — продолжил я казалось бы забытую тему разговора. — А что, хороших мастеров сейчас уже почти не осталось?

— Все мастера, которых я знал в своей жизни, и даже познакомился после того, как оказался в Рассвете, — ответил мне Йон, — минимум три поколения передавали знания исключительно своим потомкам. А получали от своих предков.

— А что, разве не осталось каких-то книг, по которым кто угодно мог бы выучиться? — спросил я.

— Есть такие, — прозвучал ответ. — Есть, и многие существуют даже не в единственном экземпляре. Но многие из них такие ветхие, что могут не пережить и следующего поколения. Кто знает, сколько книг пропадает регулярно, — продолжил Йон. — Знаю я это лишь потому, что когда-то моя семья тесно общалась со многими другими, пока не случилась очередная война и... там кто-то погиб, кто-то пропал, а некоторые говорили о том, что искали и изымали книги. Те самые, по которым отцы учили своих детей. Опасаюсь, что мне моих детей учить будет уже очень сложно.

— Почему? Ты же вроде бы многое знаешь! — воскликнул я.

— Потому что в книгах были чертежи, рисунки, схемы. Их сложно передать.

— Но это не лишает тебя возможности написать собственную книгу.

— Не лишает, — согласился Йон. — Но многие секреты старины постепенно теряются. И так не только в моей области. Но во многих других.