Корректор реальности - Алексей Губарев

Ознакомительный фрагмент

кричать не мог. И всё же мой разум пытался бороться с подступающей со всех сторон, обволакивающей тьмой. Неосознанно, на одних инстинктах, остатки сознания начали создавать прямо внутри тела технику "исцеляющей воды', а левая рука потянулась к поясу, на котором была закреплена аптечка с лекарствами.

Казалось прошла целая вечность, прежде чем игла шприц-тюбика вонзилась в бедро, и алхимическая смесь начала действовать. По телу прокатилась волна жара, и сознание наконец-то начало вырываться из облепившей его тьмы.

— А ты живуч, чужак. — словно сквозь туман, прозвучал надо мной незнакомый голос. — Я думал, придется тебя реанимировать, но нет, сам справился.

— Как ты нашёл меня? — с трудом произнёс я, чувствуя, как остатки одежды стремительно пропитываются моей кровью.

— Брать с собой ружьё иносов было большой ошибкой, чужак. А ведь стоило бы усвоить тот урок, когда мой слуга, капитан Курц, почти выследил тебя на побережье. В каждом артефакте слуг порядка содержится маячок, который позволяет определить его примерное местонахождение. Ну а здесь, на окраине железной паутины, слишком мало тоннелей, так что проследовать за тобой было не сложно.

— Зачем я тебе? — я по прежнему лежал на животе, по прежнему не мог нормально мыслить из-за боли, терзавшей спину и правое плечо. Судя по всему, мне оторвало руку, иначе как объяснить, что лекарство уже перестало действовать, и сознание вновь начало погружаться во тьму.

— У тебя есть то, что мне нужно. — прозвучал удаляющийся голос иноса. — Майор, срочно вколи ему блокатор, и останови кровотечение, иначе мы потеряем его.

Наконец спасительное небытие избавило меня от нестерпимой боли…

* * *

В себя пришёл от сильного жжения в груди. Словно в моё сосредоточие ворвалась огненная стихия.

— А-ахр! — захрипел я, рванувшись изо всех сил вперёд. Бесполезно, крепкие ремни, обхватившие руки, ноги и грудь, смогли удержать меня. Тут де заныло правое плечо Распахнув глаза, я попытался осмотреться, и от увиденного заскрипел зубами. Я лежал прямо у стены куба, в нескольких сантиметрах. Достаточно было протянуть правую руку, чтобы коснуться его… Только у меня не было правой руки, вместо неё туго перебинтованное плечо.

— Очнулся. — пробормотал кто-то в изголовье, и тут же крикнул: — Господин полковник, он пришёл в сознание!

— Наконец-то! Я думал, придётся проторчать в этой пещере целые сутки. — прозвучал уже знакомый мне голос. Инос склонился надо мной: — Ну что, чужак, открывай доступ к кубу. Поверь, я это смогу и без тебя сделать, но придется провести под землёй ещё несколько суток, а это не входит в мои планы.

— Как долго я лежал без сознания? — спросил я, игнорируя слова полковника Эльвани. А это точно был он. Облачён в золотистую броню, седые волосы, лицо все в шрамах… И пронизывающие, излучающие мощь серо-стальные глаза, пристально вглядывающиеся мне в часу душу. Будь я простым орденцем, или жрецом, наверное бы подчинился лишь этому сокрушающему волю взору.

— Я приказал тебе открыть куб! — в голосе полковника зазвучала сталь.

— Прошло больше двух часов? — на меня не подействовало ментальное давление, оказываемое врагом.

— Зачем тебе знать, как долго ты пролежал здесь? — с легкой растерянностью спросил Эльвани.

— Ты загнал себя в ловушку, полковник. — я нашёл в себе силы, чтобы улыбнуться. — Го’арат Крил уже рядом.

— Господин полковник, дозор на выходе из тоннеля уничтожен! — словно подтверждая мои слова, закричал кто-то из подчинённых Эльвани. Я успел перехватить его резко изменившийся взгляд — вместо несокрушимой воли в глазах врага появился страх.

— Ты… Открывай куб немедленно!!! Иначе я прикончу тебя прямо сейчас! — взревел Эльвани. И тут же, словно в подтверждение, вогнал мне в правое плечо узкий длинный клинок. — Считаю до трёх, и если не откроешь, узнаешь, что такое настоящая боль! Раз!

Глупец! Полковник попал своим артефактным мечом мне прямо в энергетическое ядро, и фактически создал прямой канал со своим телом. И пусть он силён, но от такого удара ему не увернуться. Как меня не спасли от взрыва ружья защитные плетения, так и Эльвани сейчас подставился.

Пятизвездная техника «большой ледяной шип» требовала несколько секунд на создание, и большой сосредоточенности. Только мне было проще, я формировал магический конструктор прямо внутри себя. И потому не отвлекался на боль, крики, и своё положение.

— Два! — голос полковника был переполнен яростью, смешанной со страхом. Слишком медленно считаешь, враг. Я успею ударить раньше.

Миг, и клинок иноса покрылся слоем льда, а техника, не останавливаясь, скользнула дальше — в рукоять, а затем и руку Эльвани. Он попытался разжать пальцы, но поздно — холод уже сковал их, а действие магии стремительно двигалось дальше, к локтю.

Полковник закричал. Нет, не от боли, а от осознания, что уже не в силах что-то изменить. «Большой ледяной шип» добрался до плеча, и одним ударом прошил голову врага насквозь. Тело иноса вздрогнуло, и начало заваливаться в сторону куба, потянув за собой оледеневший клинок.

Боль раскаленным прутом впилась в моё тело, когда лезвие меча покинуло рану. Она почти заглушило звук раскалывающегося льда — Эльвани, ударившись о стену куба, разлетелся на осколки.

Совладав с телом, из-за нестерпимой боли не желающим подчиняться, я начал раскачивать себя, слева на право. Раз, второй, третий, рывок — и мне удалось завалиться на бок, а затем и вовсе опрокинуться на живот. Ещё немного, совсем чуть-чуть! Надо лишь дернуться влево, и плевать, что на глаза вновь упала черная пелена, а кровь, пульсирующая в ушах, звучит словно звон тревожного колокола.

Я не знал, зачем мне нужно коснуться артефакта хаоса, но чувствовал, что это жизненно важно. Рывок. Ещё один. И вот наконец, при очередном рывке, костяшки пальцев левой руки прижались к теплому камню. Миг, и перед глазами вспыхнули строки текста. Угасающий разум пропустил строки, сообщающие о чем-то критическом, опасном и требующем чьего-то вмешательства. И остановился на главном:

'Активирована единица выбора. Запущено колесо истинного хаоса.

3… 2… 1.

Выбор зафиксирован.

Награда: вмешательство в судьбу класса абсолют'

И пришла тьма.

Глава 4

Инициализация

Я проснулся от странного сна, почти кошмара. Не открывая глаз, попытался удержать в памяти те образы, что видел совсем недавно, но не смог — все они развеялись, словно утренний туман под воздействием лучей восходящего солнца. Лишь чувство щемящей пустоты на сердце, и всепожирающей ненависти к… К кому, или чему?

Осторожно, чтобы не разбудить Айвэн, поднялся с нашего ложа, подхватил ножны с мечом, и бесшумно ступая по мягкому ковру, вышел из спальни. Встретившись взглядом с Саидом — одним из лучших воинов моего рода, я прижал палец к губам, чтобы хранитель покоев не нарушил тишину. Сегодня предстоит длинный и трудный день.

А ещё нужно присматривать за гостями. Сарший сын императора Бельвеса, наследник, почтил мой дом своим присутствием. Я до сих пор не смог понять, зачем он отправился в такую даль от дворца? Да, знаю, что мой родной заслуженно считается одним из самых преданных императорской семье, но этот визит — то ли вежливости, то ли разведка рода очень плохо работает и я чего-то не знаю… Неужели война?

Чтобы ни одной половицы не скрипнуло под ногами, я пересёк коридор, используя технику «тихого шага» — одну из первых, хорошо усвоенных мной. При этом, когда создавал плетение, сердце вновь кольнуло сильное чувство. Тоска? Но с чего бы?

В большом холле уже шла работа — одни слуги готовили завтрак, другие оттирали одним им видимые пятна. Пришлось поднять правую руку в особом жесте, чтобы никто не вздумал шумно проявить ко мне почтение. Ещё слишком рано.

Добравшись до тяжёлой двустворчатой двери, я распахнул её и шагнул террасу. Как раз в тот момент, когда первые лучи солнца выглянули из-за горизонта, окрасив перистые облака в огненный цвет. Ещё не пели утренние птицы, и можно было насладиться утренней тишиной.

— Отец? — прозвучал голос старшего сына, и моё сердце пропустило один удар… Что же за сон мне приснился, что привычные вещи вызывают столь странную реакцию…

— Не спишь? — я улыбнулся. Младший сын, Леран, неделю назад совершил прорыв в своём энергетическом развитии, и смог создать трёхзвёздную технику. Впечатляющий результат, учитывая, что ему всего лишь шестнадцать. С тех пор