Неоновый лабиринт (СИ) - Левин Александр Анатольевич

— Уже, кэп! — усмехнулся Вайскез, не скрывая хорошего настроения, — Теперь мы туда и летим!

Я же продолжил стрелять по кару преследователей. Надо сказать, что мои выстрелы цели достигали. Носовая часть машины противника была уже покрыта множеством оплавленных дыр, а в нескольких местах вырывался густой, ядовито-зеленый дым. Да и в целом черный кар явно сбросил ход. Его водитель и вовсе пригнулся, прижавшись к штурвалу — несколько моих особенно удачных выстрелов растеклись по индивидуальному щиту мистика, заставив того проявить благоразумие.

Впрочем, у нас состояние было далеким от идеала. Кормовая часть представляла собой решето, а позади машины тянулся шлейф густого серого дыма. Хорошо ещё, что во всех такси пассажирский отсек и кабина пилота являются этакой броне-капсулой, способной выдержать даже не самый сильный плазменный взрыв. Таким же образом производят и частные машины, дабы при аварии водитель и пассажиры имели хоть какие-то шансы выжить.

— Дерьмовые дела, кэп! — произнёс Зак, — Мы на соплях летим!

Бросив взгляд через стеклянную переборку на приборную панель, я понял, что парень прав. Почти все индикаторы горели красным. Даже не представляю помечу мы ещё не рухнули вниз.

— Есть! — усмехнулась Наталья, сумев что-то сделать с помощью своего терминала.

Одновременно с её возгласом позади нас произошел взрыв и машину преследователей окутало плазменным облаком, из которого, видимо, по инерции, вылетел лишь горящий остов. Вместе с тем я ощутил вспышку в энергетике — пять смертей. Причем, двое из умерших были мистиками. Не самыми сильными, но… Это говорит об очень много.

— Как вы их так угрохали? — спросил Вайскез, обернувшись к нам.

— Я смогла взломать их бортовой компьютер, — пояснила девушка, — И перегрузила реактор машины, выключив охлаждение и систему автоматического отключения.

— Молодцы! — похвалил я обоих, закрыв дверцу пассажирского отсека.

— У нас проблема, кэп, — напряженным голосом произнёс Зак, — Мы не долетим.

— Садись где получится, а там разберемся, — вздохнул я, понимая, что без приключений до Управления мы не доберемся.

— Хорошо, — кивнул Вайскез, — Как раз неподалеку есть местечко…

Между тем, кар уже носило из стороны в сторону, а салон наполнялся едким дымом.

«Надеюсь, мы именно сядем, а не рухнем, — мысленно вздохнул я, — Не хочу превращать это в традицию…»

Спустя несколько минут, наша машина таки приземлилась на какую-то заброшенную посадочную площадку. Выйдя из кара, я огляделся, держа наготове бластер.

Освещения не было в принципе — только габариты такси и его фары давали хоть какой-то свет. Всюду ветер гонял грязные пакеты и бумажки, а в углах площадки лежали горы мусора. На потрескавшемся покрытии посадочной зоны пролегали глубокие трещины, а во многих местах отражали свет окон и вывесок громадные лужи.

— С приземлением, — произнёс Зак, выбравшись из водительского отсека, — Мда… — добавил он, оглядев свою машину, — Похоже, что в таксопарк мне лучше не возвращаться… Даже мертвым…

— Учитывая нашу встречу, этого не произойдет, — фыркнул я, — Кстати, как найдем более-менее подходящее местечко, оформим твою вербовку в качестве члена экипажа. Полномочия у меня есть.

— Слушай, кэп… Э… То есть, капитан Варнер, — поправился Зак, — А чтоэто за срань была вообще?

— Полагаю, что либо мистики, желающие избавиться от меня, либо кто-то из СИБ, — пожал я плечами, — Из флотской разведки тоже могут постараться… Мы недавно им умудрились яйца шлюзом зажать, вот и хотят крови, как мне кажется.

— Похоже, что я не один такой везучий, — усмехнулся Вайскез, — Командир, я предлагаю убраться отсюда. Райончик тут так себе… Не самая глубокая задница города, но назвать это место безопасным — скорее секс-роботы из ближайшего гарнизонного борделя станут невинными девственницами.

— Значит, стоит уйти, — произнесла Наталья, выбравшись из кара, — Фу… Запашок…

— Ну, простите, красавица, — покачал головой Вайскез, не скрывая сарказма, — Уж я так старался до вашей гостиницы дотянуть, но злобные дядьки-мистики этому помешали. Пришлось сажать машину на помойке, но тут уж не ко мне претензии…

Фыркнув, я подошел к отсеку для багажа и покачал головой. Его крышка больше походила на решето. Сомневаюсь, что наши сумки уцелели. Впрочем…

Для очистки совести, я таки открыл его, убедившись в своей правоте. Вместо сумок моему взгляду предстало обугленное тряпье, воняющее паленой тканью.

— Ненавижу такие моменты…

— Как будем выбираться из этого… этого? — спросила Берроуз у Вайскеза, махнув рукой в сторону ближайшей кучи мусора.

— Для начала, через дверь… — со смешком ответил Зак, — Полагаю, что она должна быть там.

— Доброго дня, господа, — произнёс Разумовский, глядя на вошедших в его кабинет десантников.

Без тяжелой брони, они выглядели не столь внушительно. Всё же, костюмы с искусственными мышцами добавляют аж по двадцать сантиметров роста, за счет своих габаритов превращая любого человека в двигающийся металлический шкаф с оружием. В обычной же форме, мужчины хоть и выглядели натуральными атлетами, но уже не казались ночным кошмаром либераста или пацифиста-гермафродита из ближайшего борделя.

Сам Разумовский не был прожжённым милитаристом и сторонником сугубо полицейского государства. Однако, будучи реалистом, он прекрасно понимал, что люди, в большинстве своем, далеко не святые. Стоит исчезнуть наморднику в виде Закона и карательной системы, как общество мгновенно сбросит тонкий налет цивилизованности, превращаясь в дикую, озверелую толпу, что по первому кличу разорвет любого на месте. Хаос и анархия, убийства и голод — вот что бывает при вседозволенности. Революции, что множество раз происходили в истории человечества, это показывали наглядно. Тогда расцветали разбой, изнасилования, убийства, кражи… А правителей, что приходили после этого к власти и наводили порядок, потом называли кровавыми палачами. Оно и не удивительно, ведь чтобы загнать озверевшее от крови и вседозволенности общество в рамки закона и порядка, надо применить силу и жестокость, подавляя любые очаги сопротивления и недовольства огнём и мечом.

— Здравия желаем, сэр! — по уставу отдали честь военные.

— Думаю, мы не на плацу и можно обойтись без порчи моего слуха, — усмехнулся майор, — присаживайтесь, — махнул рукой на гостевые кресла офицер, — Разговор будет долгим.

Подождав пока посетители займут свои места, Разумовский достал приготовленные документы и передал их лейтенанту Скотту.

— Это ваше назначение на новый корабль — «Варяг». Он сейчас проходит оснащение на наших верфях в столице, — пояснил майор, — Командир экипажа — капитан Варнер, с коим вы уже знакомы. Думаю, работать в составе его команды для вас не будет проблемой.

— Да, сэр, — кивнул Скотт, — Алекс… Капитан Варнер, показался мне адекватным и достаточно опытным офицером.

— Хорошо… Собственно, он, как и лейтенант Берроуз, уже отправились на Нова-Терра и будут контролировать процесс подготовки «Варяга». Вам надлежит провести подготовку амуниции, снаряжения, вооружений и боезапаса, а так же обслуживающего оборудования для корабельного арсенала и десантной группы.

Если Варнера майор уважал и ценил, признавая его живучесть, упертость и ум, то десантники такого отношения в глазах офицера ещё не заслужили. Для Разумовского они, пока ещё, выглядели лишь неплохим довеском для капитана, который в одиночку не сможет выполнить те задачи, которые ему придется решать. Потому речь майора была достаточно сухой и несколько официозной, отдающей уставщиной. Это заставляло Скотта и его подчинённых сидеть в напряжении.

— Сэр… Простите, но… Нам необходимо знать о будущих задачах. Тогда мы сможем внятно составить список необходимого оборудования и снаряжения, — осторожно произнёс Скотт, изучив документы.

— Эвакуация с территории противника важных персон, похищения, удары по объектам инфраструктуры, диверсии, убийства, шпионаж в космическом пространстве, захват гражданских кораблей противника, проникновение на пустотные объекты… — спокойно ответил Разумовский, — Ничего необычного для нашей организации.