Алексей Кривошеин - Самоучитель для бога

Егор поднялся на третий этаж, прошел по просторному помещению, заставленному столами. С некоторых пор зал разделяла декоративная перегородка. Знающие люди говорили, что за ней хитрая администрация прячется от налогов. Дескать, дешевле платить за два маленьких зала, чем за один большой.

Стоя в очереди, Егор оглядел зал. Тут же увидел высокого, стройного Графа! В миру Петр Иванович Графинов. И хотя он был ровесник Егора, отчего-то тянуло называть его по имени-отчеству. И не потому, что выглядит старо. А потому, что выглядит безупречно.

Как всегда, в строгом черном костюме, белой рубашке и при галстуке. Как всегда, самоуверенное до наглости выражение лица. В глазах высокомерная ленца. Несмотря на молодость, занимает немаленькую должность в заводоуправлении. Хотя все это благодаря папаше, тот у него замдиректора.

Граф шагал, аккуратно неся поднос. Что бы он ни делал, все выходило аккуратно и правильно. Его брюки всегда выглажены, туфли до блеска начищены, рубашка ослепительно белая и чистая. Волосы всегда уложены. Все движения выверены. Одно слово — Граф.

Граф прошел рядом, скользнул по Егору рассеянным взглядом, кивнул небрежно. Егор ответил неприязненным взглядом. Графа не любил. За его непрошибаемую безупречность, за его аристократичные манеры, за его умелое обращение с девушками. Когда Граф появлялся в обществе, все девушки сразу уставлялись на него. Среди девушек, смотрящих на Графа, была и его Настя. Именно поэтому он и не любил Графа. Она неизменно комментировала: ах какой красавчик, ах какой стильный, ах какой безупречный. А Егору в это время хотелось подойти к Графу, сбить его с ног и долго валять в грязи…

Насупившись, Егор хотел отвернуться, но тут появился еще один персонаж. Улыбаясь и качая бедрами, к Графу направлялась девушка. Словно солнышко спустилось с неба и катилось по столовой. Все мужчины, как по команде, раскрывали рты, прилипали глазами к какой-нибудь части тела этого солнышка и никак не могли отлипнуть. Действовало это солнышко и на слабую половину человечества. Вот только чувства там были все больше злобные и завистливые.

Алла Волкова — еще одно совершенство. Фекла шутил: когда Алла и Граф собираются вместе, так и хочется подойти и нагадить. Потому как оба были слишком совершенными. Алла к тому же умела подчеркнуть свою красоту, подать себя. Никто ни разу не видел ее в чем-то, хоть отдаленно похожем на то, что носили все остальные заводские девушки. Она неизменно была в чем-то шокирующем, неповторимом и ярком. И тратила немалые средства на свою красоту. Солярии, тренажеры, дорогая косметика… У нее были роскошные волосы, которые водопадом струились по плечам. Неизвестно, какими шампунями-бальзамами она их ублажала, но даже завистницы не могли отрицать, что с такими потрясающими волосами хоть сейчас рекламировать шампуни.

Аллу Егор не любил едва ли не больше Графа. Ибо, так же как и все, не мог оторвать от нее взгляда. Егор не мог себе этого простить. Даже когда Настя была рядом, стоило Алле пройти мимо — и Настю разом выдувало из головы. Он с трудом сдерживался, чтобы не повернуть голову вслед Алле.

Алла присела за столик Графа. Тот что-то сказал, Алла рассмеялась.

Настроение, уже подпорченное в цехе, окончательно упало. Егор трусливо нырнул за перегородку раздачи, и она скрыла от него безупречную спину Аллы. Как ни пытался, не мог оторвать глаз.

Наконец он заполнил поднос и подошел к кассе. Кассирша, молодая девушка, шустро отстучала заказ, Егор расплатился. Он взял поднос, отошел от кассы и оглядел зал. Куда же сесть? Опять наткнулся на Графа с Аллой и поморщился. Уж точно подальше от этой парочки. Надо спрятаться от них за перегородкой. Зря, что ли, ее городили.

Только зашел за перегородку, обжегся о пылающую шевелюру. Тут же в уши ворвался звонкий, пронзительный голос. Фекла?!

Васька Феклистов, или просто Фекла, — маленький тощий паренек с огненной, словно пламя на ветру, шевелюрой. Беспокойный и вертлявый. Не заметить Ваську попросту невозможно.

Рядом с Васькой сидит молоденькая девушка, красная, как свекла. Фекла в своем репертуаре, наверняка опять похабщину рассказывал! И чего девушки в нем находят?

Егор завидовал Ваське. Тот сама бодрость и задор. И сам бурлит весельем, и всех окружающих затянет в этот водоворот даже без их ведома. Где бы ни появлялся Фекла, там сразу становилось шумно и весело. Егор так не умел.

— Здорово! А ты чего сегодня так рано? — приветствовал его Фекла. — Вы же там, как собачки Павлова, по звонку! — Он повернулся к девушке: — Представляешь, у них в отделе звонки подают! На работу, на обед… Даже в туалет по звонку ходят! Длинный и звонкий — по-маленькому, несколько коротких и гулких — по-большому…

Девушка подняла огромные серые глаза на Егора.

— Не слушай его! — фыркнул Егор. — Фекла такой, наплетет с три короба, потом не разгребешь! Лучше бы с девушкой познакомил.

— Марина! — тут же представил девушку Фекла. Та смутилась еще больше. — Практикантка…

— Здравствуй, Марина! — улыбнулся Егор. Он уселся, придвинул к себе тарелку с супом. — И о чем же вы тут беседовали?

— О любви! — патетически произнес Васька.

— К заводу! — поспешно добавила Марина. — Вася расписывал мне прелести вашего завода!

— А чего тогда красная такая? — Егор повернулся к Ваське: — Неужели про секс по чату рассказывал?!

— Салют, можно к вам?! — Приятный женский голос. Сердце Егора замерло, а потом бешено застучало. По телу прошла волна жара. Прямо позади него стояла с полным подносом Настя.

Настя — красивая, слегка полноватая девушка. Как всегда, в строгом деловом костюме. Черная юбка до колен, белая блузка и темный пиджак. У нее длинные черные волосы и немного раскосые синие глаза, непосредственно и даже наивно глядящие из-под челки. Вздернутый носик придает лицу капризное выражение.

Егор суетливо вскочил, едва не перевернул поднос, то ли собираясь уступить место, то ли взять поднос у Насти.

Тут же сел, сконфузился ужасно. Настя настороженно оглядела Марину, потом улыбнулась дружелюбно — не соперница. Марина стушевалась и не произнесла больше ни слова.

— Отчего же нельзя, садись! — сказал Фекла. Сам уже расплылся в довольной улыбке — еще одна пара ушей для его болтовни.

— А с тобой, Егорка, я вообще не разговариваю! — сообщила Настя, демонстративно надув губки. — Я ему кричу, кричу, а он! И бросил одинокую девушку!

— Невиноватый я! — поспешил оправдаться Егор, — Это все работа!

— Так ты же говорил, что подлый монстр убит! — уличила Настя.

— Монстр восстал из мертвых и вероломно пленил меня! — грустно ответствовал Егор. — Я только-только хотел тебя… э-э… того, а он как накинется!!!

Он наткнулся взглядом на заинтересованную физиономию Феклы.

— Ты продолжай, продолжай! — замахал тот руками. — Только про «э-э» и «того» подробнее, пожалуйста!

— Обойдешься! — заступилась за Егора Настя. — Ишь! Егорка ради этого бился с великим монстром, а ты на халявку желаешь!

— Ну Настя-а! — обиженно загундосил Фекла, — Да я ради тебя любого монстра в бараний рог… Да я! Хочешь, я тебе татуировку покажу?

— Какую татуировку? — вскинула брови Настя.

— На бедре! — гордо сообшил Фекла. — Орел в лучах заката! Вон Марина уже видела!

Скромно молчавшая Марина густо покраснела.

— Ага! Орел, как же! — оживился Егор. — Не верь ему, Настя! У него там пьяный грузин изображен!

Васька возмущенно засопел, потом хитро прищурился:

— А откуда, интересно, ты знаешь? Неужели вчера в туалете подкрался! А я думаю, чего он сзади пристраивается!..

Фекла тараторил и тараторил, а Егор уже ничего не слышал. Перед ним была Настя! Он глядел на нее не отрываясь. Глядел на ее милое округлое лицо, полненькие румяные щечки, потрясающие волосы, нежные пальчики, держащие вилку. А какие у нее потрясающие губы…

Настя поднесла вилку с куском сосиски ко рту и подняла глаза. Встретившись взглядом с Егором, замерла. Глаза вопросительно расширились: «Ты чего?» «Какая ты красавица, — восторженно ответили блестящие глаза Егора! — Ты самая-самая красивая, умная, милая, нежная! Лучше тебя нет!»

Настя улыбнулась, подмигнула Егору. Показала глазами на свою тарелку, потом на выход. «Ага! — молча прокричал Егор. — С тобой хоть куда, и никого нам не нужно…»

Егор весь издергался, пока Настя доедала обед. У самого аппетит отшибло напрочь. Сидел и глядел на Настю. Фекла беззаботно тараторил, Настя с Мариной то и дело фыркали. Васька расцветал от этого еще больше.

Наконец Настя опустошила свои тарелки, посмотрела на Егора.

— Мы пойдем! — тут же отреагировал он. Схватив грязную посуду Насти, он переставил ее к себе, потом накрыл ее поднос своим.

— Ух какой сервис, — обрадовалась Настя.

— Вы уже уходите? — Фекла на секунду отвлекся от Марины, которой перечислял признаки истинного боди-арта. — Жаль!