Роман Приходько - Кровавый Рейд

Вернувшись с новым стулом в коридор, Сергей стал прикручивать фонарь у окна. За спиной караульного сверкнула первая молния, а через несколько секунд на небе загрохотало, словно кто-то ударил в большущий барабан.

План, до пояса высунувшись из окна, уставился в тёмное, покрытое низколетящими, тяжёлыми тучами небо.

— Слава богу, может закончиться эта, опостылевшая всем, жара, — пробурчал сержант.

Сергей соскочил на пол и вдруг понял, что лучшего момента ему может и не представиться. Автомат Плана сиротливо смотрел стволом в потолок, прислонённый к свежеоштукатуренной стене. Пора было принять решение.

Мгновение, и руки сами собой, будто они жили отдельно от головы и туловища, подхватили оружие. Краем глаза Сергей увидел, что планка предохранителя стоит в положении автоматической стрельбы. Резко передёрнув затвор, он осознал, что обратной дороги нет. Ударившись о стену, на пол упал и покатился патрон калибра «5,45». Оказывается, любитель марихуаны серьёзно, но халатно относился к своим обязанностям. «Да! Наш старшина этому горе-охраннику руки бы оторвал» — мимолётом вспомнил службу Лысенко.

Голова Плана повернулась на звук. Сергей увидел, полезшие из орбит, глаза сержанта.

— Мм-мужик, ты чё? — заикаясь, проблеял служивый. Выражение лица у горе-вояки сменялось со скоростью электрички, отходящей от пирона. Удивление переросло в страх, а затем, возмущение полезло со всех, имеющихся в стриженой голове отверстий.

— Дай сюда автомат! — заорал План, возвращая туловище в пространство коридора.

Бунтарь сделал два шага назад в сторону двери, за которой сидел пленник.

— Закрой свой курятник, пока сквозняком зубы не выдуло, — процедил самоуволившийся строитель тюрьмы, отодвигая засов камеры. Твёрдость, с которой Сергей произнёс свои слова, похоже, немного охладила воинственный пыл сержанта. И когда из-за двери показался сталкер, военный начал потихоньку ложить в штаны.

За окном, почти одновременно, блеснула молния, и прогремел гром. Сержант непроизвольно вздрогнул и втянул голову в плечи. На него было жалко смотреть.

Бывший пленник, в миг, оценив ситуацию, уверенно отобрал у Сергея автомат, затем молниеносным движением впечатал приклад в голову военнослужащего украинской армии. План рухнул, как подкошенный, ударившись затылком об подоконник.

— Ему бы мозги — было б сотрясение, — улыбаясь своей шутке, сказал сталкер. — Старый, — протянул грязную руку недавний арестант.

— Серый, — улыбаясь, ответил Сергей.

— Ну, вот и познакомились. А ты чё лыбишься?

— Да, меня Старым в армии называли, — нагибаясь к телу Плана, произнёс Лысенко.

— Значит — тёзки, — присоединился сталкер.

По новому шиферу пристройки забарабанили крупные капли летнего дождя. Как-то сразу стемнело и почти на ощупь, Сергей стал стягивать одежду с военного.

— Возьми только броник, зачем тебе его барахло? — недоумённо спросил Старый.

— Его шмотки оденешь ты. Можешь прямо на свой костюм напялить. Благо размер позволяет…

— Чем мне это поможет, если кругом прожектора и освещение, как на стадионе? — непонимающе, уставился на Сергея сталкер.

— Я сейчас послоняюсь до полной темноты по расположению блокпоста, затем наведаюсь к распределительному щиту и немножко там пошурую. А ты, как только вырубиться свет, дуй по дороге вниз и подождёшь меня где-нибудь в кустах на обочине. Да смотри, на мины не напорись, — выложил свой план побега Сергей.

— Ну, ты голова! Так мы можем свалить по-тихому…

— Твои б слова, да богу в уши, — сказал, выходя под проливной дождь, Серый.

Камуфляж, который Сергею великодушно подогнал прапорщик Сивоконь, через минуту впитал в себя пару вёдер дождевой воды и прилип к телу, как вторая кожа. Он шёл, не прячась, так как был здесь своим. Никому бы и в голову не пришло, что он собирается отправиться в гости к мутантам, аномалиям и многочисленным бандам отморозков. Приятная прохлада проникла в каждую клеточку кожи. Хотелось снять одежду, разуться и босиком походить по тёплому асфальту, а затем, как в детстве, припустить по, обмытой дождём траве, разбрызгивая в разные стороны, крупные капли.

Вояки, в большинстве своём, высыпали из казармы и восторженно приветствовали долгожданный подарок небес, подставив, пропитанные многодневной жарой, уставшие тела, навстречу живительной влаге.

Буквально через полчаса стемнело совсем, только жёлтые пятна окон, да лучи прожекторов тонули в густых тугих струях небесного водопада. Подойдя к щиту, Сергей вытащил из кармана набор ключей. Свет из кабинета майора без проблем позволил диверсанту-электрику открутить болт крепления рычага рубильника. Оглядевшись по сторонам, он потянул рычаг вниз, затем снял его с оси и забросил подальше за забор. Опорный пункт утонул во мраке. Темень была кромешная. Вместе со вспышкой молнии и раскатом грома, со всех сторон, начали слышаться возмущённые голоса военных. Не обращая ни на что внимания, парень, по памяти и на ощупь, стал пробираться к шлагбауму. Кое-где сквозь нити дождя заскользили лучи фонариков и, почти над самым ухом беглеца, проревел голос капитана Кречетова.

— Ефрейтор, бегом к щитовой, посмотри — что там?!

Сергей сильнее натянул кепку на глаза и на цыпочках прошмыгнул за шлагбаум. Прокравшись несколько метров по дороге, он перешёл на тихий «галоп», стараясь тише стучать ботинками об асфальт. Только сейчас ему в голову пришла мысль, что Старому придётся дольше выбираться из расположения защитников Периметра, ведь от рубильника до шлагбаума меньше расстояние, чем от казармы. Учитывая этот нюанс, метров через сто в отблесках молнии, Лысенко увидел у дороги кусты и с разбегу нырнул в самую их гущу.

Ему повезло. Военные поленились поставить здесь растяжку или противопехотную мину. А может сюрприз сработал на каком-нибудь зверье и его забыли обновить. В общем, пока Фортуна благосклонно относилась к парню, чему тот несказанно радовался. Эмоции переполняли сознание. Ребяческий задор охватил повеселевшую душу. От большого выброса адреналина, сердце билось прямо в висках. Хотелось пуститься в безумную пляску, давая выход скопившейся за последний день негативной энергии, давившей пудовым камнем на грудь.

К сожалению, эйфория маленькой победы быстро прошла, уступив место новым переживаниям за дальнейшую судьбу и благонадёжность нового знакомого. Неутомимый бег времени отрезвлял не хуже упругих капель воды, хлеставших по телу парня.

А дождь уже не шёл — он вовсю грохотал сплошным потоком, служа одновременно своеобразным предзнаменованием чего-то нового, неся перемены не только в дела природы, но и людскому сообществу. Небо извергало на истощённую землю пищу для жизни, а также отмывало скверну с рода человеческого. Во всяком случае, так бы казалось стороннему наблюдателю, если бы тот просматривал происходящее с большого экрана под треск попкорна и шипение газировки в стакане.

Сергей полностью превратился в большое ухо, но ничего, кроме рокота ливня и, постепенно удаляющегося, недовольного бурчания грома, не слышал. Хуже всего — ждать и догонять. Время растягивается в бесконечность. Кажется, что минул целый час, а на самом деле не проходит и пятнадцати минут. Так было и сейчас. Беглец уже стал переживать, нервно кусая губы. Сомнения в успехе затеянного, всё настойчивей «грызли» взбудораженное сознание. От бездействия чесалось всё тело, словно миллионы непоседливых червячков взбунтовались в напряжённых мышцах. Терпение утекало, как песок сквозь пальцы.

Гроза постепенно сходила на «нет». Ломаные разряды энергии колоссальной силы вгрызались в землю далеко на территории Зоны. Очевидно, дождь не поспевал за своими спутниками громом и молнией. Неожиданно со стороны блокпоста, натужную работу дождя, разрезала короткая автоматная очередь. В то же мгновение Сергей услышал глухой топот и тяжёлое дыхание человека, бегущего по дороге. Приподнявшись на локтях, он позвал:

— Эй, Старый!

В ответ приглушенным голосом услышал:

— Давай за мной, и пошустрее!

Бывший строитель Серёга, с пробуксовкой, принял вертикальное положение и с облегчением пустился догонять сталкера. Минут через десять непрерывного кросса, дорога из низины перевалила на северную сторону холма. Беглецы остановились перевести дух.

Тут в расположении военных завыла истеричным воем сирена.

— Наверное, включили рубильник, — задыхаясь и, смахивая дождевую воду вперемешку с потом, прохрипел Сергей.

Дождь резко убавил обороты и теперь мирно шуршал по траве.

— Нам нужно побыстрее оказаться в деревне, а то в этих краях можно напороться на слепых собак, что ночью — крайне не желательно, — авторитетно заявил Старый. — Держи, — сунул он Сергею автомат и два магазина, — а то, нашёл носильщика, — притворно-возмущённым голосом, закончил сталкер.