Алекс Орлов - Испытание огнем

Ознакомительный фрагмент

Сканер молчал.

– Вроде чисто.

– Чисто.

– Ну – взяли…

Напарники выволокли очередной ящик, в нем оказались патроны к «луксам».

– Смотри, там что-то еще осталось, – сказал Тони, заглядывая в яму.

– Давай тащи, у тебя руки длиннее.

– У меня не только руки длиннее, – усмехнулся Тони, однако тут же стал серьезным – неподалеку раздалось квохтанье потревоженной кабато, нештатной сигнализации разведчиков.

Джим пригнулся к самой земле, надеясь под ветвями разглядеть приближающуюся опасность.

– Нет тут ни хрена… – сказал он, придерживая за лапы крупного паука-мышелова. Затем отшвырнул его в кусты.

– Давай, тяни, это сверток.

Тони стал тянуть.

– Ох и тяжелый, – пожаловался он, вытаскивая запаянный в пластик «гостинец». За первым свертком последовали еще два, не менее тяжелых.

Джим вскрыл упаковку. Это был двенадцатимиллиметровый зенитный пулемет «аэркокс» с трехногим станком, с которого можно было обстреливать вертолеты. В двух других свертках оказались короба, под завязку набитые патронами к пулемету.

– Они тут всерьез повоевать собирались.

– Да уж. Ладно, давай складывать обратно.

Сбросив на дно ямы пулемет и патронные короба, разведчики поставили сверху ящики и столкнули «луксы». Все это засыпали песком и притрамбовали, а саперные лопатки выбросили под ближайший куст – в трофеях разведчики не нуждались.

Приятели уже собирались уходить, когда рядом свистнула древесная крыса. Они одновременно подняли глаза: зверек стоял на задних лапах, глядя куда-то на запад, именно оттуда то и дело доносились беспокоившие разведчиков шорохи.

– Надо посмотреть, – сказал Тони и стал обходить поляну слева, Джим двинулся по правой стороне.

Скорее всего это был кто-то из сообщников захваченных в плен мятежников. Желтая змейка метнулась к ногам, Джим аккуратно вдавил ее подошвой в мягкий дерн. Потом избежал коварно выпущенных паучьих лап с крючьями и двинулся дальше.

В небольшом «окне» метрах в тридцати качнулась задетая кем-то ветка. Мимо пролетела стайка фруктовых мошек, которые кормились на подгнивших плодах; стоило их спугнуть, они зудящей стайкой неслись прочь, стукаясь о широкие листья и прилипая к густому соку лиан. Видимо, в этот раз их потревожили.

Джим покосился на Тони: при своем высоком росте тот ухитрялся сложиться вчетверо и двигаться над макушками перечной травы, сдувая с нее муравьев. Рядом с напарником Джим чувствовал себя уверенно. Тони стрелял, как снайпер, в бою был хладнокровен, а его длинные жилистые руки могли намертво спеленать более сильного противника.

Джим сделал еще несколько шагов – на ботинок шлепнулся сгусток прозрачных слизней. Где-то наверху забеспокоилась семья зябликов, им было лучше видно того, кто шел в сторону поляны. Невидимый противник задел лиану, та вздрогнула во всю длину, и с третьего яруса, с самых верхних крон, пролилось несколько капель воды. Ударяясь о широкие листья, они пробудили поток, в который слились озерца накопленной влаги. Водопад быстро набирал силу и вскоре обрушился лавиной воды и покореженной зелени с таким грохотом, словно в джунгли упал вертолет.

Джим и Тони переглянулись: такой удар мог убить невидимого врага. Сами разведчики знали про опасность и, заслышав шум капель, немедленно бросались под защиту древесных крон – у самого ствола им ничего не грозило.

Совсем рядом, в нескольких метрах от Джима, раздался глубокий вздох, затем кто-то фыркнул. Человек подобные звуки издавать не мог, в этом Джим был просто уверен, но крупных животных, кроме семиметрового желтого удава и зурабов, в джунглях не водилось.

Снова послышалось фырканье, а затем отчетливый треск кустарника. Тони вскинул автомат (в такие мгновения он выглядел словно машина). Через мгновение, уже спокойнее, показал указательный палец, что означало – вижу одного человека.

Джим слышал, как неизвестный шел напролом, не боясь ни пауков, ни шипохвостов. В следующее мгновение его стало видно – на незнакомце был маскхалат, и он сильно сутулился. Когда до него оставалось несколько шагов, Тони крикнул:

– Стой! Руки вверх!

В ответ хлопнул пистолетный выстрел, и незнакомец помчался прямо на Джима. Тони выстрелил в ответ, раненый глухо зарычал, но не остановился.

– Стой, стрелять буду! – в свою очередь заорал Джим и увидел перед собой перекошенное лицо с близко посаженными глазами, смотрящими из-под низко нависших бровей.

Джим дернул спусковой крючок, однако незнакомец ударил по стволу раньше, и короткая очередь ушла выше. Сверкнуло лезвие – Джим понял, что не успевает ничего предпринять, однако следующая пуля напарника ударила врага в предплечье. Послышался треск костей, монстр взвыл и рванулся прочь, раздвигая джунгли, словно танк.

Через пять секунд он уже был далеко.

– Ты жив? – спросил подбежавший Тони.

– Ай, с-сука! – взвыл Джим, отдергивая руку, – пока он лежал, к нему подкрался и всадил ядовитое жало жук-жемчужник, один из самых ужасных кошмаров здешнего леса. От яда жемчужника смерть наступала через пятнадцать минут.

Отработанным до автоматизма движением Джим открыл висевший на поясе контейнер и, выхватив капсулу с содержимым красного цвета, вогнал иглу поближе к месту укуса.

– Связывайся с базой, попытаемся накрыть этого мерзавца, – сказал он, массируя онемевшую от яда руку.

Тони включил рацию и тотчас услышал диспетчера:

– Артпункт, слушаю вас.

– Говорит Тайлер из разведвзвода, у нас проблема – боевое столкновение с неизвестным.

– Хотите огоньку?

– Не мешало бы.

– Квадрат?

– Э-э… – Тони сверился с показаниями маршрутизатора. – Двадцать три – семнадцать и двадцать два – семнадцать…

– Но ведь это почти на берегу.

– Да.

– Нельзя, это у нас считается закрытой зоной, по крайней мере, на время строительства Четвертого опорного.

– Понял. – Тони разочарованно вздохнул и, сменив частоту, вызвал капитана Саскела.

– Сэр, это Тайлер, мы тут столкнулись с одним, по-моему, я его ранил – пару раз попал, это точно, а теперь он уходит вдоль берега Калпеты.

– Вверх? – уточнил Саскел.

– Да, сэр.

– Значит, скоро окажется у Лошадиной Головы.

– Думаю, так, сэр, если не истечет кровью.

– А точно в нем две пули?

– Точно, сэр! – вмешался со своей рации Джим. – Вторая пуля сломала ему руку, когда он меня ножом ударить хотел.

– Что-то я не понял, парни, он что, какой-то особенный?

– У него морда страшная, сэр, нечеловеческая какая-то, и мчался как танк – остановить было невозможно.