Оценщик. Защитник феи - Григорий Константинович Шаргородский

не потерял управление машиной, и от греха подальше съехал к обочине. – Ты что несешь?! – дождавшись полной остановки кабриолета, всей тушей повернулся ко мне Бисквит.

– Ну, ты же воткнул ему в мозг вот такенный штырь! – для наглядности показал я орку указательный палец.

Реакция друга удивила меня еще больше, потому что он тут же расхохотался, правда, смех казался немного нервным. Это я сумел определить лишь благодаря большому опыту общения с орками.

– Назар, – отсмеявшись, сказал орк тоном учителя, разговаривающего с самым тупым учеником в классе, – это был не штырь, а пучок сенсорных волокон. Они разошлись под кожей по наружной части черепа, создавая сеть, блокирующую ментальные конструкты.

– А если еще проще? – понимая, что выгляжу форменным идиотом, попросил я.

– Когда шеф расколол твоего коллегу и тот начал говорить, сработала ментальная закладка ушастых. Я пытался заблокировать ее, но не успел.

– Он умер? – уточнил я, хотя думал совсем о другом.

– Нет, но там сознание перемололо в такую кашу, что допросить его можно будет еще очень нескоро, если вообще получится.

Наконец-то успокоившись, я переосмыслил услышанное и задал более насущный вопрос:

– Ты помянул ушастых. Почему так уверен, что это работа эльфов?

– А никто другой такие закладки делать не может. Только высшие малефики гоблинов способны насылать похожие проклятия, но они вычисляются на раз.

– Да ладно! На Большой Земле и раньше обычные гипнотизеры вытворяли нечто похожее, – усомнился я в выводах друга, за что опять нарвался на снисходительный взгляд глубоко посаженных маленьких глазок.

– Не любой и не с магами. У вас после инициации появляется сильная ментальная защита, и чтобы сделать такую глубокую закладку, при этом не перекроив сознание и не загубив память, нужен кто-то посильнее даже обитателей Палат Тишины. Это точно работа ушастых. Возможно, постарался кто-то из князей, несмотря на то что такое карается смертью. Причем не только по кодексу Равновесия, но и по их собственным законам.

– Как думаешь, а они могут так закодировать меня?

Острый момент нашей беседы прошел, Бисквит снова стронул машину с места и продолжил разговор, уже влившись в жиденький поток дорогих авто:

– Всех могут, даже меня.

– И что с этим делать?

– Не попадаться! – зло рыкнул орк. – Если уж они тебя схватят, то любую защиту просто снимут и воткнут в голову что захотят. Сейчас заедем ко мне, дам тебе такой же блокиратор. Если поймешь, что из памяти пропали несколько часов, цепляй его и бегом ко мне или в Академию. Жаккар тебе не откажет.

– Я не буду втыкать себе в мозги эту штуку.

– Темные духи, Назар! Ты меня вообще слушал? Я же сказал, что никакая это не игла, там гибкие волокна тоньше волоса, и повреждение кожи даже меньше, чем после укола в вену. – Было видно, что мои капризы и явно легкомысленное отношение к серьезной опасности вывели его из себя, так что я поднял руки и успокаивающе сказал:

– Все понятно. Если заподозрю, что меня закодировали, втыкаю эту штуку себе в башку и бегу к тебе.

– Да ничего не надо втыкать! А, забудь, – поняв, что просвещать меня в этом деле бесполезно, орк лишь махнул рукой и раздраженно нажал на газ.

Самое тупое и опасное занятие для любого пассажира – это бесить водителя, так что я постарался сменить тему:

– Кстати, Бисквит, ты только что упомянул статью кодекса Равновесия, но ничего подобного я там не видел.

– Потому что к полному Кодексу имеют доступ только Хранители, – спокойно, словно о чем-то абсолютно не имеющем значения, заявил Хранитель, чей статус вроде равен моему.

– И почему тогда я об этой интересной книжке ни сном ни духом?

Пауза затянулась, и я решил надавить:

– Зеленый, ты же меня знаешь, отмолчаться не получится.

– Шеф ограничил твой статус, а значит, и допуск к информации.

– С чего бы это? Рылом не вышел? – Внутри меня начал зарождаться злой огонь раздражения, за который многие и называют Психом.

– Он считает, что тебе нужно сконцентрироваться на фее и не лезть в другие дела.

Странно, но это заявление почему-то успокоило меня. Нет, я не считал, что инспектор прав, но долго злиться на него просто не получалось. Скорее всего, просто устал. Вот и сейчас, когда прояснились непонятные моменты, сразу отпустило. Тем более теперь-то эту несправедливость мы исправим в два счета.

– Ну и когда ты мне перешлешь это интересное чтиво?

– Шеф будет злиться, – проворчал Бисквит.

– Можно подумать, тебя это когда-нибудь останавливало, – в тон ему подметил я.

Дальше мы ехали молча. Нам обоим было о чем подумать.

Наконец-то добрались до жилья Бисквита и спустились в его подвал, мало чем отличавшийся от банковского хранилища – как защищенностью, так и ценностью содержимого. Да и вообще для любого ценителя артефактов жилище такого мастера будет покруче пещеры Али-Бабы.

Указав мне когтистым пальцем на мягкий уголок с хорошим набором разных напитков, артефактор запустил один из своих станков и что-то там начал магичить, аж треск статического электричества пошел по всей студии. Правда, возился он недолго. Похоже, лишь дорабатывал уже готовый девайс. Затем Зеленый ушел куда-то вглубь своего жилища и через пару минут вернулся с довольно пухлым томиком в руке.

Что ж, похоже, меня ждет долгое и не факт, что интересное, чтение. Томик орк небрежно перебросил мне на колени, затем протянул сжатый кулак и словно иллюзионист раскрыл его, представляя восторженному зрителю совсем маленькую шайбочку, всего-то раза в три крупнее двадцатки раппенов – разменной монеты женевского франка. Плюхнувшись на диван рядом со мной, орк поднес свою лопатообразную ладонь практически мне под нос:

– Смотри, тут все просто. Накачиваешь его Живой силой и ждешь, пока выдвинутся щупы.

Ассоциация с представлением иллюзиониста стала абсолютной, когда из матово-черной шайбочки словно змеи выползли тонюсенькие, вряд ли толще волоса нити, сплетаясь в единый жгут, который я недавно и перепутал с иглой.

– Прикасаешься кончиком к виску, и дальше оно сработает само. Чтобы деактивировать, вытягиваешь из него силу как из накопителя, и блокиратор перейдет в режим ожидания.

Подтверждая пояснение орка, нити расплелись и втянулись в шайбу. Зрелище работы удивительного артефакта завораживало, особенно перспективой его применения на себе любимом.

– Ну, не знаю, – протянул я, все еще не решаясь взять с ладони орка эту странную штуку.

Я, как и почти любой женевец, активно пользуюсь различными артефактами, но по-прежнему где-то на уровне подсознания все еще работает настороженное отношение ко всему, устройство чего не могу понять до конца.

Нервно дернув головой, я решительно цапнул шайбу и спрятал ее в карман. Уже