Кодекс Альфы - Евгений Юллем

расстрелять с самолета — вот сейчас я вспомнил это забытое ощущение.

Тени притормозили у самой земли и грузно плюхнулись перед Лами. Два этаких птеродактиля — переростка, полупрозрачные, с огромными вытянутыми пастями, полными острых зубов. Раздались клекот и мерзкие крики.

— Ешьте, мои дорогие! — она кинула каждому «гуле» по пакету корма.

Прямо цирк какой-то… Сильфы поймали пакеты клювами и умяли корм моментально, потом подошли к Лами.

— Еще хотите? — потеребила она их по голове. — Заработать надо.

Сильфы сели рядом, прикрыли глаза пленками и приготовились ее слушать.

Ментальный обмен шел медленно, я даже его смог полностью перехватить. Твари были туповатые, и разжевывать им надо было от и до, как срочнику-духу. Лами указала им два направления, за которыми надо следить и сразу же возвращаться к ней, если кого увидят.

Сильфы открыли глаза, зашевелились, заскрежетали своими противными голосами. Затем твари медленно поднялись в воздух и закружились, набирая высоту.

— Ну все, теперь они сразу нас предупредят, — сказала Лами. — Пошли обратно?

— Пошли. Но я не закончил. Помоги мне загрузить «Волка», я кое-что придумал. Надо смотаться вперед, обустроить им веселую подъездную дорогу, чтобы жизнь медом не казалась.

— Пойдем, — кивнула она.

В гараже я нарыл припасенные ящики с минами, которые берег на черный день и вместе с Лами побросал их в джип. Ночь продолжалась…

Глава 23

Упырево, поместье графа Константинова

Я немного придремал в гостиной, выпив чашку кофе. Все равно пока ничего не известно.

— Проснись! — я проснулся от толчка в плечо и захлопал глазами.

— Что, прилетели?

— Нет еще. Не они. К поместью приближается дрон, и, похоже, армейский.

— Хотят оценить пробой и посмотреть на место?

— Ага. Скорее всего.

— Ну хорошо, — пообещал я. — Сейчас у них глаза на лоб полезут. Главное, чтобы по дороге его сильфы не сожрали.

— Без приказа — не сожрут. Да и я их стае сказала, чтобы не показывались

— Монстров мама, — хихикнул я.

— Примерно. Хоть единственный человек на много верст в округе, кто их понимает…

Поправочка — не человек, но… Лами намного лучше большинства людей и человечнее.

— Сейчас. Работаем на публику, — сказал я и скинул одежду, оставшись лишь в одних семейниках.

— Ты бы еще труселя скинул, — сказала Лами. — Я бы на тебя и так клюнула. Какие мышцы, какая фигура…

— Для вояк это будет перебор. Вдруг там девочка-оператор сидит? Дрон еще уронит, — я взял чашку с недопитым кофе и пошел на открытый балкон второго этажа.

Дрон приближался. Самолетик, видно. Ну да, на такую дальность коптер не пошлют. Я напряг Волхвий взор. Ага, точно вояки. Стандартная армейская расцветка и трехцветные круги на крыльях, вижу.

Я с причмокиванием отпил глоток кофе, достал сигару и с наслаждением закурил.

У оператора дрона сейчас, наверное, когнитивный диссонанс. Тут на месте пробоя черте-что должно было быть, монстры должны жрать друг друга и бешено совокупляться, а тут… Стоит мужик в труселях, пьет кофе и курит сигару, как будто ничего и не случилось!

Я с наслаждением почесал пузо и помахал уже прилично подлетевшему ко мне самолетику. Вон, даже у камеры сейчас от охренения объектив округлился…

Дрон пролетел над поместьем, сделал пару кругов, запечатлел мои выдающиеся достоинства и отсутствие монстров, развернулся и полетел в обратную сторону.

— Все, полетел обратно на базу, — сказала Лами, прятавшаяся внутри.

— Надо до кучи было тебя голую вытащить на балкон и изобразить…

— Ага, а потом, когда вояки приедут на проверку, как ты объяснишь мое отсутствие? Армейские твареморы — ребята серьезные, они сразу распознают во мне демона. А мне как-то не хочется вырезать взвод спецназа, да и кроме Святой воды у них верняком будет что-то посерьезнее…

— Вот ты душнила, — сказал я ей.

— От такого слышу.

— Ладно, пойду оденусь. И Гатору скажу приготовиться…

— Я сама ему скажу, — сказала Лами.

— Ну давай, — я спустился вниз и принялся одеваться.

Вот теперь можно и пофорсить, надеть свой лучший комбинезон из нанокарбона с сервоусилителями и генератором плетений. А поверх него — естественно амулет от глушилки. Ну и прочие ништяки навесить.

Только вот сколько можно в нем потеть? Что там эти ватажники себе думают? Будут нападать или нет?

Сильф прилетел через пару часов и закружился над поместьем, своими противными криками привлекая внимание. Лами вышла к тварюге, выслушала его, кинула пакет корма…

— Главная дорога к поместью. Как ты и ожидал.

— Я угадал. Много их?

— Много. Сколько — не знаю, сильфы считать не умеют. У них куриные мозги. Больше одного — значит, много.

— Ну тогда — в ружье! Ты на бэтре, потому что с ним и один человек управится, мы с Гатором — на «Волке».

— Принято, — кивнула Лами. — Ощущения, как будто на стрелку выезжаем…

— Аналогично. А чем наши стрелки заканчиваются — ты знаешь.

Во дворе нас уже ждал Гатор.

— Ты — со мной, — ткнул я его пальцем в грудь. За пулемет.

— Гатор любит стрелять, — ухмыльнулась страшная рожа нашего великана. — Пулемет люблю.

— Ты только нас не подстрели, — сказал я ему, глядя на неподдельный восторг на его лице.

— Кого стрелять?

Тьфу, блин, как объяснить это нашему умственно скорбному?

— Чужих стрелять, Гатор, — вмешалась Лами. — Не нас. Понял?

— Гатор понял, — расплылась рожа в улыбке.

— Ну, раз понял — тогда вперед!

Мы выгнали из гаража спрятанную до поры до времени технику и бодро покатили навстречу ватажникам.

Место для засады я выбрал в десяти верстах от поместья — как раз там, где был основной съезд на главную дорогу. А еще тут были пара ложбин и холмов, за которыми было удобно прятаться. За них мы и загнали свои броневики, с разных сторон дороги.

Если бы противник имел воздушную разведку — тут бы нам и кирдык, но… Здесь коптеры и прочая летучая мелочь спросом не пользовалась — как я уже говорил, до нее были охочи сильфы и прочая летучая сволочь. А вот камеры на пригорках я поставил — мне нужен был обзор.

— Едут, — раздался в гарнитуре голос Лами. — Ох, ё, их действительно много!

Да, пожалуй. По дороге растянулась