Бесы - Константин Владимирович Денисов

кстати, не очень гостеприимно было колоть меня какой-то, наверняка не безвредной, дрянью, — сказал Спас, — но думаю, дело не в этом.

— На, выпей это, — помощница извлекла откуда-то из под завалов бумаги стакан и небольшой бумажный конвертик, в котором, судя по всему, была таблетка, — полегчает. Это специально для тех, кто тяжело отходит от «выключателя», как его называют девочки.

Спас пристально на неё взглянул, слегка сузив глаза.

— Да брось, если бы мы хотели от тебя избавиться, то не стали бы так всё усложнять, — сказала помощница.

Довод был разумный. Спас встал, и его тут же повело. Выдержав небольшую паузу и дав вестибулярному аппарату время чуть подстроиться, он подошёл к столу, взял конверт, в котором и правда оказалась серая таблетка, проглотил её и запил водой. Как только стакан коснулся его губ, он стал судорожно глотать, не в силах остановиться и оторвался, только когда там не осталось ни одной капли.

Помощница иронично на него взглянула, взяла откуда-то снизу кувшин и налила стакан до краёв. Спас выпил и этот. Ему слегка полегчало, он поставил стакан на стол и уже более уверенной походкой вернулся к стулу. То ли ему так не хватало в организме воды, то ли таблетка начала так быстро действовать, но самочувствие улучшалось на глазах.

— Теперь ты готов поговорить с предводительницей? — спросила помощница.

— Готов, — кивнул Спас. Он поднял стул, принёс его к столу помощницы, поставил прямо напротив неё, уселся, — готов! Только с глазу на глаз. Ну что, поговорим, предводительница? — он слегка наклонился вперёд, пристально глядя в глаза помощницы.

— Да как ты смеешь! — вскрикнула большая женщина.

Маленькая тут же вскинула руку, останавливая её.

— Бона, перестань! Ты же видишь, нет смыла продолжать это представление, — сказала она, и добавила, обращаясь к Спасу, — как ты понял?

— По глазам, — честно сказал тот, — как только ты на меня взглянула, я сразу догадался. Уверен, естественно, не был, но всё дальнейшее только укрепило меня в этой мысли. У тебя взгляд предводительницы, а не у неё.

— Ты со мной флиртуешь? — подняла одну бровь маленькая.

— Нет, что ты, я женат! — пожал плечами Спас.

— Думаешь, я не достойна внимания мужчины? — чуть жёстче сказала маленькая.

— Ну почему же? — сказал Спас, — понятно, что над твоим лицом кто-то потрудился. Но это отталкивает только на первый взгляд. В процессе общения про это забываешь и начинаешь видеть суть человека. Всё остальное отходит на второй план.

— Честно, — улыбнулась маленькая, — почему ты хочешь поговорить с глазу на глаз? Думаешь, что сможешь взять меня в заложники?

— Нет, даже пытаться не буду, — сказал Спас, — просто мне кажется, что нам есть что обсудить. Ты пока даже не представляешь, насколько наша встреча важна. И прежде всего для тебя. То, что я оказался здесь, это большая удача.

— Никакая это не удача, — сказала маленькая, — это слаженная работа моих Валькирий на боевом вылете. Всё просто.

— Думай что хочешь, — сказал Спас, — но когда мы начнём разговаривать, полагаю, что тебя ждёт много сюрпризов.

— Почему наш разговор так важен? — спросила маленькая.

— Он поможет предотвратить кровопролитие, — сказал Спас, — большое кровопролитие.

— А если не поможет? — спросила маленькая, — хотя, я пока не понимаю о каком кровопролитии идёт речь, но в любом случае, мы ведь можем и не договориться.

— Находясь здесь и глядя тебе в глаза, я чувствую, что шансы на благоприятный исход очень велики, — сказал Спас.

— И на чём же основано это чувство? — спросила маленькая.

— На том, что ты умная, — пожал плечами Спас, — а умные люди стараются не совершать глупых поступков. Плюс ко всему, мне кажется, что ты дорожишь своими людьми. Ты не захочешь лишней крови, если будет шанс её избежать.

— Думаешь, что ты меня прочитал? — в голосе маленькой звякнула сталь, — думаешь, что знаешь всё что будет?

— Нет, — просто сказал Спас, — у меня вопросов больше чем ответов. И про тебя в том числе. Но определённые позитивные ощущения есть. И главное из них основывается на том, что я сейчас здесь.

— Поясни? — спросила маленькая уже несколько проще.

— Меня допрашивают не какие-то специальные люди, а сама предводительница! Разве это обычная ситуация? Думаю, что нет. А это значит, что есть какая-то проблема, которую нужно решить и ты надеешься, что я имею к этой проблеме отношение.

— Бона, выйди, пожалуйста, — маленькая повернулась к большой.

— Но Эс? — опешила та.

— Ты боишься за меня? — сказала маленькая и в её голосе послышалась ирония.

— Не в этом дело, — смутилась большая, — просто не нужно играть по его правилам. Зачем идти у него на поводу?

— Никто никуда не идёт, — улыбнулась маленькая, — кроме тебя. Давай не будем препираться при посторонних, хорошо? — в последней фразе почувствовался нажим.

Большая опять смутилась,кивнула и стремительно вышла, злобно глянув на Спаса.

— Тебя зовут Эс? — спросил Спас.

— Только друзья, — ответила маленькая, — полное имя Эсмеральда.

— Красиво! А я Спас, — ответил он.

— Серьёзно? — усмехнулась она, — это имя тебе дали при рождении?

— Нет, — покачала головой Спас, — но некоторые обстоятельства моей жизни привели к смене имени. Я не сам его придумал. Его мне дала одна маленькая девочка.

— Дай, попробую угадать, — сказала Эсмеральда, — девочка, которую ты спас, так ведь?

— Когда она выбирала имя, ещё нет. Она только на это надеялась, — сказал Спас.

— Ты оправдал её надежды? — спросила Эсмеральда.

— Только отчасти, — не удержавшись, вздохнул Спас, — но теперь она опять вляпалась в неприятности.

— И ты надеешься её опять спасти? — усмехнулась Эсмеральда.

— Нет, на этот раз это может сделать только мой сын, — сказал Спас.

— Всё равно странно, что взрослый мужик сменил имя на то, которое ему придумала какая-то девочка, — иронично сказала Эсмеральда.

— Своего имени я тогда не помнил, а надо же было меня как-то называть, — сказал Спас.

— А потом вспомнил? — спросила Эсмеральда.

— Нет, но мне его сказали, — невесело улыбнулся Спас.

— Я смотрю у тебя очень насыщенная жизнь, — Эсмеральда откинулась на спинку стула, — жена, сын, какая-то спасённая тобой девочка…

— Можно сказать, что дочь. Приёмная, но она теперь член нашей семьи, — сказал Спас.

— Да уж. Ты так быстро и так много о себе рассказал… и в то же время не сказал вообще ничего. Неплохо! Очень неплохо! — кивнула Эсмеральда.

— Да нет, то что я сказал для тебя не имеет смысла, потому что ты меня впервые видишь. Как только мы познакомимся поближе, вся эта история не будет казаться такой надуманной, — сказал Спас, — но ведь имя Эсмеральда тоже не настоящее, верно?

Она чуть-чуть, но всё же резче чем обычно, глянула на него. Поняв, что это не ускользнуло от его внимания, она не стала отпираться.

— Да, это имя я взяла себе сама. Другого у меня больше нет. Теперь оно настоящее. Я очень много читала…

— Надо же, моя жена тоже, — вставил Спас.

— Мы не так долго разговариваем, но ты упоминаешь её уже не в первый раз, — Эсмеральда склонила голову на бок, — тебя волнует её судьба?

— Да, но дело не совсем в этом, — Спас сделал паузу, — просто она придёт сюда и убьёт тебя. А нам это не нужно.

Эсмеральда звонко и заливисто рассмеялась.

— Ты сейчас серьёзно? Думаешь это вообще возможно? — сказала она, отсмеявшись и вытерев рукой слёзы.

— Дело не в том, возможно или нет. Дело в том, что она попытается. А ресурс, который она может к этому привлечь, не маленький. Крови будет много, а нам, повторяю, это не нужно. Поэтому, в общих интересах договориться как можно быстрее.

— Я жалею что ввязалась в этот разговор, — сказала Эсмеральда вставая, — я думала от тебя будет толк, но, похоже, что ты не в себе, — она направилась к двери.

— Тот завод на острове мы уже отбили у сибаритов. Он под нашем контролем. Туда идут большие силы. Если вы захотите его заполучить, начнётся война, — сказал Спас.

Эсмеральда не дошла до двери, замерев на полпути. Потом она медленно повернулась.

— Что ты сказал? Ну ка повтори? — с расстановкой сказал она.

— Повторять не буду, ты всё и так слышала. Вы опоздали. Завод мы захватили первыми. Вам лучше отступить, — сказал Спас.

— Что ещё скажешь? — жёстко спросила Эсмеральда.

— Думаю, что ложь это путь в никуда, поэтому лучше сразу вскрыть все карты, — сказал Спас, — из-за возникшего недоразумения, нам пришлось нанести удар по вашим кораблям. Это уже случилось и желание отомстить вполне закономерно, но первый камень бросили не мы. Не нужно