Вик Разрушитель #5 - Валерий Михайлович Гуминский

class="p1">— И долго она продлится? — угрюмо спросила Ника. — Найдете одних уродов, появятся другие. Вся жизнь аристократа — вечная борьба за место под солнцем. Андрей хочет занять одно из этих мест. Что здесь плохого?

— Плохое то, что ты подвергаешься опасности вместе с ним, — повторил Елецкий. — И его решимость принимать на себя магические атаки — весьма сильные, кстати — нисколько меня не трогает. Когда-нибудь он ошибется и погубит себя, а вместе с ним и того, кто ему доверился.

— Володя, дело ведь не в твоих страхах за дочь, — мягко сказала Ольга Егоровна, решив направить разговор в более мягкое русло. — Там что-то иное. И ты знаешь причину.

— Да при чем здесь иная причина, Оля? — поморщился князь. — В первую очередь нужно обезопасить дочь.

— Ника права. Сильные кланы всегда находятся в сложных взаимоотношениях друг с другом, — женщина погладила понурившуюся княжну по голове. — Между ними периодически вспыхивает вражда, что приводит к печальным потерям. Ты уверен, что жизнь дочери станет спокойнее, если она выйдет замуж за кого-то из Мстиславских?

Вероника фыркнула возмущенно, щеки ее заалели от услышанного. Впрочем, ей хватило ума промолчать и внимательно слушать.

— На девяносто процентов, если так, — спокойно парировал отец. — Только вот не надо так улыбаться! Это все же серьезная гарантия! А будь это кто-то из союзников или вассалов императорской Семьи, то цифра стремительно покатится вниз. Но не настолько, чтобы быть под постоянной угрозой нападения! Ника уже второй раз за короткое время знакомства с Мамоновым подверглась опасности!

— Он меня и спас дважды! — выпалила Ника. — Без вмешательства охраны!

— Я не умаляю его достоинств, дочь! — выдохнул устало князь. — Молодец, поступил по-мужски, как и подобает дворянину! Я пытаюсь сказать, что такая периодичность опасностей аномальна для шестнадцатилетнего юноши! Мы не на войне! Мамоновы ни с кем не воюют, хотя врагов и соперников хватает! Я был на совещании в ГСБ и специально узнавал ситуацию по клановым конфликтам! Есть мелкие стычки, которые решаются на другом уровне, но серьезные кланы сейчас находятся в равновесии, никаких разногласий у них нет! Почему же мальчишка подвергается нападениям?

Елецкий лукавил. Он уже знал, что случай в парке был инсценирован самим Иртеньевым, за что воевода и его люди извинились. Но именно эта инсценировка еще больше насторожила князя. А после встречи с императором и цесаревичем он убедился окончательно: княжича Мамонова очень серьезно опекает клан Мстиславских, но с какой именно целью — пока Владимир Данилович не знал. А где император — там интриги и подковерные игры такого уровня, что Слугам туда лучше нос не совать. А князь Елецкий считал себя, в первую очередь, государевым человеком с высоким уровнем допуска. С высоким, но не высшим. Цепной пес, не более.

— Ты бы мог выяснить это у императора, — Ольга Егоровна покачала головой. — Обрисуй ситуацию, он поймет. Нельзя запрещать дочери встречаться с ребятами, которые ей по душе. Андрей, кстати, очень деятельный молодой человек, с минимальной поддержкой своего Рода. Не забыл, где живут Мамоновы?

— Тем не менее, у него уже есть небольшой штат телохранителей, — усмехнулся наивности жены Елецкий. — Даже поверенный в делах появился. Некий Ломакин Евгений Сидорович. Кстати, маг. Не одаренный из чьего-либо Рода, а высококвалифицированный чародей. Не часто встретишь такого в дворянских семьях. Я наперечет знаю кланы, где они есть. Пальцев вполне хватит. А еще у мальчишки появился собственный дом, где будет мастерская по ремонту бронекостюмов УПД и какая-то студия.

— Звукозаписи, — сказала Вероника. — Андрей хочет раскрутить молодых и неизвестных талантливых певцов.

— Ну и зачем ему это? — хмыкнул отец, закидывая ногу на ногу. Он успокоился и пытался теперь понять, чем увлек ее дочь княжич Мамонов. — «Раскрутить». Что за вульгарное выражение? Нет, чтобы сказать «помогает в продвижении таланта».

— Краткость — сестра таланта, — улыбнулась Ольга Егоровна. — А молодые ищут новые формы общения, чтобы язык не мозолить долгим объяснением.

— Скажи, что пошутила! — воскликнул Елецкий.

— Отчасти. Но тенденция видна невооруженным глазом. Так что советую изучать молодежную среду. Многое можешь узнать интересного.

— У меня иных дел по горло, — буркнул мужчина.

— Пап, — осторожно окликнула его Вероника. — Ты не хочешь отменить запрет?

— Нет. Давай договоримся так: никаких контактов вне дома кроме лицея. Временно, — особенно надавил на последнюю фразу князь. — После того, как вас чуть не угробили в несчастной кондитерской, идет серьезное расследование. Ищут исполнителей. Я попытаюсь выяснить, что такого ценного в твоем однокласснике, если даже на его похищение пошли. Все, мое решение окончательное.

— Хорошо, — девушка закусила губу от досады и встала чересчур резко. — Я пошла в свою комнату. Надо биологию повторить.

И она удалилась, громко постукивая каблуками туфель по полу. Излишне громко, показывая всем видом, что не согласна с отцом. Впрочем, она понимала, что это ребячество. Запреты Главы рода не игнорируются, а выполняются.

— Все же объясни, в чем причина твоей неприязни к мальчику? — жена проводила дочь взглядом, и когда она поднялась по лестнице наверх и скрылась в своей комнате, требовательно взглянула на мужа. — Ребята общаются, они тянутся друг к другу. Разве плохо?

— Понимаешь… — Елецкий покрутил шеей, чувствуя хруст позвонков. Он оттягивал ответ. — У меня сложилось мнение о Мамонове как о потенциальном избраннике Великой княжны Лидии. Я присутствовал на нескольких узких совещаниях, где почти постоянно заходит речь об Андрее. Да, это не доказанный факт, а всего лишь личные наблюдения. Не может такого быть, чтобы какому-то подростку уделяли столько времени! Я не понимаю глубинных причин, и от этого мне тревожно за дочь.

— Не хочешь, чтобы чувства дочери зашли настолько далеко? — проницательно спросила княгиня.

— Да, именно это и пытаюсь донести до нее! — в сердцах воскликнул Владимир Данилович. — Мне тревожно за Нику. Во всех отношениях!

— Но это лишь твои страхи, — Ольга Егоровна встала и обошла кресло. Ее руки легли на плечи мужа и стали их мягко массировать. — Всего лишь страхи. Новое место службы, большая ответственность, странные ситуации, в которых оказывается одноклассник нашей дочери… и она вместе с ним. Понимаю твое желание оградить Нику от ужасов большого мира.

— Не преувеличивай. Скажешь тоже — ужасов, — добродушно проворчал Елецкий, расслабившись в кресле. — У Мамонова какой-то редкий Дар, который хотят использовать в целях императорского клана. Но как на это посмотрит князь Георгий? Я же говорю, происходят какие-то движения, в которые втянут даже Брюс. А этот стреляный воробей никогда лишний раз не чирикнет.

— Ты государев человек, — вздохнула жена. — На службе у императора не следует сомневаться его решениям. Сам же хотел быть поближе к трону. Вот и будь. Только не лезь в дела, тебя не касающиеся. И не вздумай