Турнир четырех - Оливер Ло

class="p1">В детстве она безусловно любила своего брата, как подобает младшей сестре. Красивый, талантливый, всегда бережно относящийся к ее чувствам и проявляющий заботу Лучезар был центром ее вселенной.

Но с годами она начинала становиться капризнее. Когда проявилась ее любовь к жестокости и пылкий нрав, она желала, чтобы ее брат, как и прежде потакал ее хотелкам. Но в тот момент их мнения разошлись. Лучезар отказался истязать невинных людей и убивать противников на поединках. Для Лилии он был слишком добрый и чуткий, слишком справедливый. С годами она все больше пропитывалась обидой к нему, которая вскоре переросла в отвращение. Но она по–прежнему показывала свою, пусть уже и ненастоящую любовь к брату, даже большую, чем должна быть между братом и сестрой, иначе им было бы сложно манипулировать. Ведь она прекрасно знала, какие чувства испытывает к ней Огневедский княжич.

Лучезар же нашел пусть и сомнительный, но компромисс. Он стал приводить для нее «игрушки», которые нравились девушке, а она уже делала с ними все то, что захочет. Юноша убедил себя, что эти жестокости не на его руках, но в то же время удовлетворял запросы сестры.

— Твой следующий бой. Ты же порадуешь сестренку снова? — Она хлопала своими большими черными ресницами.

Ее руки, в красного оттенка перчатках, коснулись руки Лучезара.

Княжич вспыхнул еще сильнее и устало улыбнулся.

— Конечно, я покажу тебе бой, еще лучше, чем этот. Обещаю.

— Будь более свиреп. Ты же знаешь, твоя сестренка любит, когда ты высвобождаешь всю свою силу.

— Несомненно, моя княж…кха–кха.

Принц не закончил фразу, тяжело закашлявшись, виновато посмотрев на Лилию. Но в глазах той было абсолютное безразличие.

В палате стало некомфортно.

Девушка вздрогнула, не понимая, откуда это давящее чувство.

Лучезар же сразу понял, что это давление от ауры, носитель которой имеет недобрые намерения.

— Уходи. — Строго сказал он сестре.

Но в тот же момент ткань палаты откинулась и внутрь вошел темноволосый высокий юноша в бежевом кафтане. Снаружи виднелись тела охранников. Он медленно обвел глазами помещение, мельком взглянул на Лилию и остановил свой взгляд на Лучезаре. Сейчас парень был настроен твердо, поэтому даже несоизмеримая красота Пламенной княжны не сбила его решительного взгляда.

— Вед! Что ты делаешь в моей палате?

Княжеский сын грозно посмотрел на Оземского, но разве можно воспринять серьезно взгляд человека с опустошенными жилами, прикованного к кровати. Лилия отошла назад, за кровать, и сжала кулаки. Огненная энергия наполнила ее руки, готовая в любой момент вырваться наружу. Несмотря на сложные чувства к своему брату, она все же считала его родным человеком и была готова защитить.

— Ты прекрасно знаешь, зачем я здесь. Отдай мне Засушливый Март, а потом искалечь свою культивацию, и я, так уж и быть, не стану убивать тебя и не трону твою сестру.

Лилия сложила знак Крада и начала поднимать руку вперед. Едва видные белые искорки завязались на ее пальцах, но она остановилась из–за слов Лучезара.

— Не смей!

Она вопросительно посмотрела на брата, но тот продолжал глядеть на Веда, будто пытался прожечь в нем дыру своими глазами. Более сдержанно он продолжил.

— Нельзя чтобы ты меня защищала. Ни один мужчина не простит себе такого позорного пятна на своем полотне судьбы. Не вмешивайся! — Его тон был суровым, будто он отдал приказ, от которого невозможно отказаться, отчего Лилия внезапно покраснела, но подчинилась.

— Как благородно с твоей стороны. Ну так, не заставляй меня ждать.

— Ты же знаешь, отец это так просто не оставит. Ты этим разожжешь войну между княжествами, тогда Русский Каганат распадется!

— Берканскому княжеству не нужен этот союз. Мы достаточно сильны, чтобы противостоять Хазарскому Каганату.

— Но тогда Иса…

— Да плевать я хотел на Ису, на Иеру, и на любое другое княжество, что окажется недостаточно сильным, чтобы противостоять навьим хазарам! Отдай. Мне. Засушливый. Март!

Вед поднял руку, тем самым оказал ужасное давление на Лучезара. Юноша, у которого сейчас совсем не было энергии, а тело сильно ослаблено выплюнул глоток темной крови.

— Х…хорошо! — Выдавил из себя Лучезар. — Если другого выхода нет, я сделаю так, как ты просишь. Но оставь Лилию в покое.

— Брат! Я недавно тоже прорвалась на первый Аркон. Я могу разорвать его на части.

— Нет. Ты только прорвалась, твоя энергия еще не стабильна. Ты не справишься с тем, кто уже долгое время тренируется и также, как и я находится на пике Аркона Тура. Так ведь, Вед?

Оземский ухмыльнулся.

— Ты можешь попробовать, но не думаю, что я смогу контролировать силу удара и не убить тебя.

Он полоснул по Лилии хищным взглядом. Убийственная аура коснулась княжны, заставив ее в очередной раз вздрогнуть. В этот момент, она поняла, сколько бы ярости в ней не было, она не способна противостоять Веду. Вместе с этой убийственной аурой девушка почувствовала какой–то необъяснимый холод, который существенно отличался от энергии Веда. Она ожидаемо поежилась.

Лучезар аккуратно отцепил с руки браслет с бежевым самоцветом.

— Как передашь браслет, уничтожь свою культивацию. Это не обсуждается.

Слова Веда отражались на сердце принца Огневедского, но сейчас он был не в состоянии что–либо сделать. Сжав напоследок браслет в руке, он бросил его в сторону Веда.

Но в этот момент…

Как только браслет оказался в воздухе между Лучезаром и Ведом, линия изморози мелькнула рядом. Всего за долю одного маха перед ними возник силуэт человека, а браслет исчез.

В дальней части палаты появился черноволосый юноша и, улыбнувшись, подкинул Засушливый Март в руке.

— Как обычно, происходит что–то интересное, а меня не позвали. Мы же с вами единственные, кто остался на Турнире Четырех, разве можно меня игнорировать?

Все в удивлении перевели взгляд на парня. Это был Ивор, тот юноша с ледяным атрибутом, который добрался до полуфинала.

— Верни мне Март, если не хочешь закончить свою жалкую жизнь в муках!

— А? Так это твое? — Ивор ткнул браслетом в сторону Веда. — Я почему–то был уверен, что видел, как многоуважаемый княжич Крадова использовал его во время поединка. Ах, мне кажется, что я слышал, будто бы и сам князь получил Засушливый Март по праву поединка.

Тон ледяного юноши был насмешливым и игривым. Лучезар смотрел на него и задавался множеством вопросов, в то время как Лилия, которая стояла к Ивору ближе всего, внимательно изучала его с головы до ног.

— Ты не понимаешь!