Путь Хранителя. Финал - Роман Саваровский

— То есть ты не знаешь наверняка, — зацепился я и вновь сел рядом.

— Не знал, — уточнил дед, — Но теперь я уверен. Первый Хранитель создал правящий стол и погиб. Второй Хранитель объединил членов стола общей целью и погиб. Третий Хранитель внедрился Стражем, рассекретил всю сеть Орденов и погиб. Четвертый Хранитель усадил на трон династию Романовых, полностью подавил активность Высшей на территории России и погиб. Пятый Хранитель... — тут Борис Жуков запнулся, его мышцы напряглись и сжались в кулаки.

Никогда не видел чтобы дед о чем-то переживал настолько сильно, что его буквально трясло. От ярости да, но сейчас стариком овладела вовсе не она. На миг, всесильный образ Абсолюта треснул, и я увидел за ним человека. Обычного хрупкого человека, способного испытывать страх и грустить. Человека, даже в могучее сердце которого способны закрасться неуверенность.

— ... самый могущественный и сильный из Хранителей, — подхватил я, — единственный Абсолют что раскусил планы Высшей и бросил ей вызов. Переиграл могучее существо в ее же игру и потерял при этом лишь камзол и штанины брюк. Ничего не упустил?

— Много чего упустил, кроха войны, — по-доброму улыбнулся Борис Жуков и потрепал меня по голове, — Пятый Хранитель в детстве любил играть с младшим братом рядом с Аномалией. Пятый Хранитель не уследил за ним и позволил Аномалии проглотить его. Пятый Хранитель винил в этом всех кроме себя и десять лет тренировался как проклятый, чтобы убить каждого члена Ордена, что лгал ему и отказывался помогать найти брата. Пятый Хранитель плевать хотел на слова Рюрика, правящий стол и сраные предназначения. Никого не слушая, он делал только то, что хотел. Чистое совпадение, что его действия оказались именно тем, что было нужно. Только рождение внуков вправило Пятому Хранителю мозги и заставило думать не только о себе, но и о роде и долге Хранителя. Именно благодаря вере в своего внука Пятый Хранитель смог стать Абсолютом, пробудить глубинные воспоминания предков, увидеть картину целиком и, впервые в жизни, взять на себя ответственность. Да, черт возьми, я отказался от мира богов из чистого эгоизма и слепой веры что мой брат еще жив, а мир спасаю лишь потому, что хочу чтобы ему было куда вернуться!!! — с чувством взревел дед и могучим ударом расколол камень пополам и пустил трещину по всей горе на который мы располагались.

Коряга странным образом выдержала чудовищную волну энергии и лишь жалобно скрипнула.

— Кажется, мы с тобой о разных людях говорим, — вздохнул я, — Пятый Хранитель был потрясающим дедом, великим примером самоотверженности и чести для тысяч граждан Российской Империи, готовых без раздумий отдать за него жизнь. Пятый Хранитель хоть и пугал, но вдохновлял своих сторонников, и вселял праведный ужас во врагов. Пятый Хранитель сделал мир куда лучше, чем он был бы без него. Поверь своему внуку, который полтора месяца был вынужден жить в реальности, где Абсолюта Бориса Жукова не существовало. Тот мир полное дерьмо без тебя, старик.

Долгих тридцать секунд дед сидел молча и не поворачивал лица, но боковым зрением я видел, что старик улыбается уголками губ. Возможно, даже плачет, но проверять я не стал.

Не факт, что желание спасти мир сильнее гордости старого садиста. Никто лучше меня не знал, что свидетелей своей слабости дед убивал куда яростнее чем заклятых врагов. А тут и гадать не надо, осмелься я повернуться и проверить, летел бы сейчас вниз насаживаться на острые колья деревьев.

— Пятый Хранитель гордился своим внуком, — вдруг сказал дед теплым голосом и от души всадил мне ладонью в спину.

Ребра захрустели, прогнулись вовнутрь, и чувство свободного падения заглушило собой все остальные.

Глава 31

Ветер ревел в ушах, острые пики деревьев приближались с ужасающей скоростью, за спиной раздавался хохот старого садиста, но мне было не страшно.

Совсем.

Один взмах рукой и скорость падения замедлилась настолько, что теперь это уже и не падение вовсе. Астрал не подчиняется логике и физике нашего мира, а значит законы тут устанавливает тот у кого сила.

И сейчас она была у меня.

Вернув телу правильное вертикальное положение, я спокойно лавировал между острыми деревьями и без какого-либо труда медленно опустился на землю, отряхнулся и недовольно потер ушибленную спину.

Бык как ни в чем ни бывало материализовался рядом и выглядел в полном порядке. Разве что насыщенность его внутренних потоков немного ослабла, намекая что Астрал мне все еще чуждый мир.

Спустя пять секунд рядом со мной приземлился и дед.

— Вижу догадался как тут все устроено, — с довольно лыбящейся рожей бросил Борис Жуков и хлопнул меня по плечу.

— Мог и словами объяснить, — укоризненно покачал я головой.

— Практика всегда эффективнее, — не согласился дед и уверенно пошел вглубь леса.

Деревья расступались перед Абсолютом, корни прятались обратно в землю, трава выстилалась в мягкий коврик, а валуны откатывались в сторону словно колобки. Его путь не украшало разве что теплое солнышко да пение птиц.

При этом внутренние потоки Бориса Жукова не гасли, а наоборот крепли с каждой секундой пребывания здесь. Оказалось, Абсолют куда больше часть Астрала чем хвасталась моя сестра или Астрид.

— Ты не закончил, — напомнил я, поравнявшись с довольно быстро марширующим стариком.

— Разве? — вскинул брови Борис Жуков, — я раскрыл секрет твоего происхождения, твою ценность и нависшую над миром угрозу. Остальное объясняется простой фразой, которую ты прекрасно знаешь.

— Серьезно?! И сейчас ты будешь напоминать про сраный долг Хранителя?! — возмутился я и встал на месте.

— Разочарован что мне вообще пришлось напоминать. Стать наследником Хранителя было твоим решением, — прогромыхал Абсолют, медленно развернулся и впился в меня тяжелым подавляющим взглядом.

Не сосчитать сколько раз я видел этот пугающий взгляд и всегда отводил глаза, признавая силу и правоту старого садиста. Но сейчас он этого от меня не дождется. Уж точно не после того, через что мне пришлось пройти.

Всю мою жизнь иметь столько секретов и недомолвок, чтобы когда они вскроются отделаться сраный долгом Хранителя? Ну уж нет.

— Так ты разочарован мной или гордишься? — не отводя глаз от крайне недовольного Абсолюта хмыкнул я, — ты уж определись.

Вместо ответа вена на лбу старика угрожающе взбухла, но я терпеливо продолжал ждать ответа. Намерения уступать не