Достучаться до Небес - Антон Чернов

туши, это точно. А вот Светка, как ни билась, смогла настрогать не более полусотни кило съедобной вырезки. Остальное — жёсткое, как подмётка, вне зависимости от способа отбивания-приготовления. Да ещё и на редкость вонючее и невкусное. Козлом от этого мяса разило, как ни удивительно.

Ну, полцентнера вполне вкусного мяса — тоже неплохо, хотя выкидывать на порядки больше остального было обидно. Но что есть — было, и это замечательно, если бы не внезапно нарисовавшаяся проблема, сам факт наличия которой не приходил в голову.

А именно — вода. Совершенно банальная вещь, о которой думать смешно, с рециркулятором на атомной батарее… Доставшемуся на поживу мерзкой каракатице. Даже поругались со Светкой немного.

— Радужная, блин! — вопиял я. — Ты, именно ты проводишь в ванной по несколько часов в день!

— Жалко, что ли, Верхазов? — огрызалась Светка.

— Мне — не жалко. Но какого корнеплода ты засунула рециркулятор в контейнер?!

— Место было, — буркнула вредительница.

— То есть, — пригляделся я к немаленькой бочке, — Масло хвойное, очищенное дезодорированное, двести литров — в Вездетанк! А рециркулятор во внешний контейнер?!

— Самому нравится! Могу не намазываться!

— Ну… нравится, — признал я. — Намазывайся. Но не двести же литров!

— Не буду! — показала язык Светка. — Какая была тара, такую и взяла! И это вещь нужная… кхм.

— Нужнее рециркулятора воды? — не стал я сводить на конус вопрос.

— Не нужнее! И хватит меня обижать! Ну… так сложилось!

— Ладно, и вправду, что уж. Но маслом — намазывайся. И пахнет приятно…

— Так уж и быть — буду. Надо воды добыть, Жора, — сделала потрясающий в своей логичности вывод Светка.

— Надо, — подтвердил я. — Только я что-то источников в этом лесу и не припомню. Мопс?

— Источников пресной воды, с момента отдаления от реки Обь нам не встречалось, товарищ Жора!

— Хреноватенько, — констатировал я. — Можно, конечно, из древесины сок цедить. Но долго и много не нацедишь. На ванну точно не хватит.

— Я… переживу. Потерплю, — с жертвенностью панфиловца выдала Светка. — Но с ванной и душем — лучше!

— Лучше, кто же спорит… Но пока — экономия воды. Только на питьё. А я соковыжималку буду делать.

— Скорее — деревовыжималку.

— Но выжимать-то она будет сок! — отметил я, на что подруга не нашла, что возразить.

В общем, вожусь я с измельчителем-прессом пару часов уже, как вдруг Мопс докладывает:

— Товарищ Жора, товарищ Света! На основании озвученной потребности в воде, в которой, должен вам напомнить, нуждаются и некоторые критически важные механизмы платформы Ведетанк, докладываю: на северо-западе от маршрута наблюдается рост влажности и потенциальное заболачивание почвы!

— Это ты правильно напомнил, — одобрил я. — Тоже ведь нужна вода. Хотя и древесный сок после фильтрации и обработки сгодится…

— Ванна и душ!

— Свет…

— И санузел нормальный, Жор! Тебе нужен!

— Блин, Свет! Я что — спорю?! — возмутился я. — Мопс, отклоняйся от маршрута, двигайся в направлении потенциального источника воды. А я… цистерну надо сообразить, — прикинул я.

— И фильтр, — дополнила Света.

— Систему фильтрации. А вообще — можно бы и рециркулятор… но просто места в Вездетанке на него не найдётся. Тут и промышленный, миниатюрный кто-то…

— Это была почти ошибка!

— И ты почти извинилась, я помню, Свет. В общем моя кустарная поделка даже теоретически не влезет, — подытожил я. Надо бак, тонны на три…

— Пять минимум! — заявила любительница ванных процедур.

— И куда? — поинтересовался я, оглядывая пространство.

— Четыре — точно влезет!

— С трудом… ну ладно, пусть будет четыре. Дорога немалая, но с тонной тебе придётся на кухне толкаться — тонна будет ТОЛЬКО на питьё!

— Хорошо, Жорочка, — делал вид добронравной девицы Светка, но я ей не поверил — всё равно рыжая, со стервозинкой!

Глава 24. Водяной караван

По мере продвижения Вездетанка глубже в болотистую местность этот окружающий нас лес закономерно менялся. Пропадали крупные деревья, зато появлялся кустарник и совершенно монструозных размеров тростник и осока. Но скорость продвижения как бы не замедлилась — хоть деревья и заменились кустисто-травяной мелочевкой (а называть эти гигантские тростники и прочую болотную флору мелочёвкой — с трудом поворачивался язык), но плотность этих насаждений была запредельной. И это помимо топкой почвы, покрытой мхом, в которые колёса Вездетанка основательно проваливались.

— Как бы не болото тут оказалось, а не источник воды, — обеспокоенно озвучила Светка.

— Болото и болото, — пожал плечами я. — Главное — чтобы открытая вода, а фильтровать так и так. Ну, с болотом — чуть сложнее, — признал я. — Но не критично.

— Я, Жора, не столько о воде беспокоюсь, сколько о обитателях болота. Речную жабу вспомни, — напомнила Света, а Бейго, побывавший в пасти этой прыгучей скотины, обеспокоенно рыкнул. — В болотах подобной пакости может быть немало, а то и похуже. Не говоря о том, что Вездетанк, конечно — амфибия. И прекрасно чувствует себя на суше и в воде. Но болото — несколько иное.

— Подтверждаю, товарищ Света — при уровне топкости, превышающей конструктивные возможности, скорость движения Вездетанка будет незначительной. Но полностью лишить Вездетанк хода топкие почвы не способны.

— Вот, Свет, — с некоторой, заслуженной гордостью, отметил я.

— Да, Жора, ты — хороший техник. В чём-то даже инженер, — признала рыжая. — Но возможные сложности это не отменяет.

— Ну, поживём — увидим, — философски пожал плечами я. — Альтернатив всё равно нет.

Едем, оглядываемся, тут вдруг Мопс докладывает:

— Агрессивная форма жизни, обозначенная “черви-падальщики”, не фиксируется датчиком платформы!

— Это чего это они? — заинтересовался я.

— Не могу знать, товарищ Жора!

— Видимо, слишком влажно, Жор, — предположила Света.

— Видимо, но мха-то до чёрта, — отметил я наблюдаемый факт. — Ну, может, не в нём живут. Нет — и хорошо, а вместо них — никакой