Алексей Ефимов - Хрустальное яблоко

Вообще-то ойрин весьма терпимо относились к преступлениям против собственности – если вор соглашался своим трудом возместить нанесенный ущерб. Насильникам и убийцам же не стоило ждать от них снисхождения – наказанием за это служила не тюрьма, а пытки и смертная казнь разных степеней, да и сыскная полиция в Империи работала преотлично.

Узнав об этом, Игорь усмехнулся. В Русской Империи не было государственной полиции как таковой. Никто вообще не «следил за порядком» в привычном смысле этого слова. Закон соблюдали скорее потому, что он стал традицией, настолько древней, что она фактически стала нормой жизни. Ее нарушали очень редко – да и смысла в том не было. То есть украсть или обмануть при желании было можно – только зачем, если доброе имя теперь стоило дороже любых вещей? На фронтире, конечно, полицейские были, но их выбирали сами местные жители и они скорей являлись организаторами защиты населенных пунктов от враждебно настроенных туземцев, да еще командирами местных ополчений…

…Погасив экран, Игорь подтянул колени к животу и, одним рывком выпрямившись, вскочил. Несколько секунд мальчишка сладко, до дрожи, потягивался, балансируя на пальцах босых ног, потом встряхнул головой и подошел к окну-экрану, занимавшему всю стену спальни.

Солнце уже садилось. Пора было лететь. Игорь оделся и вышел в коридор. Подумав только о том, что надо было набраться наглости и попросить, чтобы разрешили взять с собой Лину. Если бы она согласилась. Но ведь согласилась же она встретиться, «когда тебе, Игорь, будет угодно…»

Малау стояла почти рядом с резиденцией землян – в том же районе, всего в паре километров от нее. Над окружавшей ее металлической стеной торчали восемь тонких башен, увенчанных многогранниками лазерных пушек – первое и последнее предупреждение всем незваным гостям.

Игорь вздохнул. Ему не так уж и хотелось на этот прием – правду говоря, он уже начал уставать от назойливого любопытства, но тут уж ничего не поделаешь – назвался груздем, полезай в кузов. Друзей слишком много не бывает, а кто тут друг, кто враг – никто, кроме него самого, не выяснит. Это – тоже война и не слишком далекая от той, что ведется пушками и ракетами.

На стальных стенах Малау квадратами горел яркий, резкий синий свет проекционных матриц, и всю территорию посольства накрывал купол силового поля. После похищения единственного сына Ее Величество помешалась на безопасности, но Игорь не стал бы ее осуждать – он уже знал здешнюю поговорку, что выживают только параноики, дико звучавшую на Земле, но совершенно понятную и уместную здесь, на Йэнно Мьюри.

Джангри открыли им силовое поле, и земные челноки опустились за стеной, на просторной, мощенной шестигранниками шершавого камня площадке. Здесь стояли машины джангри, и еще несколько десятков их хозяев, включая майордома Его Высочества – честь, соответствующая статусу Цесаревича. Все остальные были, очевидно, придворными – дамы в длинных платьях и замшевых башмачках со смешными малиновыми помпонами, господа в таких же, как у принца, хайлинах – только покороче и не со столь сложной отделкой. Эта мелочь позабавила мальчишку – на Земле никому не пришло бы в голову выстраивать иерархию по длине подола и количеству узоров на одежде, но джангри считали иначе и были здесь в своем праве. Кроме того, им тоже могла показаться странной парадная одежда земных дворян, их тяжелые родовые перстни и пышные рукава свободных рубах… Что ни город – то норов, как говаривал отец.

Выбравшись из челнока, Игорь осмотрелся. За посадочной площадкой лежал ухоженный парк. Таинственно-синие силовые поля лениво колыхались над деревьями, скользя по верхней кромке стены. Их тусклый, рассеянный свет был похож на лунный и падал словно ниоткуда, углубляя тон зарослей, но в общем тут было уже темновато. Лишнего света на Йэнно Мьюри старались не жечь – и вовсе не для экономии энергии…

Сама Малау стояла в центре парка. Ведушая к ней широкая аллея упиралась в открытые ворота – единственные в стальной, темно-синей стене, поднимавшейся высоко над кронами исполинских деревьев. Это и правда напоминало армейский форт землян на какой-нибудь враждебной, но важной планете.

Громадное здание, служившее домом для тысячи двухсот джангри, в городе заняло бы целый квартал. Его плоскую крышу венчали перистые шпили и тарелки антенн, массивные башни тяжелых лучевых орудий. Вход в Малау ничем не был закрыт, но толстенная плита террасы, нависавшая над ним громадным балконом, в любой миг могла повернуться на поперечной оси, наглухо перекрыв и его, и громадное окно над ней – еще средневековая штучка, по-прежнему эффективная, надо сказать. Игорю вдруг вспомнились замки сторков. Давно утерявшие крепостные функции, многократно перестроенные, а то и вовсе совершенно новые, они, тем не менее, сохранили почти в точности такие же балконы!

Тут же Игорь с тоской и еще кое-чем вспомнил родной дом, так непохожий на этот жутковатый гибрид дворца, крепости и тюрьмы особо строгого режима. Да, Йэнно Мьюри была чужой в самом точном смысле этого слова – и вовсе не для одних землян…

Все формальные приветствия и расшаркивания мальчишка пропустил мимо своего внимания – он не видел в этом ничего интересного, что-то вроде формального танца, движения которого знаешь наизусть и не думаешь над ними. Сама земная делегация была небольшой – полтора десятка русских и английских мальчишек, Макаров, Цесаревич, лорд Оксбридж и подполковник ван Карьйо, несколько преображенцев и лондонских гвардейцев, а вот встречающих оказалось едва ли не вдвое больше. Они потянулись за землянами шумной, галдящей толпой, и Игорь поморщился: играть роль белой вороны ему ну совершенно не хотелось.

Войдя в залитый молочно-белым светом просторный вестибюль здания, земляне разошлись, огибая пьедестал статуи – женщина в легкой одежде, с гордым, редкой красоты лицом, сжимая в одной руке копье, протягивала кому-то другую руку… В прощании? В приветствии? Трудно понять… А над ней в воздухе парили холодные и чистые звуки песни на незнакомом Игорю языке ойрин, словно идущие из какого-то древнего, неведомого мира… Статуя была красивой. Чуть ли не первой по-настоящему красивой статуей, виденной Игорем на Йенно Мьюри… впрочем, тут скорее Джангр.

Кто-то из придворных пояснил, что это Императрица Иннира I, легендарная основательница Империи – даже свои статуи джангри старались здесь упрятать под защиту брони…

Поднявшись по широченной мраморной лестнице, земляне вошли в залу для приемов, один вид которой заставил Игоря удивленно поднять брови. Пол здесь был покрыт не ковром даже, а длинным темно-пестрым мехом, стены облицованы резными каменными панелями. Здесь стояли громадные полукруглые диваны, сплошь обитые красным сафьяном, тисненым, словно корешки старинных книг, и столики из полированного дерева, каждый дюйм которого покрывала сложная инкрустация из кости, уставленные разнообразной снедью. Вместо ламп были статуи нагих девушек высотой в человеческий рост. Они возвышались на кубических постаментах из малахита, словно вазы из матового стекла, налитые доверху сильным и ровным белым светом.

Игорь еще никогда не видел такой роскоши и даже не представлял, что она вообще может быть, а главное – не представлял ее функции. Для того чтобы быть «просто» красивой, роскошь была слишком… роскошной. Как очень сладкий торт. Невкусно… Впрочем, все мысли вылетели у него из головы, когда он увидел собравшуюся здесь толпу. Их появление вызвало громкие аплодисменты – к облегчению мальчишки, вполне искренние.

Как оказалось, приглашены были не только земляне – множество пестро одетых (или неодетых, кто их знает?) гостей ели, болтали и танцевали здесь под негромкую музыку. Некоторые, устав, дремали на диванах, другие сидели прямо на полу, у громадных плоских панелей настенных экранов. Они казались окнами в какие-то немыслимо прекрасные, живые миры – вероятно, нарисованные при помощи суперкомпьютеров, потому что реальность никогда не бывает столь продуманно-красивой.

Игорь ошалел при виде этой вечеринки – она казалась ему совершенно нереальной, но не растерялся и на миг. В конце концов, многие балы на Земле собирают не меньше людей и не-людей! Он сразу заметил, что самих ойрин здесь мало – хотя эти бледные, черноволосые, зеленоглазые люди в своей традиционной черной одежде выделялись в любой толпе. Но здесь большинство гостей составляли мьюри – а кроме них, хватало и инопланетян: Игорь увидел нескольких сторков, пару нэйкельцев и даже одну девушку явно славянской внешности – правда, не русской, а скорее чешской или словацкой. Оставалось лишь гадать – то ли это еще одна какая-то человекоподобная раса, то ли кто-то из потомков затерявшихся в хаосе Первой Галактической землян – слухи про такие колонии и анклавы в чужих мирах упорно ходили, хотя пока ни один не подтвердился…