Реинкарнация архимага 2 - Сергей Александрович Богдашов

— довольно легко принял Удалов мои рассуждения за рабочую версию.

— Ну, скажем, если бы мне предоставили нужные материалы и услуги артефакторов высокого ранга, то я бы смог, пусть и не быстро, но создать такой артефакт, который бы работал на такой Прокол Второго Купола. Причём, самостоятельно заряжаясь магическим фоном под внешним Куполом.

— Вы хотите сказать…

— Уже сказал. Я думаю, что эти изменения вызваны искусственно.

— Допустим, но зачем? Кому это могло понадобиться? Могут же тысячи людей погибнуть!

— Пока это всего лишь мои догадки, но кому-то же надо было вооружать степняков карабинами, и подослать в Саратове ко мне убийцу, когда тот узнал, что именно я организую Пробои.

Про барона Штайнера я Удалову уже рассказал, а теперь самое время, чтобы дать ротмистру самостоятельно дойти до всего остального.

— Нет, не может быть! — помотал он головой, всё ещё не желая мне поверить.

— Чтобы узнать правду, нам придётся зайти под Купол. Пусть и не сегодня, и не через неделю, но очень скоро. А пока — выпустим больше магии в наш мир! Давайте уже начинать!

Мы и начали. Но не сразу. Сначала напитали Силой защитные руны стены и лишь потом я активировал артефакт Пробоя. Кстати, дыра в Куполе вышла не слишком большой, и сама собой закрылась примерно через час.

Убито было порядка пятидесяти мутантов и парочка сколопендр, которые добрались до нас явно из-под Второго Купола. Причём, половина тварюшек убились сами, насадившись на колья, и бойцам достаточно было сделать по ним пару контрольных выстрелов. И лишь потом, когда мутанты своими тушами завалили колья, пришлось работать нам всем.

В итоге — всего лишь один раненый из десятка Василькова. Он не успел спрятаться от вороны, и она разорвав ему плечо, скинула парня со стены прежде, чем её приняли на штыки бойцы, стоящие рядом.

Для того, чтобы вернуть пострадавшего в строй мне хватило Среднего Исцеления.

На сбор трофеев и чистку Ямы времени ушло больше, чем на само сражение, но об этом никто не горевал. Бойцов поразила та лёгкость, с которой мы справились с большим числом тварюшек, ранее считавшихся смертельно опасными. А две сколопендры — это чистый восторг! Далеко не каждый пограничник может похвастаться, что лично участвовал в уничтожении такой Твари. Оттого, пусть и мысленно, но бойцы примеряли на себя медали, с надеждой поглядывая на отцов-командиров, от рапортов которых многое зависит.

Но некоторым сейчас было не до них:

— Голову и хвост отрубите и сложите отдельно. Потом отсчитайте три фрагмента от хвоста и головы. Их нужно отрубить и сжечь. Остальное забираем с собой! — уверенно командовал Васильков, наблюдая за разделкой пары Тварей.

— Иван Васильевич, неужто вы нас кормить собираетесь этим? — не смог не поинтересоваться Викентий Константинович.

— Вам нравятся лангустины? — вопросом на вопрос ответил штабс-ротмистр.

— Признаться, не пробовал, — не стал скрывать ротмистр.

— Креветки, раки, крабы, — не отрываясь от наблюдения за процессом разделки, перечислил Васильков.

— Раки, под пиво… Безусловно! — тут же отреагировал Удалов.

— Они померкнут, когда вы сколопендру отведаете. Обещаю, — легко отмахнулся от него Иван Васильевич, продолжая тщательно контролировать процесс разделки и давая указания бойцам, — А уж как они для магов полезны… Нет слов, — спустя минуту, снизошёл он на некоторые объяснения.

Я лишь мысленно поаплодировал. Повезло мне со штабс-ротмистром. Фанат вкусной и здоровой пищи для магов!

Я даже мысленно поклялся себе — если его суши, или что он там будет делать из сколопендры, меня на седьмую степень магии вытянут, я ему комплект своих зелий для поднятия Силы на весь полный курс бесплатно отдам.

Пожалуй, Васильков — это лучшая кандидатура из всех, кто мой подарок по достоинству оценит и отрекламирует мои товары должным образом.

По своей эффективности продукт моего эксперимента с травами выглядит ничем не хуже, чем алхимический эликсир, который мы изготовили вместе с лекарем. Но тот эликсир мало того, что меня капитально вырубил, стоил дорого, и в ближайшее время его повтор крайне нежелателен, а вот мои зелья сработали мягко, и я интуитивно чую, что очень скоро, допустим, дней через десять — двенадцать их повторный приём не нанесёт мне вреда.

Впору начинать биться головой об стену. Ревизия ингредиентов показала, что мне их от силы на два с половиной десятка комплектов хватит. Лето заканчивается и время сбора многих цветочков безвозвратно ушло.

— «Отцвели, уж давно, хризантемы в саду», — вспомнился мне пошленький романс, который я как-то раз услышал в Воксале.

Обидно, но он, как ни странно, даёт представление о том, что травами нужно заниматься с душой, и вовремя. Пока цветы не отцвели.

Оказывается, я на ровном месте мог стать чертовски богат, займись я травничеством вовремя. Но тут поздно горевать. К тому же, свой основной путь я выбрал, и теперь самое время подумать о следующей Печати.

Этим и займусь, как только мы на заставу возвратимся.

* * *

Когда мы вернулись на заставу, меня ожидали: ужин в офицерском собрании, письмо от дядюшки — Александра Николаевича Энгельгардта, и Дуняша.

Я не стал нарушать естественный ход событий. Пусть всё идёт, как идёт. Пока меня абсолютно всё устраивает.

Если что, к концу ужина нам подали ломти отварной сколопендры, которые, по мнению Василькова, стоило поливать лимонным соком. Пусть я уже был сыт, но свой ломоть схомячил первым, и с превеликим удовольствием. Полноценное блюдо из сколопендры Иван Васильевич пообещал лишь завтра к вечеру.

С письмом дяди было не совсем понятно. Ссыльный профессор сильно сомневался в том, что его обращения, как и его жены, которая сейчас подрабатывает переводчиком в Питере, может оказаться достаточно, чтобы ему изменили место пребывания.

Да уж… Тут никакая магия не поможет! А впрочем…

Добрый час потратил на письма своим должникам. Отправил их и в Тамбов, и в Саратов, и даже в Царицын. И да — там скромно попросил генерала Кутасова зачесть его поддержку прошению дядюшки вместо всех тех наград, которые мне были положены, но ими меня не наградили.

Нормальный такой фитиль вышел! С очень толстым намёком!

Теперь генерал знает, что я знаю, как меня опрокинули с наградами и званиями. Хотя бы потому, что раньше за пять тварюшек офицеру медаль была положена, а за два десятка — орден.

Вариантов выхода из не совсем приличной ситуации у него не так много: во-первых — наградить, согласно