Грозовое небо - ЮЭл

молнии. Может, со временем он подрастет, но вот уже несколько лет, как был маленьким, так и остается. В воде его скорость будет быстрее, чем на суше. Намного. И он сможет ловить рыбу, больше него самого в два, а то и в три раза. Имя, я думаю, Вы дадите ему сами.

Василиса не понимала, зачем царь рассказывает ей все это, пока не принесли маленькое существо с красным бантом на шее. Как отказываться от подарков правителей, ее не учили тоже, поэтому она просто стояла, держа на вытянутых руках, улыбающееся существо.

В комнату вошли Деметрий, Амир и Эрик.

– Повелитель! – произнес последний.

– Я подарил твоей ученицы занятного мальца. Ну, же подойдите, посмотрите. Он такой милый. Чего встали как истуканы?

Волки переглянулись, нетерпение морского властителя передалось им, и оба шагнули к своей подруге. Деметрий первым протянул руку и получил разряд. Странно, но несмотря на то, что лис был у нее на руках, ее ударом не зацепило.

– Ай, – вскричал друг, – больно же.

– Между прочим, вставил седовласый властитель, – на языке няньки, которая меня воспитывала, слово «боль», звучит как агри. Ну или как-то так.

– Агри. – попробовала девушка. – Агри. Мне нравится.

Царь улыбнулся, слегка наклонил голову, снова подмигнул и направился к выходу, обращаясь к Эрику.

– Старый друг, с утра возле главных ворот, вас будет ждать запряженная парой черепах колесница.

Всё. Их визит окончен, им больше не рады. Не выкинули в открытый океан, и то хорошо.

Эту ночь, Василиса не спала. Боль от потери чего-то, чего на самом деле и не было, преследовала ее. И даже маленькое существо, будто осознающее все, что происходит и старающееся прижиматься к ней крепче, не уменьшило тянущее и режущее изнутри чувство.

Глава шестнадцатая – Подопечные Эрика неприкосновенны.

Маришка.

Зима вступила в права в полную силу. Как бы Маришка не упиралась, но мать настояла на праздновании ее дня рождения.

– Ты отказываешь мне в помолвке, ты отказываешь мне в браке, ты отказываешь принимать свой титул хранительницы врат, хоть в этом уважь меня. – Причитала Мариетта Якобна. – Тем более, это политически выгодно. Война не за горами, а твои именины – отличная причина собрать все народы и поговорить с каждым в отдельности.

– Она права. – сказал Ральф в ту же ночь, крепко обнимая ее.

– Я знаю, – грустно вздохнула Мари, – и именно поэтому я не хочу празднования. Слишком рано говорить о будущих битвах. Большая часть стаи еще приходит в себя. Сесиль отлично справляется, ее девочки постоянно в лазарете, мы собираем травы, но на дворе зима. Даже твои раны не до конца затянулись.

– Смотри-ка – с улыбкой произнес любимый, – ты уже думаешь, как альфа-жена, печешься о своей стае.

– Да ну тебя.

– А что? Лично меня, все устраивает. Правда, замуж за меня выходить публично ты отказываешься, даже сватовства избегаешь. Матери твоей не говорим, деда попросил держать язык за зубами.

– Хочу подождать пока закончиться война.

– Моя маленькая девочка.

Она и сейчас предпочла бы находиться в объятиях любимого, а не стоять на пороге поляны и наблюдать за тем, как воздвигают шатры и украшают деревья.

Возле нее вырос куст лилии. Маришка отыскала глазами кузину и улыбнулась ей. Кто-кто, а Кики явно была как рыба в воде во всей этой ситуации. Предпраздничная суета и подготовительные хлопоты, были ее любимыми занятием, после шитья нарядов, конечно. Бегая от одного шатра к другому, она умело раздавала указания.

К вечеру поляну было не узнать. Под куполом, что возвела Кики, свисали разные фрукты. Столбы, удерживающие тяжелые шатры, были увиты луноцветом, глицинией и плющом. В пяти шагах друг от друга стояли костры огня, на которых жарилось мясо.

– Моя волчица! – с любовью произнес Ральф, подошел и осмотрел ее.

И снова на ней наряд, который сшила Кики. Длинное платье в виде лилии с открытыми плечами из белого верха, после корсета, медленно переходящего из светло-лилового в темно-синее, и теплая накидка на плечах. Сам же вожак был в белой свободной рубахе и штанах из вареной кожи. Ему, как волку, холод не страшен.

– Пойдем?

Облокотившись на его руку, она переходила от одного гостя к другому. Нужно было поздороваться со всеми, как подобает хозяйке пиршества. И, конечно, она не могла позволить себе опозорить свою мать и своего мужа.

Когда, спустя пару часов, приветственный круг был окончен, Маришка подошла к Василисе, которая появилась за пару минут до этого.

– Сэл, ты пробовала пироги? Они очень вкусные.

Деметрий рассказал им, что Тенгиз объявлен будущим морским повелителем. Ее, как и многих, начало волновать душевное состояние подруги. Василиса с возвращения почти ни с кем не разговаривала. Девушка заделалась охотницей, большая часть добычи была принесена именно ею. Единственное с кем Сэл могла проводить время, был Агри, маленькое существо, подаренное ей царем. Даже Деметрия и Амира она избегала. После тренировок никто не мог найти девушку.

Разбитое сердце. Странно никто не может объяснить причину возникновения этой фразы, но каждый, понимает, что это значит. А те, кто прошел через подобное, никогда не станут играть чужими жизнями. Василиса и раньше не позволяла себе насмехаться над чувствами людей, какими бы они ни были, теперь же…

Маришка не знала, как помочь подруге. Так хотелось, просто протянуть руку и забрать часть боли, чтобы Сэл легче дышалось, обнять, согреть теплом души, чтобы улыбка вновь появилось на ее милом лице, а смех разнесся по поляне. С каждым днем, казалось, что она все дальше и дальше от этого. Лицо подруги – каменная стена, чувства – лёд, эмоции – сталь.

– Я пробовала, спасибо.

– Мне нравится твой наряд.

На Василисе тоже был один из нарядов Кики. Темно-синее свободное платье с высоким воротом и длинными рукавами на завязках. В отличие от платья Маришки на Сэл не было корсета, лишь широкий пояс с заклепками на талии. Когда-то давно, когда она не была в подчинении у дракона, красивый наряд вызвал бы у нее восхищение. Но это было до того, как тренировки стали неотъемлемой частью жизни, а комфорт и свобода начал главенствовать над изяществом и красотой.

– Мне твой тоже.

Нелепый разговор, притянутый за уши. Как найти нужные слова? Как помочь?

– Я, наверное, пойду.

– Нет, Сэл, пожалуйста… – что придумать, чтобы удержать ее. Казалось, что подруга утекает из ее жизни, как вода из сжатой в кулак руки. – Пожалуйста.

– Мне здесь не место, ты же знаешь. Эти волки, и эльфы и… Это не для меня.

– А я? Я тоже не для тебя?

Это был