Я Гордый 6 - Тимур Машуков

Ужин на этот раз прошел более оживленно. Видимо, потому, что там не было возмутительницы спокойствия, которую заперли в комнате с жестким приказом не высовывать оттуда носа. Мамы были веселы, да и отец немного взбодрился. Девчонки были в предвкушении путешествия, и лишь одна Катя вяло ковырялась в своей тарелке, отчаянно всем завидуя.

Ну, а после ужина я незаметно от всех удрал, после чего перехватил Мариночку и заперся с ней в ее комнате. Моя милашка тоже нуждалась во внимании и уверениях, что ее принц о ней не забыл. Так что два часа, что я уделил ей, пронеслись как один миг, после чего я поцеловал тяжело дышащую, но довольную девушку, уверив, что она самая-самая, и направился к себе, четко ощущая, что все, что было необходимо, я успел сделать.

— И где ты таскался, изменщик⁈ —возмущённая сестра будто учуяла на мне запах другой женщины.

— Где был, там уж нет, — вяло отмахнулся я, отправляясь в душ.

— Не понимаю, как они это терпят! Вот когда я стану твоей женой, только попробуй сходить налево — враз все отрежу!!!

— Звучит угрожающе и вызывает сомнения в том, что на тебе стоит жениться.

— У тебя выбора нет… — услышал я сквозь шум воды ее голос, в котором вроде бы прозвучала нотка сомнения.

— Кто это сказал? Вон, Люську бате нашли. Может, и мне ещё найдем. Жизнь — она такая непредсказуемая.

— Даже если найдешь, я ее убью. Делов-то. Сказала, что будешь моим, значит будешь!

— Вот за что я тебя люблю, — блин, пол скользкий, чуть не навернулся, когда выходил! — так это за твою уверенность, правда, ничем не подкрепленную. И вообще, хватит развлекаться, давай спать ложиться. Завтра день тяжелый, надо сил набраться.

— Спать? — ее глаза хищно блеснули в наступившей темноте. — Это вряд ли…

Глава 23

Глава 23

Я решительно настроился сопротивляться до последнего, решив, что меня собрались насиловать. Но нет. Эта нахалка, звонко шлепнув меня по заду, решила показать свое обещанное мастерство в массаже. И это было не то предложение, от которого можно отказаться, потому как массаж я любил чисто и трепетно. А с учетом того, что в последний раз мне его делали очень давно, с готовностью предоставил свое тело в ее распоряжение.

Катя вполне профессионально разогрела руки, полила мою спину ароматным маслом — и пошла жара.

Ух, как я стонал и кряхтел, вы бы только слышали! Походу Катюха руки свои укрепила эфиром, чтобы, значит, как следует меня размять, поэтому все мои кости дружно хрустели в разных тональностях. Ну а я блаженствовал, оценивая все её действия на твердую четверку с плюсом. На пять не мог, потому как для меня лучшее завершение отличного массажа — такой же секс, а сейчас это было невозможно. Вот и приходилось себя контролировать, чтобы случаем не дать волю рукам.

Наконец превратив меня в желе, она накрыла спину полотенцем и увалилась рядом, ожидая похвалы. Ну, я и растекся речью, какая она молодец, за что целую ее золотые ручки, и все такое… Она осталась вроде довольна, но в темноте было не разобрать. Потом зашуршала одеждой и залезла под одеяло, после чего затихла.

Я же, еще немного полежав в приятной неге, отправился в душ, смыл с себя остатки масла и, зевая, рухнул в постель с чувством приятного довольства. Повернувшись на бок, собрался было сладко унестись в мир грез, как к моей радостной от внимания спине прижалась голая грудь.

— Катя, отвали от меня и не провоцируй! — нашел в себе силы пробурчать я.

— А если нет, то что? — укусила она меня за ухо.

— Тогда отшлепаю.

— Ты только обещаешь. Мужик сказал, мужик сделал. Моя попка в твоем распоряжении.

— Ты не представляешь, как пошло это прозвучало.

— Еще как представляю. Вон как у тебя все напряглось. Небось представил все себе, да, извращенец?

Рука у меня длинная, поэтому мне ничего не стоит завести ее себе за спину и шлепнуть ее по заду.

— Не буди во мне хомячка, Катя. Это страшно похотливый зверь, чей напор ты сдержать не сможешь. Не сейчас, по крайней мере. Так что спи давай, пока я не решил, что ты уже выросла и созрела для взрослых игр. Спим — и никаких извращений.

Высказав эту глубокую мысль, я наконец вырубился, надеясь, что если меня все же трахнут, то хотя бы не разбудят.

Зажужжавший браслет показал мне восемь утра и ознаменовал начало нового дня. Утренний моцион, растолкать сладко сопящую Катю и спуститься вниз на завтрак, где, кроме моей мамы, никого не было.

Ну да, доченьки отправляются в дальнюю дорогу, и надолго — надо помочь собраться, поплакать передрасставанием, дать наказы, советы, предложения и просьбы. Ну а то, что они их могут навестить в любое время, ими не учитывается. Хотя да, школа крайне негативно относится к любым внешним контактам.

— Готов, сынок? — спросила мама, с умилением наблюдая за тем, как я стремительно уничтожаю свой завтрак.

— К чему? К полету? Или я чего-то не знаю?

— К ответственности. Вы ведь не на прогулку летите. Сам знаешь, школа — закрытое место, со своими правилами, над которыми мы не властны.

— Да к чему там готовиться?.. К тому же, Старшая Старших мне хорошо должна, так что возражать не будет, под страхом стояния у столба. Да, я понимаю, что девчонкам уже поздно становится послушницами, но от них этого и не требуется. Ровно освоить щит Велеса, чтоб мозги от нагрузок не спеклись, и все. Дальше уже в крепости будут тренироваться.

Ну а Люська? С этой просто все: осилит — мы получим сильного бойца и оружие массового поражения. Ну, а если нет — что ж, плакать никто не будет. В любом случае Металлом она без должной подготовки стать не сможет.

— А Катя сможет?

— Если ей займется лично Шестая, то она кем угодно станет. А она займется, потому как никого лучше нее нет, если говорить об укреплении тела. Ну, и запрет на замужество, думаю, можно будет снять. Я сам подниму им ранги без всякого камня.

— Так торопишься взять их в жены? —улыбнулась она.

— Не вижу смысла тянуть. Да и незачем, мам. Если для них это важно, то устроим пир на весь