Я Гордый #2 - Тимур Машуков

— Договор? — удивился я, не спеша отпускать Лизу. Мы еще не закончили.

— Ну да. Когда старшекурсник дерется с младшим, то всегда подписывают договор об отказе претензий. Тебе, кстати, его тоже надо подписать.

— Не вопрос. Где мне оставить автограф?

— На столе посмотри бумаги, и где стоит фамилия Гордеев, поставь крестик, если неграмотный.

— А если я неграмотный, то как узнаю, где написано Гордеев?

— Пусть Лиза подскажет, а я устала. У меня ножки болят и ручки. А еще спину потянула на тренировке, будь она неладна.

— Какие условия? Есть запреты на колюще-режущие предметы или средства массового поражения типа водки?

— Можно использовать все, что пронесешь на себе, кроме огнестрела и вообще любого дистанционного физического оружия. То есть, физика и магия. Но не думаю, что она начнет ковырять тебя мечом, потому как она — чистый огневик. Землей и воздухом владеет намного слабее, водой вообще нет. Ну, и дерется, как взбесившаяся циркулярная пила.

— Ох, ты меня прям утешила, ободрила и посеяла надежду, что по мне справят пышные похороны. Ну да ладно, она тянка, а мы в танке. Раздену и злобно надругаюсь над ней, используя подручные и не запрещенные средства. Шоу я вам гарантирую. Если будут ставки, ставь на меня — выигрыш пополам.

— Я в тебя верю, ты лучший, она тебе на один зуб.

— Вот сейчас уже лучше, я прям воспылал. Лиза, обними меня крепко и тогда я совсем поверю в свою победу.

Порция обнимашек и целовашек меня настроила на позитивный лад. Лиза краснела лицом, явно что-то вспоминая, а Люба лежала на кровати и злобно кряхтела, вспоминая полосу препятствий и сбивая меня с романтического настроя. Наконец я не выдержал.

— Так, красотка, раздевайся, ложись на живот, буду тебя лечить, — заявил я, разминая пальцы.

— Пошлость же какую-то задумал, да? —с подозрением отозвалась она.

— Ну, подумаешь, полапаю немного в процессе. От тебя не убудет, а мне приятно.

— Да и ладно. Делай, что хочешь. Главное, чтобы не болело.

Ничуть меня не стесняясь, она скинула рубашку, майку, следом полетел лифчик, а после она раскинулась в позе звезды.

— Юбку помнешь, — сказал я, вставая. Лиза тут же уселась рядом с ней, явно собираясь следить и не допущать.

— Так сними ее, — пробормотала она. — У меня сил нет.

И это моя семья, ага. Ну да ладно. Стянув с нее юбку и нежно похлопав по попке — ну так, для затравки, я взял предложенный мне жирный крем, согрел руки — и понеслась.

Массаж я делать умел, честно. Причем хорошо. Пришлось, знаете ли, научиться. Потому как это простейший способ получить законный допуск к женскому телу, безо всяких танцев с бубном.

Через пять минут она расслабилась и стала тихо постанывать. Еще через пять уже громче. Я прорабатывал каждую ее мышцу, еще и молнию внутрь запустил. Но небольшую, не так, как в прошлый раз. Тогда я ее не контролировал, а вот сейчас получилось сильно ее уменьшить. Так, чтобы просто подлечить, без усиления ранга.

Прошелся по спинке, бедрам, попке уделил особое внимание — когда еще получится безнаказанно полапать, спустился на ноги и проработал ступни. К этому времени она уже лежала, не двигаясь, и слегка тряслась. По-моему, она даже успела кончить.

— Готово, — сказал я, вставая и накрывая разгоряченное тело одеялом.

— Ты самый лучший, — пробормотала она, блаженно прикрыв глаза.

— Я тоже так хочу, — требовательно подергала меня за рукав Лиза.

— Ну как я могу тебе отказать, — расцвел в улыбке я. — Раздевайся и ложись.

— Отвернись, — попросила она, и я с готовностью развернулся.

— Я готова и хочу на животе.

Повернувшись. Я увидел свою красотку с алеющим личиком, что лежала на спине в одних трусиках, прикрыв грудь небольшим полотенцем.

— Как скажешь, — шепотом ответил я, показав глазами на Любу, которая, по-моему, уже заснула.

Опять согреваю руки и начинаю медленно делать лимфодренажный, если я не ошибаюсь, массаж. Он помогает убрать отечность, улучшает вид кожи, подтягивает ее. Хотя ей это и не надо, но слово дамы — закон. Мягкие поглаживания, разминания по часовой стрелке, подключаю молнию. Лиза начинает тяжело дышать, сильно сводит ножки.

Делаю вид, что не замечаю и продолжаю закреплять успех, поднимаясь все выше. Она закрыла глаза и будто ушла в себя. Мои руки проникают под полотенце, она вздрагивает, но ничего не говорит. Мягко, едва заметно прохожусь по роскошной груди, дотрагиваясь до сосков. Потом смелее. Ее дыхание становится прерывистым. Полотенце летит прочь — и теперь я полновластный хозяин ее тела. Мои руки сами движутся, воздействуя на нужные точки. То выше, то ниже, касаясь запретных мест. Чаще дышит, усиливаю движения, еще немного, чуть-чуть… Склоняюсь и впиваюсь губами в сосок, крепко его сжимая. Едва слышный стон и дрожь тела. Все, сестренка тоже расслабилась.

Встаю довольный, как мартовский кот. Накрываю ее одеялом.

— Ты прекрасна, — шепчу я ей и целую в лоб.

— Люблю тебя, — слышу в ответ.

— И я тебя родная. И я тебя.

Выхожу, плотно закрыв за собой дверь. Отписался девушкам и попросил прощения, описав ситуацию. Меня поняли, простили и попросили не перенапрягаться, потому как волнуются.

Женюсь, вот ей богу, женюсь! Где я еще таких милых и заботливых найду? А главное, не ревнивых. Нет, в жены, конечно, нет, а вот насчет наложниц надо серьезно подумать. Эти дамочки мне очень даже подходят. Надо будет по этому поводу сначала с отцом переговорить, а то как вообще это делается, я не знаю.

А интересно, у него самого наложницы есть? Как-то я упустил этот момент. Ладно, это все лирика. Теперь пора отбросить ненужные мысли и начинаем готовить великое колдунство. Надеюсь, у меня получится завтра не налажать…