Главный Претендент приговорен к величию (СИ) - Оро Призывающий

прямо на меня, дико взглянул (похоже, не узнав) — и, прихрамывая со всех ног, полетел дальше. — Я вернусь, брат! Я тебя не брошу, брат! Я за помощью, брат!

— БРААААААААААААААААТ!!! — взвыл гопник с бутылкой, медленно ползя следом. Третий, молчаливый, уже лежал где-то рядом, разорванный пополам — а из-за руин на оставшегося медленно надвигался один из двух участников Битвы.

А вот и ты.

«Система, где второй?» — уточнил я, наклоняясь и снимая с трупа мужика с усами щёточкой его здоровенный бластер.

Мёртв,  — лаконично ответила та. — Его убийство не было вам зачтено как косвенное, однако если вы убьёте второго…

«Сам знаю», — мысленно хмыкнул я, вскидывая пистолет.

Тот повернулся в мою сторону — видимо, его Система тоже сообщила о моём появлении — но было слишком поздно: я выстрелил. А затем снова, и снова, и снова. Предыдущий опыт подсказывал мне, что лучше не ограничиваться одним выстрелом, а добить врага наверняка.

Тем более, стесняться некого и нечего: улица и так представляла собой грандиозное поле боя.

Поздравляю. Вы уничтожили…

Я опустил бластер; то, что недавно было участником Битвы, теперь представляло из себя сплошное кровавое пятно вперемешку с костями. Хорошее оружие, эффективное.

Повисла тишина. Лорна с Прайдом стояли позади меня, ещё не до конца сообразив, что вообще тут случилось и зачем я сюда пришёл; большинство тел лежали неподвижно. Только где-то вдалеке, за пару кварталов отсюда, что-то продолжало взрываться, шуршали машины эвакуирующихся из города раков — да тихо всхлипывал у рухнувшей стены полу-добитый гопник.

— Суки… с-суки… — он уже не пытался ползти, просто сидел у стены, зажимая раны.

Я развернулся; этот тип меня не интересовал, а вот убраться отсюда, пока не явились ещё какие-нибудь бандиты или революционеры, стоило побыстрее.

— С-суки, ёпта… — простонал парень. — Все суки… И предатель этот… и фраерок-брокер… И *банный пахан этот Ортелл со своей тёлкой… погубили пацанов, суки…

Приподняв бровь, я обернулся на него; наши взгляды встретились. Гопник нервно сглотнул — он меня, в отличие от своего дружка, узнал.

— А вот с этого места, — я шагнул к нему, — поподробнее.

Глава 17

Дед всегда был уверен, что человек должен гордо нести своё имя и не стесняться его. Если его не ищет налоговая, конечно же.

Что же. Сегодня в роли налоговой выступал я — и Ортеллу, когда я до него доберусь, придётся заплатить по всем счетам. К счастью для меня и к сожалению для него, из потока фени умирающего АУЕшника-гопаря мне удалось выяснить достаточно, чтобы понять, где искать козлину.

Планета Люмьер. Всего три часа лёту, и мы на месте. Крохотная планетка вдалеке от крупных галактических трасс, где так легко затеряться и залечь на дно. Если, конечно, твои враги не знают, где тебя искать.

Прямо сейчас я шёл по улицам местного города, морщась от бьющих в нос запахов всего и вся.

Не то чтобы здесь так воняло. Просто у Системы опять включилось её странное чувство юмора, и в качестве награды за последнее убийство претендента я получил… супер-обоняние.

Да, чёрт побери. Не левитацию. Не возможность стрелять лазерами из глаз или двигать предметы силой мысли. Обоняние. Так что теперь улицы Люмьера представляли для меня невообразимую гамму запахов, к которой ещё предстояло привыкнуть.

Что же до местных жителей, то они познавали мир в основном через глаза и уши.

В буквальном смысле слова. Люмьер, как я уже сказал, был той ещё дырой, и из последних слов гопника я понял, что телевидение (или как оно тут у них называлось) было здесь основным и чуть ли не единственным развлечением. Ток-шоу как национальная гордость, стримы как прикладное творчество, и даже президента-наместника здесь, кажется, выбирали через местное шоу талантов.

В целом, если так подумать… не сильно отличается от Земли.

— Ну, если Ортелл спрятался здесь, — заметила Лорна, вертя головой по сторонам, — то место он выбрал правильное. Тут, блин, на него никто даже внимания не обратит — если только он не вмонтирует себе экранчик в лоб!

Угу. Все вокруг ходили либо уставившись в телефоны с видосиками, либо нацепив что-то вроде очков виртуальной реальности. Экраны на стенах зданий, крутящие всевозможные ролики вперемешку с рекламой, блогеры, снимающие что-то буквально на ходу…

Я лишь чихнул в ответ. Сложно что-то ответить, когда в нос лезет столько запахов. Ну почему, блин, не левитация⁈ Или хотя бы хоть что-то, что не мешает жить!

А-апчхи!

— Ну, не знаю, — отозвался Прайд. — Может, как раз наоборот — его заметят и позовут сниматься в какое-нибудь шоу?

И — словно Вселенная услышала его — к нам тут же подлетели двое молодых людей, улыбающихся до ушей; один держал в руках камеру, дешёвую даже по моим, незнакомым с галактической техникой, меркам, а другой тут же выставил вперёд микрофон.

— Погодите-погодите-погодите, простите! — его рот растянулся в улыбке ещё шире. — Пару вопросов для канала! Рубрика «Галактика глазами Чужих»! Всего несколько вопросов, вы не против?

Прайд, которого атаковали объективом камеры и микрофоном чуть ли не в упор, недовольно фыркнул.

— А у вас на планете вообще не знают о личном пространстве, да?

— …это ваш комментарий как представителя другой Ветви? — уточнил блогер. — А что вы скажете о…

В этот момент второй, оператор, так же бесцеремонно дёрнул за рукав уже его самого.

— Не туда смотришь, не туда!! Рядом, рядом, это же сам…

Взгляд блогера перевёлся на меня; глаза округлились.

— ОБОЖЕОБОЖЕОБОЖЕ!!! Это же сам…

— Претендент на руку и сердце принцессы!

— Участник Императорской Битвы!

— Он ещё в Смертельном смертоубийстве участвовал!

— Не просто участвовал, а победил!

— Вы — тот самый участник, которого называют Розовой Чумой, не так ли?

— Говорят, вы прикончили уже десять конкурентов, это правда?

Вот блин. И когда это я успел стать знаменитым? Может быть, семейство Вонаморов растрепало, а может, ещё где попал в кадр.

— Одиннадцать, — отрезал я. — А теперь валите. Я спешу. Мы все спешим.

— Одиннадцать?!! — хором восхитились блогеры. — Вы обязаны дать интервью, вы…

Кому я, блин, чего обязан? Я огляделся; вокруг нас уже собирались зрители, для которых не было разницы между шоу на экране и шоу вживую.

Да ну нахрен, я вам в Труманы не нанимался.

— После победы, — пообещал я. — Вот останусь последним — и непременно дам. А сейчас пропустите, дела Императорской Битвы не ждут.

— Но…

— Оставьте эти кадры себе, — щедро разрешил я, отодвигая в сторону оператора, пока Прайд отставлял в другую его товарища. — А теперь пустите и дайте мне создать для вас же новый