Доброволец - Николай Петрович Марчук

легких кевларовых шлемов и столько же бронежилетов. В арсенале было много патронов к крупнокалиберному пулемету, из чего можно было сделать вывод, что у охраны хозяина виллы есть мощная трещотка. Я было заикнулся, что неплохо было бы переставить пару десятков мин, что окружали виллу вдоль забора, но Винт категорически отмел эту идею, мотивируя тем, что это весьма опасно и чревато подрывом. Короче, трус и тряпка наш спецназовец!

Чтобы хоть как-то успеть перевезти все добытое, пришлось первой ходкой отвезти к морю катер, там все быстро скинули, и грузовик вернулся обратно. На этот раз к нему прицепили какой-то здоровенный, неуклюжий прицеп, предназначенный для перевозки сена.

Самый главный барыш и хабар с этого налета крылся на втором этаже, за мощными двухстворчатыми дверями, облицованными снаружи резными дубовыми панелями. Двери перекрывали вход в целое крыло виллы. Это были личные апартаменты хозяина этого дома. Ключей от замков на дверях, понятное дело, не было, поэтому пришлось действовать по уже привычной схеме: Петрович ковшом экскаватора сбил решетку с окна второго этажа, а потом поднял к этому окну Болтуна, который открыл дверь изнутри.

Ну что вам сказать? Мы попали в пещеру Аладдина, которую долгие годы наполняли Али-Баба и его сорок верных нукеров. Хотя особо ценного и уж очень больших залежей сокровищ там не было, просто после нескольких лет скитаний, голодной жизни в походных условиях нормальный дом с обстановкой и ремонтом чуть лучше обычного показался действительно похожим на сказочную пещеру.

Вначале был кабинет. Большой, вместительный, со здоровенным, массивным письменным столом, на котором стояли письменные приборы в позолоте и серебре (их тут же упаковали в мешки и вынесли наружу). Внутри ящиков стола было много бумаг, канцелярских принадлежностей и каких-то справочников. Все это я проигнорировал, взяв лишь несколько блокнотов и записных книжек, которыми, судя по их замусоленному виду, часто пользовался хозяин дома. Еще в ящике письменного стола я нашел набор принадлежностей для проверки качества драгоценных металлов, весьма полезная в хозяйстве вещь. Помимо баночек с химическими реактивами, весами, пинцетами и скребками были еще формы и приспособления для переплавки золота. Одна из форм позволяла выплавлять монеты с изображением профиля древнего царя, один в один как те монеты, которые я нашел в мешочке у застреленного мной мужика. Получается, что древние монеты оказались подделкой и новоделом.

Из кабинета вели две двери, одна – в спальню, а вторая – в некое подобие зимнего сада, совмещенного то ли с гардеробной, то ли с кладовой, уж не и не знаю, как правильно определить назначение этого помещения. Большой зал, в центре установлен фонтан, который украшают двенадцать фигурок знаков Зодиака из чистого золота (их тут же сбили с постаментов и, загрузив в деревянные ящики, выволокли наружу). Фигульки оказались не очень тяжелыми, значит, внутри пустотелые, но все равно, если прикинуть общий их вес, то получалось килограммов десять.

Крыша в помещении была прозрачная, а вдоль стен стояли кадки с зелеными растениями, в помещении царила приятная прохлада и микроклимат. Четыре каменные скамейки, несколько глубоких кожаных кресел, стеклянный столик, вместительный бар в большой тележке на колесиках из резного дерева (бутылки тут же вытащили и, упаковав в ящики, вынесли наружу).

Деревянный глобус из потемневшего от старости дерева, где очертания материков и стран выложены из полудрагоценных камней, очень красивая и тонкая работа. Глобус раскрывался, а внутри у него лежали коробки с сигарами, курительные смеси в бумажных мешочках, десяток трубок и всякие приспособления для курения кальяна. Сами же кальяны, разнообразной формы, стояли на небольшой этажерке в углу комнаты, тут же был и десяток турок для заваривания кофе. Глобус и кальяны вместе с этажеркой так и забрали.

В дальней от входа стороне зала – неприметная дверь, ведущая в гардеробную комнату-кладовую. Тут были полки с химическими реагентами, хирургическим инструментом, стеллажи с медицинской униформой, включая противогазы и противочумные костюмы, работающий холодильник, в котором лежали какие-то медицинские препараты и смеси, видимо, используемые стоматологом в его зубовырывательном ремесле, ну и простенький сейф, больше похожий на стальной ящик с замком. Ударом кувалды сейфу своротили дверь и выгребли все его содержимое: упаковки с таблетками и пилюлями. Среди таблеток я опознал те же препараты, содержащие морфин, которые мы нашли в схроне в поселке на берегу. Теперь ясно, откуда они туда попали, или, может, наоборот, они попали оттуда – сюда. Выгребли все подчистую, оставив только содержимое холодильника, так как у нас на сейнере не было своего холодильника.

Кстати, а это идея! В кухне виллы видел работающий холодильный ларь, заполненный мороженым мясом и рыбой, надо бы этот ларь целиком забрать на корабль.

Казалось, что мы могли бы уже и сваливать, потому что затарились так, что пришлось бы часть груза, взятого в пещере пиратов, выкидывать за борт, а этого не хотелось, там хоть местами откровенный хлам, но черт его знает, в какие условия попадем и на кого нарвемся. Возможно, и нельзя будет светить все это медицинское добро.

И тут меня осенило: а где личный сейф богатенького турка?! Где, мать его так, его сейф?! Ведь он должен быть, ну, конечно, должен быть! Как же без сейфа в кабинете? В каждом приличном кабинете богатого врача-стоматолога должен быть сейф, набитый тугими денежными пачками, золотыми монетами и наркотиками! Тем более что инструменты и приспособления для переплавки золота наводили на мысль, что это самое золото в виде слитков или лома должно где-то храниться. Мать его так, должно, как ни крути!

– В кабинете должен быть сейф! – строго заявил я. – Ищем сейф!

Керчь, Петрович и Женева, которые в этот момент вытаскивали сумки, набитые медицинским барахлом, на минуту застыли соляными истуканами, переваривая мои слова, а потом, побросав сумки, принялись обстукивать стены кабинета.

– Эй, так не пойдет! А ну, вытащите сумки, а потом уже возвращайтесь, – приказал я.

Пока парни вытаскивали награбленное и грузили в прицеп, я присел за стол и представил себя на месте хозяина этого кабинета. С фотографии на столе на меня смотрел довольный и сытый хозяин дома: худощавый мужчина с правильными чертами лица, белой от седины короткой бородой и черными как смоль усами. Куда ж ты, чертяка, спрятал сейф? В тайнике за картиной? Но за тремя висящими в кабинете репродукциями Рубенса с голыми толстухами тайника не было, туда парни уже успели заглянуть. Так куда же этот зубоковырятель припрятал свое баблишко?

Вернулись Петрович, Керчь, Женева и Гарик вместе с ними, видимо, турчонка взяли в качестве талисмана, ведь именно