Черная Луна - Александр Изотов

слово он произнёс с лёгкой издёвкой, считая это блажью царевича.

— Для начала просто помолчим, — закрыв глаза, прошептал я.

То, что я задумал, требовало осторожности. И некоторой хитрости…

В прошлый раз одноглазый Филиппо возле Красного Вертуна показывал мне, как настроить чакры так, чтобы почуять связь Вертуна с Пульсарами. С оракульской чакрой у меня было чуть лучше, чем никак, но мне нужна была информация.

Несколько минут я стоял в полной тишине, вглядываясь внутрь себя и слушая только редкие крики птиц, да ещё какие-то постукивания со стороны деревни.

Связь с Красной Луной я чувствовал прекрасно, но старался держать поток псионики от неё в узде. Ещё не хватало превратиться в «уголька»… Пусть в столице у меня и получилось призвать настоящего «уголька», я боялся, что сейчас, на эмоциях, может быть осечка.

Вскоре я почуял ближайший Красный Вертун. Довольно большой, наверняка по размерам не Карлик, а средний Ординар. До него было несколько километров, и он подсвечивал эфир стихией огня, словно небольшое солнышко, со стороны Великорюревска.

Вертуны других стихий я тоже чуял, но энергия от них сливалась для меня в один поток со всей псионикой, которой был пропитан мир. В теле Фёдора, думаю, мне бы удалось настроиться на жёлтую стихию земли, но пока это не было нужно.

Зарево далёкого Красного Ординара вскоре подёрнулось мелкими звёздочками, и мне стоило усилий, чтобы не согнать от радости это наваждение. Я уж боялся, что не получится.

Эти самые звёздочки мерцали по всем окрестностям, и в стороне Великорюревска от них вообще рябило в глазах. Здесь же плотность Пульсаров была совсем небольшой, и я, покрутив головой, обнаружил на всю деревню всего шесть штук.

Один чуть мерцал, покачиваясь от волнения. Я повернулся в ту сторону, некоторое время настраивался, потом открыл глаза.

Пульсар мигнул пару раз и затух для моего зрения. Но я успел подметить примерное его местонахождение.

— Так что… — начал было Влад, но я лихо запрыгнул в седло и, двинув коня, махнул:

— За мной.

* * *

Мне повезло, что этот Пульсар был недалеко от гостиницы, всего в трёх домах от неё. Географически он находился прямо во дворе какого-то местного жителя, и наверняка этот безлунь даже и не знал, что у него в огороде невидимый Вертун.

Мы подъехали к невысокому штакетнику, отгораживающему чужую собственность. Ещё несколько секунд я потратил на то, чтобы снова настроиться на тонкую псионику, убедиться в том, что Пульсар рядом.

Он чуть-чуть волновался, и, насколько я понял, на него влияли какие-то потоки эмоций и псионики, излучаемые гостиницей. Ну, столько заговорщиков, все строят коварные планы, да ещё наверняка напичканы артефактами под завязку.

— Вау, мы объехали гостиницу по кругу, — усмехнулся Влад, — Уверяю вас, капитан, все уже знают, что вы здесь. Если вы думаете, что действуете скрытно, то…

— Заткнись, Влад, — проворчал я, потом махнул Грому подъехать поближе.

Тот, предчувствуя, что началось, нехотя подогнал лошадь.

— Чего-то мне хреновастенько, — чуть не плача, прошептал Фёдор.

— Нормально, — я отмахнулся, — Влад, с Мягоньким смотрите в оба, мне не нравится это место.

— Чего тут смотреть-то? — Влад сыграл бровью, его уже достали наши с Фёдором странности, но всё же повернулся в сторону гостиницы.

В этот момент я взглянул в глаза Грому…

* * *

Во второй раз я освоился в его теле всего за пару секунд. Тряхнул плечами, ощущая приятную тяжесть внушительной комплекции.

— Твою ж луну, что за дела? — послышался голос Влада.

Тот вытащил из кармана артефакт в виде браслета с вправленной россыпью камешков, и встревоженно всматривался в него.

— Что там?! — сразу же испуганно спросил Василий, сидящий на лошади рядом со мной.

Молодец, дрищ, быстро перехватил роль.

— Как будто Иной здесь… — Влад нервно положил ладонь на рукоять сабли и закрутил головой. Мягонький рядом с ним встрепенулся, снял магострел с плеча.

А я изо всех сил таращился на двери гостиницы. Ну же, ну же… Ловись, рыбка, большая и маленькая! Ловись, рыбка… Есть!

В этот момент со стороны гостиницы послышался скрип открывшейся двери. На просторном крыльце появился человек и, судя по кожаному плащу и фуражке, это был Страж Душ. Я всё же оказался прав — ну какой заговор в Красногории, и без этих толчковых псов? Даже удивительно, что он один тут оказался.

Я спрыгнул с лошади и, ткнув пальцем наугад за ближайший дом, заорал во всё горло:

— Да вон Иной, точно говорю! Влад, охраняй капитана.

— Я и без тебя знаю, что мне делать! — возмущённо отозвался Истомин, уже перехватив Василия за плечо.

Не слушая телохранителя, я уже бежал по улице, подавая знаки Стражу Душ: «Там он, там!». Тот с подозрением смотрел на меня, но с ещё большим подозрением косился туда, куда я тыкал пальцем.

Потом он всё же сорвался с крыльца и побежал в мою сторону. В его руке появился пистолет.

— Гвардеец, твою сраную Пробоину, ты можешь не кричать?! — поравнявшись со мной, выругался Страж Душ.

— Так Иной же! Одержимый, луну его налево! — тяжело дыша, выругался я, — Он туда побежал, хрипел, весь в пене! Убьёт сейчас все-е-е-ех!!! — я чуть не осип от своего крика.

Страж был немолодым брюнетом, с пробившейся сединой. Судя по бронзовой кокарде на фуражке, ранга невысокого.

— Заткнись! Сейчас деревню на уши поднимешь, оно тебе надо?! — зашипел на меня оракул, — Тогда Иной всех порешит, дурень.

— А, ну точно… — я почесал лысину, потом стукнул себя кулаком в грудь, и снова рявкнул, — Нас в Лавинной Когорте учат — видишь Иного, бей сразу!

В некоторых домах хлопнули ставни. Это люди выглядывали на улицу, услышав не свойственные для их деревни крики и шумы, а потом сразу же прятались обратно, почуяв неладное.

— Да замолкни ты, долболунь! — выругался Страж Душ, пряча пистолет за пазуху и махая кому-то в окне, — Всё в порядке.

Ответом ему был хлопок закрываемых ставней.

Мы забежали с оракулом в проулок между двумя рядами штакетника. На узкой тропке было тесновато, и я, будто бы не рассчитав, со всего маху приложил Стража Душ плечом об забор. Бедное дерево треснуло, и оракул едва не провалился в чей-то огород, нырнув в брешь головой.

— Идиота кусок! — заорал он, пытаясь выбраться из трухлявой западни.

— Ой, господин Страж,