Александр Горобец - Последний паладин

Но не у всех жителей Райских кущ были белые одежды. Иногда попадались желтые, синие, голубые. Короче, всех цветов радуги. Не было только зеленых. Таких как у Китяжа.

Пару раз им попадались «Власти» — в таких же, кроваво-красных комках, как у Бузони. Серёга перекидывался с ними парой фраз и они, почтенно кивнув Тяжину, шли дальше, с интересом его разглядывая. Тяжин тоже с любопытством разглядывал их. А так же, все вокруг. Не каждый день бываешь на обзорной экскурсии по Эдему.

На подходе к центру Эдема (а то, что это был именно центр, Тяжин был уверен на сто процентов), Кирилл увидел огромный замок, в центре которого высилась большая, прозрачная башня, окруженная башенками поменьше. Каждая маленькая башенка была окрашена в свой цвет.

— Это ИРИЙ, — гордо заявил Бузони, указывая на замок, — город ангелов. Город в городе. Почти как Ватикан.

— Прямо, «Семь подземных королей»! — ответил Тяжин, разглядывая разноцветные башенки.

— Ну, не семь, а, пока ещё, шесть, — поправил его Серёга, — И не подземных. А небесных. И не королей, а Архангелов, — и он начал перечислять, — Михаил, Гавриил, Рафаил, Уриил, Иегудиил, Селафаил и Варахиил.

— Да уж, — усмехнулся Китяж, — Тяжело у вас с именами. Хоть бы одного, как-нибудь, по нормальному назвали. Все «ИЛ», да «ИЛ». Ни одного Акакия.

— Ты на себя посмотри, — с пренебрежением сказал Серёга и Тяжин прикусил язык, вспомнив, что он, тоже — КирИЛл. — Сначала идем к Рафу. У него «синий» сектор. Затем к Вару, у него «фиолетовый».

— Слушай, Серёга, — спросил Китяж, когда они подошли к огромным синим воротам, — А почему я не вижу Зеленой башни?

— Потому что, зеленый цвет носишь ты и твои… — тут Бузони резко замолчал и Кирилл понял, что тот сболтнул лишнего.

— И мои, КТО??? — он понимал, что «копнул очень глубоко». Что лопата скользнула по крышке заветного сундука. Осталось, только выяснить, что в том сундуке лежит.

Бузони стушевался:

— Тебе ещё рано знать, Кирюха. Не положено…

— Ну, дружище. Сказал «А», говори «ну его нА», — Тяжин применял обычный принцип продаж, — И потом. Разве Паладину не положено знать все, что связано с Эдемом вообще и с Ирием, в частности?

— Да не могу я тебе сказать, Кирюха, — создавалось впечатление, что Бузони чего-то боится, — И так уже, лишнего ляпнул. А за это меня, точно по головке не погладят.

— Ну… Погладят или нет, разберемся. Если что, я тебя прикрою, — Кирилл чуть ослабил нажим на Серёгу и тот понемногу начал сдавать, — Давай, брат. Не тяни кота за яйца.

— Короче, зеленый цвет — это цвет Паладина и его команды, — Серёга перешел на шепот. А шептал он такие вещи, что Китяж уже был не рад, что копнул этот сундук. Такие сокровища ему и даром были не нужны, — Та башня, вокруг которой цветные. Ну, в центре, которая. Бесцветная, — Серёга хотел убедиться, что Китяж понимает, о чем речь. Китяж понимал, поэтому утвердительно кивнул, — Короче, он должна окраситься в зеленый цвет, когда Паладин приступит к своим обязанностям.

— К каким именно? — Китяж не хотел задавать этот вопрос, но язык его не слушался. Вопрос вылетел из его рта, как ядро из пушки.

— Я думаю, тебе не очень это понравится, — Бузони перешел на такой тихий шепот, что, можно было подумать, будто он вообще не говорит, а только открывает рот, — Тайная стража САМОГО… Разведка, контрразведка и собственная безопасность.

— Собственная безопасность??? — взревел Китяж, — Мы же в Раю, Мать его ети!!! Мы же, в раю???? — Серёга испуганно посмотрел на Китяжа и быстро закивал, — Ну спасиииибо, а я уже, было, подумал, что в сумасшедшем доме!!! — Тяжин был зол сам на себя. Верно, англичане говорят: «Любопытство губит кота»!

— Ты не ори так, — жестко сказал ему Серёга, — Я ещё тебе не все сказал.

— А что, есть ещё что-то?

— Есть. То, что ты услышал — только вершина айсберга.

— Час от часу не легче.

— Угу, — Бузони нерадостно кивнул, — Дело в том, что по писанию, Последний Палладин должен вести Небесное войско в последний и решительный бой с силами ЗЛА, бок о бок с Архистратигом. И Лукавый это знает. Поэтому и хочет взять Эдем штурмом. Пока в Ирие занимаются поисками Паладина. Он думает, что мы тебя ещё ищем, понимаешь??? По этому, твое пребывание здесь — строгий секрет, государственная тайна. У Лукавого везде есть свои уши. ДАЖЕ ЗДЕСЬ.

— Какая, на хрен, тайна!!! — Китяж явно был не готов к очередному спасению мира. А ещё, его пробесила ситуация, в которой он ничего не может сделать. Его просто поставили перед фактом, — Тоже мне, конспираторы, мля. Меня уже пол Эдема в этой «неприметной» одеженке, зеленого цвета видело.

— Не страшно, — попытался успокоить его Серёга, — Главное, что башня Паладина, пока бесцветна. Вот когда она окрасится, тогда будет веселее.

— А когда она окрасится?

— Когда ты сам объявишь об этом. Причем не абы кому. А Лукавому. И именно для этого мы и идем в КПП.

— И все равно. У меня в голове не укладывается, почему Я???

— Потому, что ты всегда отвечаешь за свои слова, — Расхохотался Бузони, — Надо же было додуматься такое сказать! — он явно пытался передразнить Китяжа, — «то, что все люди привыкли называть Адом, я называю ДОМОМ»! Ха-ха-ха! Или вот это: «у меня с НИМ контракт. Я уничтожаю плохих людей и спасаю хороших». У нас весь Ирий хохотал!!! Вот и выполняй свои контрактные обязательства!

— Да уж, — обреченно вздохнул Китяж, — Во истину, неисповедимы твои пути, господь. Ладно уж, разведка. Пошли, куда нам там надо, к Рафу?

Серёга кивнул.

— Что стоим, кого ждем??? — Китяж ударил по огромной синей двери кольцом, которое было приделано к ней, на манер дверной ручки и дверь распахнул улыбающийся юноша в синей тунике:

— Добро пожаловать в Ирий, достопочтенный Паладин, — он услужливо поклонился, — Архангел Рафаил давно ожидает Вас, — он жестом пригласил Китяжа войти, — И Вас, уважаемый Сергий. Прошу. Будьте как дома. Это большая честь для нас.

И юноша закрыл дверь за друзьями.

— Заходи, дорогой. Давно тебя жду! — Архангел Рафаил был явно из «восточных», он доброжелательно протянул руку Китяжу, — Я Исрафаил! По вашему — Рафаил.

— Что значит, «по вашему»? — не понял Китяж.

— Ну… Мусульмане называют меня Исрафаил, а христиане — Рафаил. Но ты можешь называть меня просто Раф.

— А разве у мусульман и христиан не разный рай? — удивленно улыбнулся Китяж.

— Вай, Зачем так говоришь, — Раф, с подкруткой поднял указательный палец правой руки вверх. Его правое крыло в точности повторило движение руки, — Ты видишь ровно столько, сколько хочешь, дорогой. Ты видишь христианский рай, а я мусульманский. В конце концов, все мы дети Всевышнего. А он очень любит разнообразие. По этому, когда я вижу на земле всяческих фанатиков, которые кричат о правильном пути и взрывают себя во имя Всевышнего, думая, что попадут в Рай, я плачу, ибо в Рай попадут их жертвы. А они будут жариться в геенне. Ну да ладно, я вижу ты пришел не на долго, По этому не будем терять время. Для начала посмотрим, как поживают твои воины, — он подошел к зеркалу, висевшему в просторной комнате. А кроме зеркала, в ней было много всякой химической посуды: — колбочек, баночек, скляночек и трубочек. На стенах висели шкафы с различными реактивами. А ещё, прямо по середине комнаты стоя какой-то прибор. Он напоминал аппарат для магниторезонансной томографии, с тем отличием, что пациента, предварительно загружали в специальный, стеклянный кокон. Это Китяж понял увидев в коконе простынь и подушку, — Не стой сайид Паладин. Подходи по ближе, — он махнул рукой. Кирилл подошел к зеркалу, которое стало показывать как телевизор, а Раф сказал куда-то в пустоту, — Земные сутки назад, пожалуйста. Паладин.

И телевизор начал показывать удивительные вещи. Большой стол, на котором лежал он сам. А в его спине ковырялся не кто иной как ДОН. Ассистировал ему, как всегда — Тема, а подсвечивал Никотин.

— Откуда он здесь взялся??? — удивился Кирилл, указывая на Дона.

— Он вернулся, чтобы помочь тебе, Паладин, — улыбнулся Рафаил, а Серёга только похлопал Китяжа по плечу, — видишь, какую знатную команду тебе Сергий подобрал. А по поводу лекаря твоего, так скажу тебе. Он очень хороший человек и толковый доктор. А то, что не очень опытный, так это ничего. Я каждое его действие на контроле держу. Все уметь будет. Дар у него. Береги его. Как и всех в своей команде, — он повернулся к зеркалу и громко сказал, — Настоящее, пожалуйста.

Зеркало — монитор снова показало стол, но уже пустой.

— Я не знаю этого места, — сказал Китяж Рафу, — Разрешите, я поуправляю этой штукой, — он махнул в сторону зеркала.

— Конечно, дорогой Паладин, — здесь ты можешь управлять всем, чем хочешь, — Раф обвел руками комнату и загадочно улыбнулся, — если, конечно сможешь.

— Я попытаюсь, — Кирилл уверенно встал напротив зеркала и, закрыв глаза, вспомнил ощущение, когда управлял камерой, лежа у развалин пекарни. А когда отрыл глаза, зеркало уже полностью ему подчинялось. Единственное отличие, которое Китяжу бросилось в глаза, это то, что камера показывала в режиме реального времени, а не стоп кадром, как было тогда.