Дело Чести (Третья жизнь Архимага) - Иван Николаевич Щукин

поясню. Я третьекурсница и сейчас выберу десять человек, для которых в будущем стану куратором. Конечно, в том случае, если они сдадут экзамены. Сегодня же я буду вашим гидом и помощником. Чтобы не заблудились и не наделали глупостей. Понятно?

— А остальные? — уточнил кто-то.

— А остальных разберут другие старшекурсники. Так вам понятно, я спросила?

В ответ нестройно раздалось несколько голосов.

— Угу…

— Понятно…

— Чай, не дурак.

— Ну, насчёт дураков — это мы сегодня выясним, — изобразила улыбку Владислава. Глаза же её оставались холодным. — И запомните ещё одно правило! Если, конечно, хотите тут учиться. Когда вас о чём-то спрашивают на территории академии, то нужно незамедлительно отвечать! Причём делать это громко и чётко! Вам понятно⁉

— Понятно! — раздалось дружно в ответ. Ну, почти дружно. И в этот раз я тоже ответил. Правила есть правила.

— Уже лучше, — удовлетворённо кивнула Владислава. — Хотя всё равно придётся потренироваться. Но это…

— Тренироваться разговаривать хором⁈ — недовольно выкрикнул кто-то из толпы. — Мы вроде в академию поступаем, а не на службу в легион!

— Правило второе! — тут же громко произнесла старшекурсница. — Если ваш преподаватель или куратор, да даже просто старшекурсник, что-то вам объясняет, то его нельзя перебивать! Понятно⁈

— Понятно… — на этот раз вообще не дружно ответили несколько человек. Остальные промолчали, хмуро сверля глазами Владиславу.

Я тоже отвечать не стал. Что-то мне такие правила не особо нравятся. Дедовщина какая-то…

— Я не слышу! — повысила голос старшекурсница.

— К целителю сходи! — выкрикнул кто-то, и все засмеялись.

— Вопрос можно? — спросил я, сделав шаг вперёд. И успел я, надо сказать вовремя. Владислава как раз набирала воздух в лёгкие, чтобы выдать явно что-то гневное. Но услышав мой вопрос, сдулась, как воздушный шарик.

— Чего тебе ещё? — недовольно посмотрела она на меня.

— Я понимаю, что нужно выказывать уважение преподавателям. Так же понимаю, насчёт куратора. Но нам что, нужно перед всеми старшекурсниками на задних лапках бегать?

— Вы можете вообще никому не выказывать уважение! — едва сдерживая злость, ответила она. — Но потом не удивляйтесь, если вдруг вылетите!

— Вылетим из-за того, что не унижались перед старшекурсниками? — нахмурился я. — Сударыня, я вообще-то боярин! А вы предлагаете мне плюнуть на свою честь!

И вся наша группа недовольно заворчала и подалась вперёд. Кажется, что ещё чуть-чуть, и Владиславу Летнюю будут бить.

Она, к слову, это тоже поняла. Неосознанно сделал шаг назад, округлила глаза и чуть ли не закричала:

— Вы не обязаны ни перед кем унижаться! Этого нет в правилах академии! Но любой старшекурсник может вызвать вас на поединок. И выбить из вас эту вашу боярскую честь! Понятно?

— Прям таки родной гимназией сразу запахло, — умилился я. И даже сделал вид, что вытираю выступившую слезинку, вызвав тем самым дружный хохот.

Сам не знаю, зачем я лезу на рожон, но девица эта вот прям не понравилась. Да что там — она в край охренела! Хочет, чтобы я спину гнул перед какими-то хмырями, только из-за того, что они на год-два дольше проучились?

— Тебя там, наверное, всё время били? — недовольно огрызнулась Владислава.

— Да постоянно, — весело махнул рукой я. — Иногда прям на входе ловили и как давай бить. Да ещё и приговаривали: Запомни Маркус, в академии будет ещё хуже!

Хохот стал громче. А лицо старшекурсницы пошло белыми пятнами. Кажется, только что я нажил себе врага.

— Что, Славушка, веселишь мальков? — окликнули вдруг нашу несостоявшуюся кураторшу со спины. — И как всегда первая прибежала?

Произнесла это невысокая, можно сказать — миниатюрная, светловолосая девушка так же одетая в форму академии. Но миниатюрной она была не везде! Грудь как минимум четвёртого размера, которую форма не скрывала, а лишь подчёркивала, моментально приковала взгляды мужской части группы.

Рядом с ней стояли ещё одна старшекурсница и два старшекурсника. Видимо тоже наши будущие кураторы. Но я уже знал, к кому хочу в группу!

— Меня зовут Владислава! — чуть ли не прорычала Летняя в ответ. — Можно Влада! Но не Славушка!

— Да, да, Славушка, мы помним, — отмахнулась от неё блондинка. И обведя взглядом толпу поступающих, весело спросила: — Ну что, мальки! Кто хочет ко мне в группу?

Вперёд шагнули даже девушки! Дружно, словно все репетировали. А вот я остался на месте! Да ещё и Илью Калугина придержал незаметно.

— Ты чего⁈ — зашипел он на меня. — Ты посмотри, какая кураторша!

— Подожди ты! — тихо шикнул я в ответ. — Успеешь…

— Мещерская, я первая пришла! — возмутилась Владислава.

— Первая пришла и уже успела всех мальков против себя настроить! — фыркнула блондинка, даже не повернувшись в её сторону. Обвела взглядом толпу и заметила меня и Калугина, стоящих за спинами остальных. — Ой, а вы мальчики ко мне в группу не хотите?

— Хотим! — чуть ли не подпрыгнул Илья. — Очень хотим!

Светлые боги, детский сад какой-то! Я еле сдержался, чтобы не заржать.

— А почему остались на месте?

— Да мы… — рванул вперёд Калугин, но я снова его придержал.

— Это чтобы нас лучше было видно! — громко ответил я и улыбнулся. Илья же всё продолжал рваться вперёд. Ещё чуть-чуть и в драку полезет.

— Ну что же, я вас увидела, — хмыкнула Мещерская. — И беру обоих. А ещё ты, ты, ты…

Она поочерёдно добавила в свою группу ещё троих парней и пять девчонок, вызвав тем самым горестный вздох у всех остальных. Ну, у мужской половины точно.

— Мещерская, это свинство! — снова возмутилась Владислава. И повторила: — Я первая сюда пришла!

— И вместо того, чтобы выбрать себе подшефных, устроила с ними склоку, — развела руками блондинка. — А нужно было выбирать, а не умничать!

— Так нечестно! — воскликнула Летняя.

— Славушка, — ласково улыбнулась ей Мещерская, — если тебя что-то не устраивает, то всегда можешь вызвать меня на поединок.

— Вот ещё! — фыркнула Владислава и отвернулась.

— Так я и думала. Ну что мальки⁈ За мной, шагом марш!

Мы отошли метров на тридцать от остальных, когда блондинка вдруг резко остановилась и посмотрела на меня.

— Славушка, конечно та ещё… — заговорила Мещерская. — Но в одном она права!