Один в поле – не один - Иван Солин

либо жить как хотите, занимаясь проституцией например, либо пахать на так называемую Гильдию, которая за все эти годы привела к тому, что нас тут ВСЕГО с полтысячи, притом что новички прибывают два раза в год. Прикинули в уме порядок цифр? Осознали перспективы трудоустройства в славной Гильдии, для которой ценность вашей жизни такова, что они даже своё население не считают? Нравится вам такое?

— НЕЭ-Э-ЭТ!

— Но есть и еще одна община. Её организовал я, прибывший этой весной такой же новичок как и вы. И сейчас посмотрите на меня и моих людей, после чего сравните с во-о-он теми, спешащими сюда чудо-богатырями. Ага, те что с дубинами и пешком. Толстая, шугани-ка их. Но не рань и не убивай никого. Косой хоть и тварь, но я не лью кровь наших. Вы слышали, новички? Вы наверняка подумали, что я, такой грозный, в броне, на коне, со стволами в руках моего отряда, тупо запугиваю вас, давлю, вынуждая принять мое предложение. Но это не так. Я и слова вам не скажу, если вы отправитесь не с нами, в Надобрывинск, а останетесь здесь, в Нахолмске. Ну а когда послушаете истории старожилов, например девочек из борделя, ага, милая, таких же некогда утонченных и неспособных держать меч в руках, так вот, тогда я через недельку ещё раз наведаюсь, сделав предложение. И нет, вы не угадали. Не последнее. И не на худших условиях. И нет, не только красотки для гарема мне нужны, милая. Я нуждаюсь в тех, кто тупо образованнее любого из местных, которые если и умеют читать, то только святое писание. А потому мне нужны все вы! Каждый из вас, кто по здешним меркам светило наук, но кому, увы, суждено сдохнуть как колдун на первом же костре у местных фанатиков. Не выжить вам среди них, если за вами нет отряда с пушками. Как есть у меня(многозначительно). Но нас мало, и мы должны держаться вместе, а потому я буду раз за разом неустанно предлагать вам пойти за мной. Нет, не в качестве пушечного мяса в мое воинство, как ты, парень, наверняка подумал, скорчив лицо. А потому, что мне ценна любая жизнь каждого из наших. Каждого носителя уникальных в этом мире знаний, аккумулировав которые, мы однажды создадим здесь островок привычной нам цивилизации. Прикормив же всяких там угнетённых бедолаг из местных, поставим их в итоге под ружье, сражаться за наши жизни. Нет, умник, вижу в твоих глазах скепсис, поэтому сразу заверю, пригретые чужаки не получат оружия, с помощью которого смогут потом задавить наше меньшинство. Да и для этого у меня есть как раз моя гвардия. Исключительно из наших. А для меня «наши» — только те, кто попал в этот мир через вот этот круг под вашими ногами. И да, глазастая, ты верно подумала. Равенства в моей общине нет. Есть Закон, общий для всех, но равенства нет. Есть я, царь-король-император-диктатор, есть мои ближники, эти могучие воины с лучшим оружием и броней, и есть все остальные, чьи жизни мы защищаем, предоставляя выбор трудиться в той области, которая по душе. То есть полиция, пожарные, учителя, медики, научники, мастеровые, крестьяне, рабочие, служащие, обслуга, шлюхи. А что ты так поморщилась, лапочка? Я никому ничего не навязываю. И не моя вина, что для кого-то этот род деятельности ближе и понятнее, нежели, например, на кухне работать. О, наверняка сейчас не у одного из вас возник вопрос. А чем же это я такой особенный, что так много на себя беру? Как сумел столь многого добиться за столь малый срок, когда как Гильдия уже тридцать лет тут кое-как еле-еле душа в теле? Достоин ли я быть абсолютным монархом над вами, яркие вы мои и самобытные индивидуальности? Что ж, отвечу так. Толстая, давай.

На этих словах Абель стянул левую латную перчатку «пессочные часы» и отставил в сторону ладонь. Куда в следующий миг прилетел гиперзвуковой пятиграммовый снаряд. Ладони, короче, как и не бывало.

— Пиз...

— Спокойствие! Только спокойствие! — с трудом держа фальшивую улыбку, заверил какую-то несдержанную зрительницу бледный шоумен. После чего приложил к ране Кощея, заранее обернутого в свиток с ритуалом исцеления, ну и на глазах у изумлённой публики натурально отрастил себе новую кисть. — Вуаля! Кто-нибудь так же может? Нет? Надеюсь, я ответил на вопрос о моей достойности места правителя. Намекну, доброго правителя! Моя гвардия, поголовно из некогда калек, не даст соврать. Да и вообще, пока я правлю Надобрывинском, никто из его жителей не умер, все целы-здоровы. Так что это, полагаю, куда больше, чем может предложить Нахолмск.

— Ясен пень, — выдал не менее прочих охреневший Привратник, который так никуда и не ушел.

— Что ж, я всё сказал. Теперь слушаю ваши вопросы, новички, на которые постараюсь ответить максимально... Эм, момент. Что там, Толстая?

— Как с ней быть?

— О, это она, кстати, вовремя. Не стреляй, пропусти ее.

— Эт что же выходит? Значит, она специально нас всех убедила, что ты шарлатан? — не смолчал Привратник, глядя туда же, куда и Толстая с Командором.

— Хе-хе. Что ж, пожалуй, мой агент раскрыт. Да и в шпионаже нет уже особой нужды. Ладно, придется ее из разведчиков в МИДовцы перевести. Надеюсь, Гунд, мне не стоит уточнять, ЧТО я сделаю с тем, кто посягнёт на дипломатический иммунитет МОЕГО человека? Не нарушая своего правила о непролитии крови наших, я тогда попросту переведу этого идиота в категорию ненаших, а то и вовсе назначу в личные враги. А уж там я пролью кровь, да и много еще какие жидкости. Затем отлечу и повторю. Возможно, не раз. И не надо, Молчун, делать такое лицо. А ты, Дикая, зеленеть — тебе не идет. Берите, вон, пример с Толстой. Всего лишь слегка сбледнула. Да, новички, вы правильные выводы сделали. К врагам я беспощаден, причем с эпитетом: пипец как. И руку в этом деле изрядно набил. Но о монстрах я расскажу отдельно. В общем, Привратник, донеси там до своих, что за СВОИХ я готов пойти на такое, что вам, бородатые школьники, и в страшных снах не снилось. Это понятно?

— Если уж и Быстрая взгляд отвела, когда ты упиминал, эм, свой опыт, то кто я такой чтобы сомневаться в твоей готовности жестоко покарать за своего человека, — помявшись, подобрал-таки слова Отто Гунд.

— Прекрасно, — покивал ему продолживший Лин