Демонические игры (СИ) - Сугралинов Данияр

Позволил двери открыться. Тисса бросилась мне на шею, Эд отрывисто кивнул, Ханг одними губами произнес: «Привет». Малик похлопал по плечу, а из-за его спины появился Тобиас – бородатый, лысый, в солнцезащитных очках и панаме. Этот парень – настоящий мастер скрытности и маскировки!

Ребята топтались за порогом, не зная, как себя вести. Все они, кроме Тиссы, были у меня впервые. Тисса выглядела виноватой. Она закусила губу, вздохнула и заговорила первой:

– Алекс, извини, что привезла всех к тебе. Но, кажется, это ситуация из разряда чрезвычайных.

– Правильно сделала. Народ, простите, что не отвечал. Я до этого двое суток не спал, и вчера, вывалившись из капсулы, рухнул в кровать и вырубился. Только проснулся… Э… Проходите. Родителей нет дома, так что можем остаться и обсудить все здесь.

Я провел их в кухню-гостиную. При обычных обстоятельствах, уверен, они бы крутили головами, осматривали жилье, но сейчас траурной процессией переместились за мной и расселись.

Тисса заняла место на диване. Она выглядела несколько потерянно, да и оделась непривычно женственно: еще не платье, но уже не бесформенный балахон, а джинсы, обтягивающие длинные ноги, и узкая футболка, оттопыренная в интересных местах. Ханг Ли еле умещался в кресле, и отодвинул его так, чтобы ноги не упирались в столик. В другом кресле раскинулся Эд Родригез, как обычно, в шортах и майке, подчеркивающей мощные плечи и бицепсы. Смуглый Малик, оседлавший барный стул, рядом с парнями выглядел совсем юнцом – узколицый, худощавый, с по-девичьи длинными ресницами.

Нелепо замаскировавшийся Тобиас, одетый в дешевое барахло из «Уолмарта», топтался, пока не нашел себе место – сел прямо на пол, скрестив ноги. Да, места в нашей квартирке не так уж много. На помятой черной футболке парня было написано «Мне нужно больше личного пространства», а сверху красовался крупный логотип «Искажающих реальность», еще одной игры вроде «Дисгардиума», только на тему космоса.

– Кофе? – предложил я. – Может, кто хочет перекусить? Понятно. Начну с самого главного: я не потерял персонажа, как и статус «угрозы».

Ханг толкнул Малика в бок:

– Я же говорил! Нашего Алекса так просто…

– Погоди, Ханг, – перебил я. – Давайте по порядку. Мне для полноты картины не хватает информации. Что произошло после моей смерти?

– Мы с Краулером воскресли за храмом как раз в тот момент, когда ты прыгнул и попал в AOE босса. Утес лег сразу после…

– Да, босс отрубил контроль и долбанул какой-то хренью, – подтвердил Тобиас. – Я улетел на респ.

– Воскрес?

– Нет, это же вторая за сутки смерть была.

– Э… Не понял…

– В большом Дисе после первой смерти возрождаешься моментально, как и в песочнице, – начал объяснять Эд. – После второй воскрешения надо ждать час. После третьей – уже двенадцать, после чего счетчик обнуляется. Для Утеса то была не первая смерть за день, поэтому он просто вышел из игры.

– Расскажу, что мы успели увидеть до того, как свалили оттуда, – заговорил Ханг. – Все работяги воспользовались экстренным выходом. Остались только Патрик и кобольды. Они сломя голову рванули в джунгли, прямиком в пасть Монти, но мы с Эдом догнали, цепанули их глубинкой и перетащили в Глендейл. Это тот городишко, где мы качались до твоего выхода из песочницы. Тамошние жители не очень доброжелательны к нелюдям вроде кобольдов, поэтому их мы отвели в пещеры возле города, а Патрик… Ну, ты знаешь.

– Нашел таверну и остался там жить?

– Вроде того, – улыбнулся Эд. – Я подкинул ему сотню голды, хватит надолго. Что ты там говорил насчет кофе? – Парень заинтересованно оглянулся на кухню, откуда все еще тянуло ароматом свежемолотых зерен. – Да и пожрать бы…

– Ага! – хором воскликнули Малик и Ханг.

По Утесу, сглотнувшему слюну, было видно, что и он бы не отказался от еды, но слишком скромен, чтобы это признать. Вообще, в реале парень казался полной противоположностью своей виртуальной ипостаси: зажатый, конфузливый, косноязычный. В Дисе он преображался.

Я поднялся, чтобы приготовить пару больших пицц и разлить кофе, но меня опередила Тисса.

– Давай я, – сказала она. – А ты пока ничего не рассказывай!

– Ух ты! Малышка Тисса у Алекса чувствует себя, как дома! – воскликнул Ханг. – Так у вас все серьезно?

– Кажется, нам стоит готовиться к маленьким Скифам, – озабоченно покачал головой Малик.

Обстановка разрядилась. Перешучиваясь и подстебывая друг друга, мы пообедали, а я рассказал все, что увидел после смерти персонажа, включая то, что у соклановцев теперь есть выбор: остаться со мной, сменив фракцию, или выйти из клана.

– О чем ты? – возмутился Ханг. – Мы с тобой это начали и останемся до конца!

– Мне так даже больше нравится, – пробормотал Тобиас. – Вся эта тема со Спящими какая-то мутная, а Бегемот… Твари кошмарнее я никогда не видел.

– Думаешь, Чумной мор симпатичнее? – хихикнула Тисса.

– Нет, но мы его не видели, – пожал плечами Тобиас. – Может, и не увидим. Какая разница? Люди играют за разные расы, главное – прокачка.

– Кстати, а каково это, быть под контролем чужого разума? – поинтересовался я, вспомнив, что я теперь вассал Чумного мора. – Ты собой не управлял или как это вообще ощущалось?

– Странное чувство… Знаешь, как будто вы на самом деле стали мне врагами! Не, умом-то я все понимал, но ощущал другое. Хотя, может, просто показалось. На самом деле я потерял управление телом. Все кнопки способностей стали неактивны, так что я в любом случае не смог бы ничем помочь.

Его слова меня не обрадовали. Если «вассальство» подразумевает нечто подобное тому, что было с Тобиасом, игра для меня закончена. Но все же я продолжал надеяться на что-то иное. Да и последние слова Бегемота не выходили из головы. Все-таки божество – игровой ИскИн, осознавший себя как личность, и говорить, чтобы просто поддержать меня, он бы не стал. Возможно, у него действительно есть какой-то план.

Мы еще какое-то время обсуждали, что даст смена фракции, и парни видели сплошные плюсы: неразведанные земли, уникальные квесты и способности, редкие достижения… Общий унылый настрой сменился возбуждением и азартом. Возможно, чрезмерным, учитывая, что все наши предположения строились пока лишь на паре строчек системных уведомлений, которые я увидел перед выходом из капсулы. Но в любом случае ребята повеселели, а Инфект даже начал ходить по гостиной и с интересом рассматривать семейные голографии.

Я же заметил, что Тисса, хоть и улыбается вместе со всеми, выглядит совсем не радостной. Ее можно понять – какая девушка захочет отыгрывать нежить? Гниющую, в трупных пятнах, окруженную такими же мерзкими персонажами? Причем отыгрывать не на экране монитора, как было в допотопную эпоху, а почти вживую?

Энтузиазм парней резко возрос, когда речь зашла об Уравнителе.

– Представьте, какие нас ждут ачивки, когда начнем валить мобов и боссов на сотни уровней выше! – воскликнул Бомбовоз. – И задолбавший всех Монти первый в списке!

– Минутку. – Я не разделял задора Ханга, кажется, он неверно понял, как действует артефакт. – Вчера, когда я уравнял лича, он стал такого же уровня, как и я. Если б не сработало проклятие нежити, и лич подох, мы получили бы за него опыта, как за моба тридцать девятого уровня. Ну окей, окей, с босса больше. Но вы же сами видели, что он опустился…

– Вы оба неправы, – потирая руки, заявил Эд, достал коммуникатор и вывел картинку с описанием «Уравнителя». – Смотрите: «в момент нанесения урона уравнивает цель с атакующим»! То есть моб становится твоего уровня, Скиф, только в момент нанесения урона. Ты ударил, система рассчитала дамаг так, будто он моб твоего уровня, вычла, потом вернула уровень моба.

– Но я сам видел, еще до того, как ударил, что лич…

– Это работает в обе стороны! – воскликнула Тисса и победно улыбнулась. – Так, Эд? Когда ты смотрел, Алекс, лич и сам кого-то атаковал, не так ли?

– Горжусь тобой, Мелисса! – подражая интонациям мистера Ковача, ответил Родригез. – Лич повесил на наемников Гибельную хватку, это те руки мертвецов из-под земли, помните? Абилка приковывает к месту и дамажит. Лич в это время постоянно наносил урон, а потому упал в уровнях. На пять секунд.