Бесконечное прошлое - Андрей Валерьевич Степанов

— А почему нельзя сделать два шара? — решил сменить тему Чернов.

— Потому что тогда их надо будет развести слишком широко. А это риск зацепить своды. Не самое хорошее решение, ведь раскаленная материя прокалит местную почву.

— А-а, — протянул парень и, после недолгих раздумий, задал следующий вопрос. — Тогда, получается, здесь нет метана? Совсем. Иначе бы этот раскаленный шар давно поджег его и… — он изобразил руками взрыв. — Нам просто повезло?

— Я же говорила, здесь все рукотворное, — повторила Марина. — Видишь же, даже температура в этой чертовой пещере регулируется. Ясное дело, что и все лишние газы тоже каким-то образом отсюда удаляются.

Леша хотел задать еще вопрос, но подумал, что на них никто из присутствующих тоже не знает ответов, как и он сам. Внезапно он осознал, что слишком нервничает.

— Предлагаю идти теперь исключительно вдоль стены, — сказал Александр. — Обойдем этот зал и заодно поймем, что тут происходит.

Шли не спеша, осматривая буквально каждый камень. Но ничего особенного в глаза не бросалось. Блеклые булыжники, некоторые гладкие, другие неровные. Многие были с вкраплениями, но ничего специфического все равно не находилось. Словно они шли по строительной площадке, только очень глубоко под землей.

Чуть впереди свет от шара отразился и блик пронесся по поверхности пола. Приблизившись, они увидели широкий неровный проход, формой напоминавший овал. Высота его составляла больше трех метров, а ширина — явно не менее четырех. Но только войти внутрь не представлялось возможным — словно тончайшая масляная пленка была растянута между камнями.

— Это не единственное такое место, — пробормотал Александр и посмотрел на Марину. — Ты тоже чувствуешь?

Женщина кивнула. Пленка переливалась на ярком свете шара. Тронуть ее никто не решился. Вряд ли это было безопасно. За самой пленкой вдаль уходила темнота. Свет тоже преломлялся и освещал позади не больше, чем пару метров.

— Интересно, туда нельзя входить или выходить оттуда? — задал риторический вопрос Леша.

Он так и остался бы без ответа, как вдруг следом за дробным, до жути знакомым топотом, позади этой самой пленки не появился мохнатый монстр. Такой же, как и десятки других, что были наверху. Тварь крутила головой во все стороны, словно никак не могла понять, откуда льется этот свет. Из-за барьера раздавалось глухое урчание, скорее недовольное, чем злое.

Леша присмотрелся и увидел сзади еще несколько таких же монстров. Те, в отличие от своего любопытного товарища, предпочитали оставаться в темноте. Вскоре и тот, что стоял близко, успокоился и направился обратно, в мрак своей пещеры, лишь пару раз обернувшись назад, чтобы убедиться, что все в порядке.

— Вот и ответ на твой вопрос, — сказал Александр. — Теперь мы точно знаем, что эти твари выбрались отсюда. Другая проблема — почему тогда перестал работать аналогичный барьер на другом таком ответвлении.

— Мир, полный загадок, прекрасен, не правда ли? — с плохо скрываемым сарказмом произнесла Марина и было видно, что она напугана появлением этим тварей.

— Чем быстрее мы все узнаем, тем лучше.

По мере продвижения вперед им удалось найти еще несколько подобных ответвлений и почти везде ситуация повторялась — когда свет проникал за тонкую перегородку, проходило несколько секунд в темноте появлялся монстр, иногда два или три. Вероятнее всего, проходы сразу за барьером были слишком узкими для них, и твари не могли всей толпой подойти ближе.

И только через десяток таких тоннелей им удалось найти пустой проем. Свет от сферы проникал гораздо глубже, но идти внутрь почему-то не хотелось никому. Леша протянул руку и снял с острого камня клок шерсти.

— Ничего хорошего пока сказать нельзя, — Александр был неумолим. — Нам надо идти, пока мы не найдем ответы.

— А что они все здесь ели? Никакой живности здесь нет. И сами себя они пожирать тоже не могли, — редкие попытки завести разговор успокаивали Лешу, но были совершенно бесполезны. Ответа не последовало.

Ходить и смотреть на тоннели было также бестолково, как бродить в европейском музее, где нет табличек и экскурсовода, что мог бы объяснить особенности того или иного экспоната. К тому же к прочим неприятным ощущениям добавилось еще и чувство прямо-таки неприличного голода.

Следующей неожиданной находкой был такой же, как и предыдущие, тоннель. Единственным его отличием было содержимое. За тонкой перегородкой стоял человек. Вполне себе обычный, с классическими чертами лица, но помутневшими глазами. На вид ему можно было дать не больше сорока лет. Одетый в грязные тряпки, он прижимал ладони к обратной поверхности барьера, иногда открывал рот и пытался что-то произнести, но звуков не было слышно.

— Он говорит совершенно не по-русски, — прищурился Александр, глядя на пленника. — Нет, и на современные диалекты тоже не похож.

— А ты что, знаешь много языков? — с недоверием спросил Леша.

— Десятка три знаю, в том числе и несколько старых, но он говорит на совершенно незнакомом мне языке.

— Если бы я был верующим, я бы предположил, что мы своим ходом спустились в ад, — выдал Чернов и выдохнул. — Честно, мне уже начинает надоедать это все — только новые вопросы, а время все идет. Я бы с удовольствием прошел этот зал побыстрее, лишь бы наконец разобраться в этом всем. От безответных вопросов только голова болит.

Вместо ответа Александр чуть ли не бегом бросился от стены, словно он что-то услышал. Устремившись за ним, Леша споткнулся и на несколько метров отстал. Впрочем, далеко он не убежал — в этом месте зал сужался, но в противоположной стене было еще одно ответвление с таким же барьером.

Убедившись, что с сыном все в порядке, Марина присоединилась к Александру. Леша же остался чуть в стороне.

— Что здесь? — они стояли напротив барьера, но только в этот раз свет проникал гораздо дальше.

Оба всматривались в уходящий вдаль коридор, Александр стоял чуть впереди. Ему хотелось протянуть руку, чтобы коснуться этого барьера. Он был не таким как остальные, не столь чуждым. Словно дверь домой, знакомая и понятная — толкнешь, и вот ты дома. Не теряя ни секунды, мужчина вытянул ладонь и почти коснулся барьера, но Марина схватила его за плечо и чуть оттянула назад.

— Ты что?

— Просто почувствуй, — улыбнулся Александр. — Здесь другой барьер. Совсем другой. — Он снова протянул руку и рядом с пальцами барьер стал исчезать.

Стоило ему только отдернуть ладонь, как препятствие снова восстановилось. В глаза бросились прямоугольные ящики, снова похожие на рукотворные предметы, которых на такой глубине быть не должно. К ним подошел Леша.

— Что здесь, опять барьер? — он протянул руку и препятствие точно