Иар Эльтеррус - Серый смерч

Девушка взглянула на кровать, впервые увидев страшного Серого Убийцу. И удивилась – лежащий на спине невысокий обнаженный русоволосый мужчина вовсе не походил на чудовище из легенд. Он мирно посапывал и выглядел совершенно обыкновенно. Однако, вспомнив, как трясся дворец от заклинаний этого человека, рабыня снова задрожала.

Она залезла на кровать и осторожно дотронулась до плеча спящего, но он не реагировал, продолжая похрапывать. Минут десять девушка возилась с ним, поглаживала, негромко просила проснуться – он продолжал спать. Поняв, что ничего не добьется, рабыня села на кровати и тихонько заплакала. Но сквозь слезы она заметила, что ее действия все же вызвали некий результат – спящий мужчина возбудился, ему явно требовалось удовлетворение.

«А может?.. – мелькнуло в голове. – Ведь это все, что я умею…»

Несколько минут девушка сидела неподвижно, набираясь решимости, затем со смелостью отчаяния наклонилась над спящим. Мужчина застонал и подался ей навстречу. Рабыня облегченно выдохнула – похоже, ему нравится…

Пробуждение Йаарха оказалось на удивление приятным. Сонно приоткрыв один глаз, он оглядел себя и увидел незнакомую девушку, склонившуюся над ним. Поняв, что она делает, Хранитель несколько минут с удовольствием наблюдал за темнокудрой головой незнакомки, постанывая от наслаждения – мастерица!

«Стыдно! – укорил он себя, когда все закончилось. – Надо будет ответить девочке тем же, учись быть благодарным, скотина…»

Йаарх с любопытством осмотрелся, пытаясь понять, где находится. И удивленно присвистнул – кровать, на которой он лежал, стояла не в комнате, а в большом безвкусно украшенном зале. Да и сама кровать оказалась гигантской, на ней вполне можно было уложить десятка три человек, и еще бы место осталось. Где это он? И кто эта девушка?

«Ты в своей спальне во дворце короля Морхра, твоего вассала, – ответил на его невысказанные вопросы Серый Меч. – Когда тебя сюда приволокли, ты уже дрых без задних ног. А кто девушка – я не знаю».

Хранитель вспомнил о случившемся за этот безумный день, и ему стало не по себе. Он поежился и посмотрел на девушку, с какой-то стати вставшую на колени и глядящую на него с какой-то затаенной надеждой.

– Кто ты, малышка?

– Нилхат, Владыка, – поклонилась она. – Меня послали разбудить вас, но осторожно. А вы никак не просыпались. Простите меня, я не нашла другого способа…

– Способ весьма удачный, милая, – рассмеялся Йаарх. – Я очень тебе благодарен.

– Для этого я и предназначена… – с легким недоумением сказала девушка, однако на ее лице отразилось облегчение.

Хранитель не обратил внимания на странные слова, с удовольствием ее рассматривая. Не очень красивое, но милое личико, вызывающее нежность и желание защитить. Большие синие глаза, в которых почему-то плескался страх, слегка курносый симпатичный носик, черные вьющиеся волосы до плеч и матово-белая кожа. Правда девушка была совсем плоскогрудой, зато фигура просто великолепна – легкое платьице скорее подчеркивало, чем скрывало округлости ягодиц. Йаарху захотелось прижаться к нежной коже и целовать, целовать, целовать ее. Он встал на колени, положил ей руки на плечи и с удовольствием выполнил свое желание – нежно поцеловал Нилхат в полные губы. Сперва девушка сжимала их, но через некоторое время ответила на поцелуй. Он ласково гладил ее по спине и телу, наслаждаясь свежим запахом молодой, здоровой женщины.

Когда Йаарх оторвался от нее, то первым делом увидел наполненные непониманием и недоумением глаза. Он засмеялся и снова лег, положив голову Нилхат на колени. Девушка начала несмело гладить его волосы. В этот момент Хранитель перехватил голодный взгляд, брошенный ею на столик. Он поднялся, взял со стола вазу с пирогом и подал девушке. Затем налил вина в бокалы и с ними вместе вернулся на кровать. Нилхат потрясенно смотрела на вазу, не решалась взять что-нибудь, боясь, что Владыка решил посмеяться над ней. Но есть хотелось неимоверно, Нилхат то и дело сглатывала голодную слюну и чуть не плакала, сдерживаясь из последних сил.

– Хочешь кушать, малышка?

– Д-да, господин, – с трудом выдавила она.

– Так ешь, не стесняйся, – улыбнулся ей Хранитель. – Выпей вот вина, по-моему, вкусное.

Он сунул бокал девушке в руку, и она неверящими, перепуганными глазами глядя на него, сделала глоток. Рабыне казалось невозможным происходящее – сам Владыка угощал ее вином. Нилхат поставила бокал на пол и дрожащими руками взяла из вазы пирог. Йаарх удивленно смотрел на девушку, которая, обхватив кусок обеими руками, жадно ела, едва ли не давясь, и затравленно оглядывалась по сторонам, как будто кто-то мог отобрать у нее еду. Доев, она снова потянулась к вазе, но глянула на него, отдернула руку и робко спросила:

– А можно еще?..

– Да ешь, сколько хочешь, маленькая, – улыбнулся Хранитель.

Нилхат съела все, что было в вазе. Все время, пока девушка ела, Йаарх удивленно разглядывал ее – перепуганная и явно очень голодная. «Ее что, голодом морили?» – удивленно спрашивал он сам себя. Он опять налил ей вина. Нилхат несмело улыбнулась в ответ. Она все еще не могла поверить в доброту Владыки, но до чего же хорошо чувствовать себя сытой. Девушка видела, что Владыка еще что-то хотет от нее, и готова была сделать все, что он пожелает. А Йаарху все сильнее хотелось обнять Нилхат, познать ее, как женщину.

Не выдержав, хранитель обнял девушку, нежно гладя по спине. А затем стащил с нее платье. И замер в недоумении – у нее не оказалось даже намека на грудь, просто гладкая кожа, будто там ничего и не должно было быть. Осмотрев Нилхат внимательнее, Йаарх с некоторым потрясением осознал, что сидящее перед ним существо с обликом красивой молодой девушки абсолютно бесполо.

– Что это?.. – глухо спросил Хранитель, ткнув пальцем девушку в грудь. – Как это?..

Нилхат с немым удивлением смотрела на мужчину.

– Ты же выглядишь женщиной…

– Я – рабыня для запретных удовольствий… – еще сильнее удивилась она.

Хранитель потряс головой – они с девушкой явно не понимали друг друга.

– Там, откуда я родом, нет рабынь для удовольствий и вообще рабства, – попытался объяснить он. – Я не понимаю…

– А! – просияла девушка, поняв, видимо, для себя что-то. – Мне рассказать вам?

– Обязательно!

Некоторое время помолчав, Нилхат опустила голову и глухим, срывающимся голосом заговорила:

– То, что я вам делала, Владыка, запрещено законом. Этот закон действует по всему Архру, в любой стране. Если кто-нибудь, неважно при каких обстоятельствах, добровольно или нет, нарушит его, то нарушивший должен быть отведен к магу для лишения пола. И он становится рабом.

Хранитель тупо смотрел в угол. Он же уже слышал это… Меч рассказывал… Перед тем, как он расправился с садисткой… Теперь многое увиденное в этом мире становилось на свои места. Он понял причину многих вещей, на которые раньше смотрел, как на случайности. В душе начала разгораться холодная ярость.

Йаарх повернулся к несчастной рабыне и, ласково обняв потянувшуюся к нему девушку, сказал:

– В моем мире нет таких зверских законов. И мужчины, и женщины любят друг друга, как им хочется.

Широко открытые глаза Нилхат наполнились слезами и она, сотрясаясь в рыданиях, уткнулась в его плечо. Хранитель долго гладил бедняжку по голове, прежде чем она успокоилась. Потом все же решился спросить:

– Как же это с тобой случилось, маленькая?

Девушка подняла на него заплаканные глаза и рассказала. Ее рассказ оказался прост и жуток для непривычного человека.

Нилхат была дочерью вельможи и училась в привилегированной школе с полным пансионом, но отец попал в опалу и его казнили. Как только в школе узнали об этом, дочь казненного изнасиловали всем классом. В том числе – и запретным образом. Потом недели три издевались, прежде чем отвести к магу. Позже Нилхат продали работорговцу, и на торгах ее купил королевский мажордом.

Закончив рассказ, девушка тихо спросила:

– Что я им сделала, Владыка? Почему они были так жестоки?..

– Успокойся, маленькая, успокойся, – гладил ее по голове Йаарх, сам едва удерживаясь от слез.

– Вы добрый, господин… – прошептало несчастное существо сквозь слезы.

Хранитель продолжал гладить бедняжку. В душе его вздымалась и бурлила привычная уже холодная ярость. Йаарх не знал, что ему делать. Нельзя же так поступать с людьми! Кто и когда выдумал этот людоедский закон? Необходимо выяснить. Да и рабства не должно быть. Отсюда следует, что задача Йаарха – уничтожить его, не считаясь со средствами, даже если придется ради этого полностью разрушить привычный уклад Архра.

– Владыка… – услышал он дрожащий голос девушки. – Не могли бы вы…

– Что, маленькая? – улыбнулся ей Йаарх через силу, но глаза его от гнева перестали быть глазами человека, они пылали серебром, в них расплавленным металлом плескалась ярость.