Пасынки Асгарда - Алексей Изверин

и есть… Если есть технологии летать в космос, то почему бы и не быть технологии по загрузке знаний в мозги? Но я не вижу, что в этом такого странного. Мы теперь умеем стрелять. Завтра нас научат водить летающий мотоцикл. А потом можно научится водить и космический корабль. Что в этом такого страшного-то, Дим?

— Мне не нравится, когда в моих мозгах кто-то копается. — Немного растеряно ответил Дмитрий.

— Ха, хочешь сказать, что дома тебе никто по мозгам не ездил? Реклама, новости, фильмы… Дим, да они все на твою голову рассчитаны! Я лично, — Алексей сделал серьезное лицо, — думаю, что ничего такого страшного с нами не случилось. Научили и научили. Но погоди, ты что, хочешь что-то предложить?

— Лагерь этот толком не охраняется. — Осторожно начал говорить Дмитрий. — Дорога от окраины города до Перехода нам известна. Днем отдыхаем, набираемся сил, а вечером садимся на платформу и летим туда. — Дмитрий с каждым сказанным словом становился все увереннее и увереннее. — Я подглядел, управлять ей несложно, справлюсь! Пока нас хватятся…

— Ди-им? — Протянул Алексей. — Ты в своем уме? Да они через полчаса нас поймают! Над лагерем постоянно катер висит, ты не заметил? Мы над лесом как на ладони будем!

— Так давай пешком, тут леса такие, затеряемся, и не найдет никто! Мы за день…

— И пешком тоже не вариант! — Отрезал Алексей. — Термоткани у нас нет уже, а вот у них тепловизоры никуда не делись! Стой, Дим, погоди! — Алексей поднял руки ладонями вперед. — Дай договорить. Предположим, что у нас все получилось. Предположим, добрались мы до Перехода, предположим, что он открыт и мы его прошли. Добежали до полиции, ФСБ, или прям в Москву к президенту. Предположим, что нам поверят. А что дальше? Дальше-то что? Пошлет сюда армию? Скорее, дырку эту зальют бетоном в три слоя, а нас где-нибудь придавят по-тихому.

— Так, а если никому не рассказывать, жить себе тихо… — Сказал Дмитрий. — Ничего не знаю, ничего не видел, блуждал по лесу, вышел вот к цивилизации, где остальные, понятия не имею… Отстанут вскоре, я думаю. И жить можно будет.

— А что тебе тут жить мешает? — Спросил Алексей. — Что там делать-то? Снова в офис? Знаешь, где я его видел, офис этот? А тут… Тут будущее, Дим! Их медицина… Дим, они мне руку вылечили, которую до того я пять лет лечил, в Москву ездил даже, только толку чуть! А тут раз, и все, как будто вчера родился. Нас кормят, одевают, учат. И все, все это они хорошо делают, Дим, понимаешь? А космические корабли? Знаешь, я только на турецких курортах был, а я ещё на других планетах хочу побывать! Вот ты скажи, что тебе тут не хватает из того, что есть там?

Пауза затягивалась. Молчал Дмитрий, молчал и Алексей. Каждый из них сказал что думает, но ни один из них не услышал другого.

Виктор же понимал, что правы оба.

Алексей прав в том, на Земле их не ждало ничего хорошего. Как ты будешь жить там, в тесной квартирке на окраине города, ходить на унылую работу, которая тебе давно опостылела, заниматься своими мелкими, серыми какими-то делами, и даже короткий отпуск вдали от городов не принесет тебе облегчения… Ты просто не сможешь, мысли о другом мире, да что там мире, о других мирах — они просто сведут тебя с ума, медленно, но неотвратимо.

Про точки зрения

Верно говорят, что взглянуть на мир, который тебя окружает, можно только со стороны. Но ведь и стороны разные бывают! Будь тут жаркая безводная пустыня, или вечная мерзлота, или фонящие радиацией пустоши, засыпанные пеплом сгоревших городов, то взгляд с этой стороны на Землю через Зеркало был другим, и здесь никто бы не стал задерживаться. Но они не увидели тут ничего такого, и потому с того места, где они оказались, Земля выглядела совершенно иначе.

Те люди, его коллеги по бывшей работе. Наверняка, они испытывали схожие чувства, ведь назад-то никто не торопился. Хотели б, смяли Дениса и Илью Валерьевича, и вырвались обратно, разбежались по уютным квартиркам. Но ведь не хотели ж, в глубине души они совсем не желали возвращаться, и потому хоть ворчали для вида, но не предпринимали совсем ничего, пока не стало слишком поздно.

Но и Дмитрий прав. Их лечат, хорошо кормят, вооружают и даже учат… Но никак не походили сарж Дон и остальные дружинники барона Харальда Ивенссона оф Винланд на альтруистов, мотающихся по развалинам когда-то освоенного Земной Федерацией космоса и бескорыстно вытаскивающие аборигенов из варварства, в котором те пребывали до их появления.

А это значит, что все потраченное предстоит отработать. Все, что на них потрачено, до последнего грана энергии, до последней калории пищи. Рано или поздно. Судя по тому, с какой скоростью их накачивали знаниями, скорее рано, чем поздно.

Вопрос в том, как же?

— Я тут подумал. — Сказал Виктор медленно. — Я вот подумал — а зачем им мы? Это все равно что у нас, на Земле, набирать элитные части из папуасов. Шухеру они и наведут по первости, возможно, но техникой и тактикой их в порошок сотрут. А вот мы по сравнению с ними даже и не папуасы! Против кого нас выставить можно? А?

— И против кого же? — Спросил Алексей. — Вить, что думаешь, рассказывай.

— Против таких же, как и мы. Против бедолаг с другой планеты со схожим с нашей уровнем развития, где у нас будет решающее преимущество благодаря более совершенному оружию. Понимаете меня?

— Как колониальные войска. — До Дмитрия дошло. — Сипаи какие-нибудь. Или те негры, что своих соплеменников ловили для белых. Ничего, в общем, хорошего.

— Кому как посмотреть. — Буркнул Алексей. — Ребят, если у нас все, то я спать буду. Завтра вставать рано. Доброй ночи.

Он поворочался, устраиваясь поудобнее, подбил под себя подушку. Дмитрий хотел что-то сказать, уже и воздуха в грудь набрал, но вдруг промолчал, чем изрядно удивил, Виктор уже приготовился ко второму раунду разговоров.

— Давай спать. — Сказал Виктор. — Алексей прав, завтра и в самом деле тяжелый день будет.

Виктор уснул, едва голова коснулась подушки, и сквозь сон слышал, как ворочался Дмитрий.

С утра их сразу повели к доктору. Виктор не без внутренней робости ложился в медицинскую машину, кто знает, какие именно знания окажутся у него в голове?

Все обошлось. Выпустили из медицинского блока их вечером, пошатывающихся, осоловелых, отвели в столовую, накормили. Виктор глотал куски, не жуя, запивал компотом с привкусом сои, и пытался не свалиться со