Повелитель Теней. Том 3 - Илья Сергеевич Модус

сидящим пленником, отсутствующим взглядом пялящегося куда-то в пустоту.

— Следы магии эльфов в ее ауре, — припомнил я. — Может быть так, что дамочка сошла с ума именно из-за этого?

— Все может быть, — призналась Эллибероут. — Если так, то… Лучше бы от нее избавиться.

— Даже не думайте об этом, — резко произнесла вампирша, хватаясь рукой за рукоять своего меча.

Кстати говоря, это опять был полуторник.

А ведь у нее имеется еще и двуручник.

Вопрос: зачем ей два меча, да еще и столь не похожие друг на друга?

Ладно Ликардии я отдал мечи эльфов-магов, чтобы она прекратила изгаляться над собой и получать постоянную боль от Клинков Погибели.

Но вампирше для чего такой арсенал?

— Она опасна, — заявил Фратер. — И ладно бы только несла бред, но ведь она реально может нам устроить такой же допрос, как этому засранцу, — кивок головой в сторону пленника. — Ладошки на виски, пара фразочек — и ты рассказываешь о себе все, вне зависимости от того, хочешь ли ты того или нет…

Хм…

Паладину не хочется проболтаться о чем-то?

Наверное, как и всем нам, ему есть что скрывать.

Мое мнение — каждый имеет право на личные тайны.

Вот только если они угрожают членам отряда…

Это не круто.

Совсем не круто.

— Тронете ее — и я буду сражаться с вами до тех пор, пока есть мясо на костях, — предупредила вампирша.

И чувствуется это не простая угроза.

Обещание.

Учитывая ее волю, которая помогает держаться и не сорваться, уверен, что она не отступит.

Чем-то ей эта безумная магичка важна.

Но на прямой вопрос вампирша ясный ответ не дала.

— Она помогла мне в прошлом. Я ей благодарна.

И все.

Никаких дальнейших пояснений.

Ладно, допустим.

— Какие у нас есть еще варианты? — спросила Лаурель. — Я… Все мы немного отличаемся друг от друга, но… Вы же помните, как она притащила из каменоломни ту каменюку и бросила ее на фургон? Что если она следующую кинет нам на головы или вызовет огненный ураган, или на что она там еще способна?

— Ха, — выдала Ликардия. — Признайся, что ты просто боишься, что рыжулька как-нибудь заползет в палатку…

Вестница заткнулась, напоровшись на мой тяжелый взгляд.

— Раз гарпии защищены, то почему бы не поставить на нее рабское заклинание, а для меня придумать какую-нибудь защиту? — спросил я. — В конце концов уже надоедает, что у меня голова как Дом Советов и там шарятся различные стремные сущности против моей воли.

— А когда у меня были ручки и ножки, Глеб так не злился, — наигранно всхлипнула Ликардия.

— Поправьте меня, — попросил Фратер. — Но ведь Вестницы тоже созданы с помощью эльфийской магии?

— Да, — сказал Олегус. — Смесь эльфийской и человеческой.

— Так может поэтому и Ликардия, и Корделия такие…? — Паладин замялся, поймав на себе заинтересованный взгляд Вестницы. — Такие особенные?

В его словах есть смысл.

Обе ведут себя мягко говоря странно.

Все у них через одно место проходит.

Да и если вспомнить первые дни знакомства с Лавриком, то там тоже проскакивали различные ситуации постельной трактовки ей моих слов.

— Складывается впечатление, будто я прав и эльфийская богиня слегка безумна, и эта ненормальность бьет по мозгам ее последователей или тех, с кем она так или иначе связана, — высказывание заработало одобрительный кивок молчащей Эллибероут.

«Я ведь не просто так назвала ее фригидной», — сказала мне мысленно драконесса.

Замечательно, просто замечательно…

Раз у этой Аминасифаль какой-то там недоебит, то я страдать должен?

А вместе со мной — и мои спутники?

С этим миром явно большие проблемы.

— Рабская печать… — медленно произнесла Эллибероут. — Да, вариант довольно простой и самый, что ни на есть очевидный. Но лишь с тем условием, что Корделия, кому бы она не поклонялась, став твоей рабыней, будет завязана на твой Источник, Глеб.

— Как и Ликардия.

— Понимаешь к чему я клоню?

— К тому, что самое простое решение обернется большими проблемами в бою, — кивнул я.

Маг просто не сможет работать с Магией Теней, потому что с ней буду работать я.

А если нет, то можно смело говорить о том, что смерть моя будет быстрой, но противной.

— Можно избавить ее от влияния эльфийской богини? — спросила Люция, посмотрев на драконессу.

— Рабское заклинание помогло бы, — сказала Лаурель. — По себе знаю. Стоило Глебу сделать меня рабыней и… привычное мировоззрение стало отступать. Мысли, которые раньше были очевидными, вроде «люди — это чернь», «Практиков следует истреблять», «Смерть союзникам демонов»…

— Милая, — елейным голоском обратилась к ней Ликардия. — Давай ты не будешь сватать сладенькому еще одну сосущую его магию сучку, хорошо? Ему хватает и меня. И проблем, которые он на себя навесил с рабским заклинанием. По хорошему его бы развеять…

— И выпустить тебя из-под контроля? — уточнил я. — Нет, спасибо, дорогуша. Ни тогда, ни сейчас у меня нет веры в то, что ты на самом деле за нас.

Вестница Смерти надула губки.

— Мужлан, — обиженно сказала она, после чего криво улыбнулась. — Матереешь, Глебушка…

— Кому-то хлебушка? — появилась рядом с нами Корделия, протягивая краюху хлеба. — Что вы так на меня смотрите?

Шутка уже вообще не смешная.

Ни разу.

— Почему у меня такое ощущение, что, стоит рыжей открыть рот, как у всех вокруг начинают просаживаться пункты айкью?

Вопрос риторический, но все же.

Спровадив магичку и дальше ломать голову нашему пленному (в живых его оставлять все равно у меня планов нет после услышанного), я встретился взглядом с Эллибероут, которая пристально смотрела то на меня, то на Вестницу Смерти, то снова на меня…

— Какие-то проблемы? — уточнил я.

— И большие, — согласилась она. — Рабское заклинание, которое ты использовал на Ликардии. Оно…

— Сейчас будет самое интересное, — пихнула Вестница сидящую рядом эльфийскую лучницу. — Следи за его выражением лица.

— Удиви меня.

— Ликардия — это не только магическое, но и энергетическое существо, — произнесла Эллибероут.

— Существо… — протянула Ликардия, зажмурив глаза. — М-м-м… Да, крылатая, унижай меня полностью. Издевайся над бедняжкой, которая…м-м-м-м. М-м-м?! М-м-м-м-м!

— Спасибо, — поблагодарил я Лаурель, которая закрыла нашему обрубку смертоносного оружия рот.

— Не знаю, кто плел заклинание, которое сделало ее такой, но он явно мастер, — пояснила драконесса. — Словно ее душу распустили по лоскутам и направили на усиление тела и его способностей. А затем, при воскрешении на это добавились отпечатки Магии Теней… И твое рабское заклинание… Плетения внутри нее настолько переплелись, что выдавить оттуда рабское…

— Можно ведь просто уничтожить нужное плетение и все, — блеснула эрудицией вампирша.

При том, что она не маг — ее реплика довольно… Интересна.

— Можно, — согласилась Эллибероут. — Однако его суть такова, что разрушив элемент