Пленники Аксиса - Владимир Сергеевич Василенко

отшил эту ортосскую стерву, — сказала Хестия, когда мы отошли чуть подальше. — Какого демона она вообще путается у нас под ногами?

— Пусть путается. Лучше держать её на виду. Я пока не пойму, чего от неё ждать. Но и брать её сейчас с собой было нельзя.

— Это почему?

— Просто я знаю, кого именно мы идём вызволять. И Регине это точно не понравится.

Глава 14

Откровенно говоря, я надеялся, что в хаосе, царящем сейчас в Крысином замке, нам удастся без особых проблем пробраться на склад, где держали Гарримара. Однако я ошибался. Сумятицу вносили в основном невольные постояльцы крепости — караванщики, вынужденные задержаться здесь из-за обрушенного моста. Но сами стражники действовали слаженно и чётко — чувствовалась дисциплина и богатый опыт. Большую часть охраны с второстепенных постов сняли, чтобы перебросить на стены, но о том, чтобы совсем бросить объекты без присмотра, и речи не было.

Завидев у ворот склада караульного, я чертыхнулся себе под нос. Нужно что-то придумать. Не с боем же прорываться!

Эх, надо было Энки с собой взять — может, его демоническое обаяние и здесь бы на что-нибудь сгодилось. Но увести моих людей в безопасное место было важнее, и эту задачу я никому другому доверить не мог. Тем более что никто из наших не понимает по-аррански, а для Энки языковых барьеров нет.

Я невольно усмехнулся, поймав себя на этой оговорке. «Моих людей». Впрочем, а чьих же ещё? Никто, кроме меня, о них сейчас не позаботится. А на остальных обитателей замка мне, по большому счёту, плевать.

— Нужно как-то отвлечь охрану… — проворчал я, обернувшись к Хестии.

Та, смерив караульного оценивающим взглядом, только хмыкнула, красноречиво проведя ногтем большого пальца по горлу.

— Да чего с ним возиться? Юнец желторотый. Даже пикнуть не успеет.

— Не надо! — неожиданно встрепенулась Захна и схватила меня за руку. — Пожалуйста. Не надо крови.

— А что ты предлагаешь? Никто не пропустит на склад каких-то проходимцев и рабыню.

— Я не рабыня! — снова с вызовом возразила наложница, указывая на свою шею. Рабского ошейника на ней и правда не было.

— Я знаю, кто ты, — вздохнул я. — Ты из гарема Зверя.

— Не называй его так!

— Ну, хорошо. Но, как ни назови — он сейчас пленник. Да и ты тоже, как я понимаю. Ты ведь тоже была в лагере Волкобоя вместе с остальными рабами…

— По своей воле. Чтобы следовать за моим ах’гвати.

— Надо же, как трогательно! — фыркнула Хестия. — Только что-то не верится.

Захна, порывшись в потайном кармашке на поясе, вытащила и надела массивное серебристое кольцо с камнем и продемонстрировала его разбойнице так, будто это было оружием.

— Хм… Печатка Великого Дома Гракх? Говорят, самозванцам, посмевшим надеть её, отрубают кисти обеих рук. А за подделку — сразу голову.

— Так не надевай, — с легкой усмешкой отозвалась наложница и направилась прямо к караульному.

По пути она будто преобразилась — выпрямилась, гордо вскинув подбородок, взгляд стал спокойным и уверенным. В ней действительно чувствовался кокой-то внутренний стержень, благородство, просматривающееся даже сквозь потрепанный вид и простую, неброскую одежду.

Мы с Хестией переглянулись, и разбойница пожала плечами.

— А что, может сработать, — хмыкнула она. — Давай посмотрим.

Печатка произвела на молодого стражника странный эффект. Ему будто ядовитую змею под нос сунули.

— Пропусти! — твёрдо сказала Захна. — Здесь оставлен груз, принадлежащий моему мужу. Мне нужно проверить его.

Парень испуганно заозирался и, поправляя съезжающий на лоб шлем, неуверенно промямлил:

— Простите, мона, но это вам к старшему надо. Он выдаст разрешение…

— Так проведи меня к нему!

— Не положено! Я один, без напарника. Как же я пост покину?

— Тогда пропусти. Я сама найду твоего господина.

— Он… Сейчас тоже не на месте. А мне влетит, если я вас пущу. Да и вообще, чтобы груз забрать, вам нужно предъявить бумаги…

— Поверь, сладкий, тебя сейчас совсем не бумажки должны заботить, — насмешливо заметила Хестия. — Ты что, не видишь, что вокруг творится?

Стражник, пробежавшись взглядом по нашей троице, с тревогой обернулся в сторону крепостной стены. Оттуда доносился грохот выстрелов и ругань, перемежаемые короткими командными окриками офицеров. И с каждой минутой этот гвалт становился всё громче и неразборчивее. Иногда казалось, что битва идёт уже в самом замке, хотя это было невозможно — орда не могла преодолеть пропасть, служившую крепостным рвом. По крайней мере, так быстро.

— Мы не будем ничего выносить, — заверила его Захна. — Только проверим груз. Войдем и выйдем.

Это заметно успокоило охранника, но для виду он еще немного покочевряжился.

— Я-то, может, и пропущу. Но там внутри еще посты…

— Это уже не твои проблемы, — вмешался и я. — Не трать наше время, парень!

К счастью, синдромом вахтера стражник не страдал. Видно было, что он наоборот хочет от нас поскорее избавиться. Так что после недолгих колебаний он, наконец, посторонился, пропуская нас.

— Только без глупостей! На выходе вас проверят.

Тяжелая дверь скрипнула, пропуская нас внутрь, и тут же захлопнулась.

— Ага. Проверят, — пробормотала себе под нос Хестия, оглядываясь. — Посмотрю я на это. Я ведь всё правильно поняла, Ян? Ты говорил о том самом Звере? О Бешеном Гракхе?

— Не называй его так! — снова с акцентом прошипела Захна, сверкнув глазами. Они у неё в темноте заметно светились, будто у кошки.

— Не ссорьтесь, — буркнул я. — И — да, Хестия, ты всё правильно расслышала. Нам туда.

Я указал на проход, заканчивающийся спуском в подвальные этажи склада.

По сравнению с моим прошлым визитом охраны здесь почти не осталось. Ещё двое стражников попались нам на пути, когда мы спустились в подвал. Но и они пропустили нас, увидев печатку и узнав, что мы следуем к фургону Волкобоя. Уговаривать их пришлось даже меньше, чем часового снаружи. Они обмолвились, что охрана, выставленная работорговцем, на месте. И, похоже, они и сами побаивались этих головорезов. По крайней мере, сопроводить нас ни один не вызвался.

Пока всё складывалось удачно. К тому же, бронированный гроб на колесах, в котором заточён Гарримар, находится в отдельной секции склада. И даже если мы там затеем небольшую потасовку, есть шанс, что стража ничего не заметит. Ну, а если заметят… Тем хуже для них.

Удивительно, как быстро я привык к чужим смертям. И убийство уже не кажется чем-то чудовищным и непоправимым. Просто средство для достижения цели. Эта мысль неприятно кольнула меня, но я её тут же подавил. Для угрызений совести сейчас совершенно неподходящий момент.

Мы завернули в коридор, ведущий в нужную нам секцию, и, не сговариваясь,