Стикс. Сломать систему. Часть 3 - Василий Мушинский

всех смыслах и придёт к себе отсыпаться.

Спустя битый час рейдеры встретились в комнатке возле «вахты» над лестницей.

Трот развалился на диване, принимая более удобную позу. — Ну шо, военный, не стой ты как чужой. Ждать придётся, ещё с полчаса, самое меньшее, так. Если ты конечно хочешь дожидаться нашего «атамана» здесь.

Видел я как ты на мою музыку морщился — как пить дать сам умеешь. Вот и вперёд — показывай, что можешь.

Сапёр миг смотрел на собеседника, потом на «вахту» — Ты что, девица, что б тебе серенады петь?

— Э, правильный боевой товарищ должен уметь иногда отжечь для поддержания боевого духа коллектива. Рааазумеется в рамках одобренного уставом и ситуацией времени. — Блондин вполне добродушно лыбился, не скрывая подначки.

Вояка отобрал гитару у сидевшего бойца одним резким точным движением. Как-то неловко-ловко, будто через усилие, повертел инструмент в руках. Потом гусарски небрежно уселся на диван, рядом с Тротом. Сапёр что-то рассматривал на гитаре, сосредоточенно пробуя пальцами струны. Потом принял эффектную позу с расставленными ногами и плечами «в ширь» … И-заиграл, подпевая в такт.

Гитарка была порядком расстроена, и звук был немного дребезжащий, но получалось довольно мелодично. Да и как певец «артист — самодеятельности» начал довольно неплохо. Сильный поставленный голос складывался с хорошим музыкальным слухом.

— Але, але, дежурный третьей роты

Ну как идут у вас дела?

Какие новые залёты

Мне рота за ночь припасла?

— Все хорошо, товарищ подполковник

Дела идут и служба нам легка.

Все по уставу строго безусловно

За исключеньем пустяка.

— А в чем пустяк?

— Простое дело — в бытовке лампочка сгорела

А в остальном, товарищ подполковник,

Все хорошо, все хорошо.

— Уже давно я в этой части

Но помню каждый ваш наряд

По моему уж больно часто

В бытовке лампочки летят

— Все хорошо, товарищ подполковник

Живем без неуставняка

У нас все стрижены и бриты поголовно

За исключеньем пустяка.

Ведь лампа что — пустое дело

Она с бытовкою сгорела

А в остальном, товарищ подполковник

Все хорошо, все хорошо

— Але, але! Ну что вы мне несете?

Какой там взрыв, иль что у вас пожар?

Хотя возможен в третьей роте

Хоть термоядерный удар

— Все хорошо, товарищ подполковник

Дела идут и жизнь легка

Все по уставу, строго безусловно

За исключеньем пустяка.

Ну был пожар, ну мы не скроем

Но мы казарму вновь построим

И будет все, товарищ подполковник,

Как на картинке хорошо.

— Я ничего уже не понимаю.

Я не седьмая пядь во лбу

Или ты все мне честно объясняешь

Или садишься на губу!!!

— У нас на сельские работы

Забрали четверых парней

Они к семи не возвратились в роту

И не поели вместе с ней

Вернулись во втором часу

Втроем четвертого несут

У них был пряников пакет

И от крестьяночек привет.

А чтобы силы подкрепить

Решили чаю вскипятить

Машина старая была

И коротила где могла

Она рванула как снаряд

И запылало все подряд

Проводку сразу пережгло

И в лампе лопнуло стекло

Но в остальном, товарищ подполковник

Все хорошо, все хорошо!

Исполнитель оказался реально хорош — «выдержав марку» всю песню… Он не только попадал в мелодию, но и пел с чувством, как реальный артист. Закончив, Сапёр устало выдохнул, улыбаясь. Жесткое лицо заметно смягчилось, тень каких-то приятных воспоминаний на нём читалась легко, как на огромном рекламном плакате.

Он почти нежно отложил гитару «просыпаясь» от грёзы. — Сколько же уже… Считай с курсантской молодости не играл. А вот не забылось. Да. Без нужных мозолей играть конечно совсем не то.

Вояка рефлекторно потёр кончики пальцев.

Экс мур сладко потянулся — Хорошо. Небось все девчонки во дворе сохли?

— Все не все, но кто надо ценил. — Сапёр улыбнулся.

По лестнице поднимался Радар подозрительно оглядываясь.

…Опять что ли пьянка?.. Оно конечно сейчас можно…

Парень молча всё поправлял на себе кепи неизвестной армии, с неузнаваемой кокардой. Пару минут он так и стоял перед диваном принюхиваясь и ища взглядом бутылку. Потом всё же спросил. — И что тут у нас?

Трот бодро встал. — Да, понимаешь, пикник планируем, вот вроде репетиции.

«Атаман» понимающе кивнул. — И когда планируете? На сколько персон?

— Вот прям сейчас. Сообразим на троих?

— Ладно. Бери на кухне что нужно и идём. Гитару всё-таки оставь. Не надо привыкать шуметь, даже на охраняемом стабе. — Радар развернулся на выход.

Через треть часа рейдеры уже сидели на заросшем травой пустыре неподалёку от дома. Картина маслом «охотники на привале». Только без весёлого расслабона…

— Так что опять случилось? — «Их сиятельство» заинтересованно поднял брови.

Радар…Если мы застрянем тут на пару месяцев, мы потеряем весь отряд. — Начал Сапёр — и продолжил. Сначала будем терять людей в мелких «неприятностях» и, что хуже, терять хорошее оружие, а потом встретимся с местными внешниками.

Нам тут просто нечем пополнять живую силу и снаряжение. Условия тут нехорошие. А вот терять придётся по многу — помнишь, как рубер наш пулемёт угробил? Где другой брать? Где брать кадры, на которых реально можно положиться, как на покойного Колоса? Тракторист с автоматом — это ещё не боец. Отряд тает, слабеет и довольно быстро.

Получается медленная варка лягушки. Поначалу вроде бы всё мелочи, но эти мелочи ослабляют так, что потом сил что-то изменить уже нет.

И это лишь пол дела. Слишком уж у местных доход с расходами не сходится. Что бы иметь такое снаряжение и снабжение — им надо было как-то за него платить. И единственная монета которую они могли за него гнать — это человечина. Мы перекрыли кому-то серьезный бизнес. Нам этого не простят. Странно что нам до сих пор ещё не устроили хотя бы разведку боем.

Нельзя держаться за то, что не можешь защитить, а то можно попасть как та обезьяна с кулаком в банке с орехами. Жадность не позволяет разжать кулак — и в результате хана всей мартышке.

Рейд через перемычку был очень удачен.