Девятнадцать сорок восемь том IV - Сергей Викторович Вишневский

Задал я вопрос, пока профессор не успел удалиться из аудитории. — Про пальцы я помню. А зачем помещать их в эти цилиндры?

— Так, значит… Ну, давай я тебе быстренько покажу. Бери цилиндр и установи палец ровно по центру.

Я сделал так, как сказал Артемий Георгиевич. И сразу после того как палец оказался внутри цилиндра, между ними начали образовываться маленькие молнии. От неожиданности и внезапного треска, я даже немного отпрянул назад, но при этом мой контроль магией нисколько не пошатнулся. Увидев это, профессор лишь удовлетворительно хмыкнул и слабо улыбнулся.

— Молодец. — Похвалил он меня. — Впервые вижу, чтобы человек с первого раза справился и при этом в конце от испуга не напортачил. Иначе бы артефакт можно было бы выкидывать в урну.

— И вы меня решили не предупреждать? — Удивленно проговорил я.

— А ты думаешь какой расход этих артефактов, учитывая криворукость моих учеников?

— Ну-у… — задумался я. — Одним больше, одним меньше. Думаю, это бы не сыграло роли.

— Вот именно! — Снова тень улыбки проскочила на его морщинистом лице.

— Так, с этим понятно. А для чего это вообще нужно?

— Да-а… так. По сути, это элементарная установка объясняющая преобразование магической силы в электрическую. Просто показывает наглядно. Чтобы студенты понимали, откуда берется электричество. Но как я уже сказал, из-за того, что большинство из них криворуких, я посчитал, что уж лучше заранее всё подготовлю. Хотя даже так, около пяти артефактов сегодня будет испорчено. В принципе, как и всегда.

— То есть происходит что-то вроде замыкания?

— Да. — Ответил профессор. — Чаще всего из строя выходят именно пальцы, но и цилиндры точно так же могут портиться. Что выходит ещё более накладно.

— Понял.

— Вот и отлично. Тогда ты сделай всё, только аккуратно. А у меня есть буквально двадцать минут чтобы отлучится. М-м… и это. Если будет время, через два часа загляни снова в аудиторию. Надо будет прибраться в кабинете.

— Да, конечно.

После того, как Артемий Георгиевич вышел, я быстренько выполнил его поручение, вставляя сразу по пять пальцев за раз, и направился в библиотеку. В принципе, возможно, я бы мог и больше пальцев контролировать одновременно, но так как это грозило порчей имущества, я не решился.

В библиотеке я так же выполнил несколько поручений, после чего получил первую книгу Хатаусова по развитию дара и поспешил к себе в каморку. Изложение там конечно было специфическое, но при этом, после того как привыкаешь к нему, мне начинало даже нравится. А некоторые словечки и вовсе можно было бы взять на вооружение. Правда вот произносить подобное вслух в таком заведении я бы не решился. По крайней мере, не без причины.

А вообще, в книге все знания подавались очень емко и без лишней воды, что не могло не радовать.

Проходя мимо доски объявлений на первом этаже, мой взгляд зацепился за какой-то новый и огромный список, которого раньше точно не было. Прочитав его заголовок, я встал в недоумении, пару раз моргнул и прочитал ещё раз, убедившись, что мне не показалось.

«Гладиаторский рейтинг университета!»

— Чего? Какой рейтинг? — Не сдержался я и прошептал вслух.

У нас тут чего? Люди до смерти месятся что ли? Или… как это вообще понимать?

Почесав затылок, я осмотрелся по сторонам, выискивая кого-либо, у кого можно было спросить про это. Но как назло никого из учеников рядом не проходило, а сотрудников академии, мне не хотелось отвлекать по всяким пустякам.

В итоге, я внимательнее осмотрел соседнюю доску с объявлениями и нашел очень занятную информацию. А если точнее, то среди кружков и клубов, на доске висело приглашение в гладиаторский клуб.

— Чего? — Снова повторил я вслух. — Гладиаторский клуб? Это что ещё за херня?

Глава 13

Я сидел на задней парте, которая находилась слегка в стороне. Старался лишний раз не шуметь и даже громко не дышать. Лишь бы не отсвечивать. А всё потому, что профессор артефакторики Артемий Георгиевич позволил мне присутствовать в лаборатории на его практическом занятии.

Я понимал, что он это скорее для себя делает, а не мне пытается угодить, ведь если ему понадобиться какая-либо помощь, я окажусь тут как тут. Но это не отменяло того факта, что я был чуть ли не на седьмом небе от счастья. Я поставил стул с краю от парты, чтобы лучше было видно за опытами учеников, и внимательно следил за каждым их действием.

— Так, отвлекитесь все! — Громко проговорил профессор, обращаясь к ученикам. — Отложите искры, на сегодня с этим закончим.

Все ученики отложили в стороны небольшие светящиеся артефакты, выпрямились и принялись слушать. Артемий Георгиевич дождался, пока в кабинете станет тихо и всё внимание будет сфокусировано на нем.

— Итак! Перед началом следующего эксперимента закрепим уже известную и изученную информацию. Что это такое? — Профессор взял в руку и поднял на уровне головы небольшой, полупрозрачный пузырь, который напоминал что-то между обычным полуспущенным резиновым шариком и стеклянной круглой колбочкой.

После заданного вопроса несколько учеников подняли руки и Артемий Георгиевич указав на одного из них, произнес фамилию:

— Антонов!

— Это пузырь Ясинова — без сомнений ответил тот.

— Так, прекрасно. Садись. А для чего он предназначен? — Очередной вопрос и снова несколько поднятых рук, включая того же Антонова. — Мотыгин!

— Пузырь Ясинова представляет собой тонкую, растягивающуюся пленку. — Поднявшись, начала отвечать курносый паренек. — Он предназначен для того, чтобы удерживать различные газы. В том числе и ядовитые. Помимо невероятной прочности, которая в разы превышает специально обработанную резину, он так же позволяет наблюдать некоторые процессы, которые будут проходить внутри.

— Ага. Замечательно. — Довольно покивал профессор. — Садись. А до каких размеров способен раздуваться пузырь? Так… Савинов!

— Пузырь Ясинова способен вмещать в себя около пятнадцати литров объема, в редких случая доходит до двадцати пяти, но рекомендуемый объем составляет десять литров. В целях безопасности…

— Достаточно. — Прервал его Артемий Георгиевич. — Правильно. Молодцы! — Похвалил он всю группу. — Вижу, что занятия проходят не зря. Ещё бы вы перестали допускать грубые ошибки на практике, и цены бы вам не было. — Хохотнул преподаватель. — Да? Антонов? Не пытались бы, например, спалить аудиторию или подорвать наш университет, по своей глупости…

Парень, на которого смотрел Артемий Георгиевич, слегка