Иван Мак - Сигор и Маймиро

− Сигор, я не перестала тебе верить! − заскулила Йджини.

Сигор замолчала. Она сидела некоторое время молча, а затем поднялась и ушла в свою комнату. Йджини пришла туда через минуту и села рядом.

− Тебе плохо? − произнесла Йджини.

− Плохо. Ты мне сделала плохо.

− Извини. Я не понимала, Сигор. − Йджини подошла, села рядом и обняла Сигор. − Я люблю тебя, Сигор. И я верю тебе. Я всегда тебе верю. И всегда буду верить. Не хочешь работать, ну и черт с ней с этой работой. Мы можем вообще уехать куда-нибудь.

− Некуда нам ехать, − сказала Сигор. − И незачем. И сын твой не поймет. У него здесь все друзья.

− А людям что мы скажем?

− Ничего. Чего им еще говорить? Все и так ясно. Четыре года прошло. Давно пора перевыборы устраивать. И я не пойду снова на то место. Если хочешь, иди ты, а я не пойду.

− Ладно. Не хочешь, как хочешь, − ответила Йджини.

Люди реагировали по-разному. Одним казалось, что Сигор поступила неразумно, отказавшись от места старосты. Другие решили, что она хотела получить от этого какую-то выгоду. И совсем немногие приняли объяснения Сигор о том, что она устала, и ей хочется быть свободной, а не сидеть целыми днями в управлении, решая чужие проблемы и вопросы.

Но все улеглось. Перевыборы состоялись, и Йджини решила так же отказаться от того чтобы стать старостой, решив, что без Сигор ей не справиться.

Их жизнь изменилась и через некоторое время Йджини поняла, наконец, чего хотела Сигор. Свобода, которую было почти некуда девать. И вместе с этой свободой появилось время на новые игры. Йджини и Сигор впервые за несколько лет смогли уйти далеко от людей...

− Ты хочешь лететь, Сигор? − спросила Йджини.

− Да, − ответила Сигор. − И только с тобой. Я не хочу тебя потерять.

− Тебе не кажется, что мне уже поздновато лететь?

− Поздновато? − удивилась Сигор. − О чем ты говоришь? Тебе всего сорок лет.

− Сорок четыре.

− Ну и что? Мне вон, пятьдесят уже.

− Пятьдесят. А выглядишь на тридцать. Ты же все понимаешь.

− Ничего я не понимаю. Чего ты теряешь? Мальком уехал учиться. Он уже взрослый. Ты боишься, что не выдержишь полет?

− Ты же помнишь, что со мной стало тогда?

− Я помню. И еще я помню, что тогда ты была в состояннии, когда не была готова к полету. Сама не понимала, что происходит. И нервничала и дергалась. Йджини. Люди летают в космос много лет. И я не прошу тебя сделать что-то сверх. Мы полетим на обычном пассажирском лайнере. Летим, Йджини. Или ты хочешь меня бросить?

− Я тебя? Я не хочу тебя бросать, Сигор. Это...

− Тогда, летим. И не спорь, так надо, Йджини. Это очень важно для меня. А тебе все равно нечего здесь делать.

− Угробишь ты меня когда-нибудь, − сказала Йджини, мысленно соглашаясь.

Корабль подымался в космос. Йджини от этого напряглась, и Сигор взяла ее за руку.

− Не напрягайся, Йджини, − сказала она. − И молчи, пока не взлетим. Расслабься.

Йджини несколько расслабилась. Корабль, наконец, поднялся на орбиту и прошел от планеты на некоторое расстояние. Через несколько секунд он уходил в прыжок и об этом было объявлено.

Йджини смотрела на Сигор, а Сигор на Йджини и держала ее за руку. Прыжок длился несколько минут. Корабль пришел к Хвосту-2 и прошел на космическую станцию. На ней Сигор и Йджини выходили, потому что собирались лететь на другую планету, не спускаясь вниз.

− Я думала, в прыжке будет еще хуже, − Сказала Йджини.

− Ну и смешная же ты. Прыжок вообще почти не чувствуешь.

− Почти? − переспросила Йджини.

− Да. Идем, найдем расписание и узнаем, когда идет корабль на Конфедерацию.

Он шел почти через сутки. Йджини и Сигор провели этот день вместе на станции. Сигор рассказывала Йджини о том, что помнила, о том как летала раньше. Она замолчала на некоторое время, вспомнив своего прежнего хозяина.

− Ты что-то вспомнила? − спросила Йджини.

− Да. Вспомнила своего хозяина. Смешно, наверно. Но мне и сейчас кажется, что он мой хозяин.

− Глупости, Сигор. Ты свободна.

− Ладно. Забудем об этом.

Прошел день и наступило время нового перелета, а затем спуска. Два человека впервые вступили на новую планету. Вокруг все было иначе, но первое, что бросалось в глаза − две статуи крылатых львов прямо в аэропорту. Йджини и Сигор прошли к зданию, где их встретили таможенники.

Они проверили вещи, ничего особенного не нашли и пропустили женщин дальше, на регистрацию прибытия.

− С какой целью вы прибыли на Конфедерацию? − спросил человек.

− Мы хотим посетить Священный Город Дзинты, − сказала Сигор.

− Туристы?

− Да.

− Священный Город Дзинты закрыт для туристов, − сказал человек.

− Замечательно, − произнесла Сигор. − А какие города не закрыты для туристов?

− Закрыт только Священный Город Дзинты.

− Ну и? − спросила Сигор. − Нам нельзя на Конфедерацию?

− Вы подпишете документ, в котором откажетесь от попыток посещения Священного Города Дзинты.

Сигор взглянула на Йджини.

− Его подписывать как? − спросила она.

Человек достал бланк, где уже все было написано.

− Впишите свое имя и подпись.

Сигор прочитала бумагу и взглянула на человека.

− Я этого не подпишу, − сказала она.

− Тогда, я буду вынужден отказать вам в разрешении на въезд.

− Значит, если здесь окажется крылев, вы тоже ему откажете?

− Крыльву не требуется разрешение на въезд. И он не станет...

− Вы не имеете понятия о том, что он станет, а что нет! − резко произнесла Сигор.

− Сигор! − воскликнула Йджини. − Не заводись. Здесь не место!

− Я еду в Священный Город Дзинты, − сказала Сигор. − И никто меня не остановит.

− Я буду вынужден... − заговорил человек.

− Вам лучше подписать все бумаги, − сказала Йджини, взглянув на человека. − Она крылев.

− Что? − произнес тот.

− Подписывай, − сказала Йджини. − И не буди в ней зверя.

− Если вы поедете туда, мы снимаем с себя всякую ответственность.

− Мы ее на вас и не вешали, − сказала Сигор.

Человек, наконец, подписал бумаги, и Сигор взяла их. А затем взяла Йджини за руку и пошла на выход.

Через несколько минут они оказались на железнодорожном вокзале.

− Успокойся, Сигор. Это же обыкновенный бюрократ, − сказала Йджини.

− Какое им дело, куда я еду?

− Такой порядок. Все, Сигор. Забудь о нем. Лучше скажи, что будешь делать там?

− Искать крыльвов, − ответила Сигор.

Какой-то человек, сидевший рядом поднял взгляд на Сигор, и она обернулась к нему.

Он отвернулся.

− Надо было съесть этого придурка, − сказала Сигор.

− Что? − удивленно произнесла Йджини.

− Бюрократа этого, − ответила Сигор.

− Ты явно не в себе, Сигор.

− Я в себе. Просто этот идиот мне все настроение испортил. Тоже мне, знаток крыльвов нашелся!

− А ты сама что, знаешь все правила крыльвов?

− Я достаточно знаю, чтобы понять, что это глупости...

Поезд тронулся, и Сигор взглянула в окно.

− Я буду спать, Йджини. Буди меня, если что.

Они поднялись на утро. Поезд все еще шел по своему пути. До цели оставалось совсем немного. Вскоре проводник объявил о прибытии на место.

До Священного Города Дзинты оставалось совсем немного. Всего каких-то сто километров. Сигор и Йджини прошлись по городу. Сигор выкупила машину и через несколько минут она выехала из города.

Ее остановил через полчаса военный пост. Солдат подошел к двери и попросил документ о разрешении на въезд.

Сигор молча вышла и обойдя человека превратилась в крылатого льва.

− Еще нужно разрешение? − зарычала она.

− Нет-нет... − заговорил тот. − П-простите, я вас не узнал...

Сигор вернулась в машину и нажала на газ.

− Ты явно не в духе, Сигор, − сказала Йджини. − И уже не первый день.

− Просто достала уже всякая дурость везде.

− Дурость то твоя, а не всякая, − произнесла Йджини.

− Почему моя?

− Потому что ты сама выглядишь как человек и считаешь, что все в тебе должны крыльва увидеть. Это не дурость?

− Может быть, − ответила Сигор. Она продолжала гнать, пока впереди не появилась деревня. Сигор затормозила, увидев посреди дороги людей. Те несколько расступились, и Сигор провела машину дальше.

Наконец, впереди появился город, а рядом с ним большой замок.

− Это замок крыльвов, − сказала Сигор.

− Ты уверена?

− Уверена. Ему уже несколько тысяч лет.

Машина проехала через город, выехала на плошадь перед замком и въехала в открытые ворота. Сигор остановила машину.

Рядом возникла вспышка и из нее появилась женщина.

− Это еще что такое? − произнесла она, когда Сигор вышла.