Мир Печатей 3: Отрекшийся по неосторожности - Владимир Петрович Батаев

Глава 29. Неожиданная встреча

— Ты! — почти прорычал я, шагнув к нему навстречу.

Убью гада остроухого!

— Я замечаю у вас на лице недовольство, лорд Амбер, — насмешливо произнёс наглый эльф. — Неужели моё вино не пришлось по вкусу?

Кстати, то вино я так и не попробовал. После того, как схлопотал на ладонь чёрную Печать с пробки, что-то мне расхотелось пить подарочек Отрёкшегося. Хотя вряд ли он стремился меня отравить, ведь тогда не было бы никакого смысла навешивать на меня Печать.

— Абринис, или как тебя там!..

— Или как, — слегка кивнув, признал он. — Но это разговор не для посторонних ушей.

Я пожал плечами. В принципе, можно и поговорить. Набить ему морду я успею попозже. Хотя бы разок двинуть в челюсть точно надо, для профилактики. А уж если не договоримся...

Наглый эльф жестом пригласил следовать за собой. Как будто мы к нему в гости припёрлись. А тут, по идее, теперь хозяйка капитан Ширам. Ну или я. Хотя нет, в этом мире не настолько дикое средневековье, чтобы собственность побеждённого на дуэли переходила к его убийце. Впрочем, право, даруемое силовым захватом, никто не отменял. Такое и во вполне развитых мирах практикуется, причём даже на уровне государств, только зовётся мудрёным словом «аннексия».

— Без лишних свидетелей, наедине, — повторил эльф, увидев, что мои девушки следуют за нами.

— Я полностью доверяю своим жёнам, — махнул рукой я. Подумал и уточнил: — Вернее своей жене, своей рабыне и своей любовнице.

Мелисса при этих словах фыркнула, Лора захихикала, прикрыв рот ладошкой, а капитан Ширам посмотрела на них обеих с лёгкой опаской. А на меня — как на идиота, разве что пальцем у виска не покрутила.

— Да они в курсе, — отмахнулся я.

Эльф хмыкнул, но спорить не стал. Он провёл нас в комнату, видимо, являющуюся одной из гостевых спален. Ну, это я предполагаю, что он гостил у лорда Фиореса. Вряд ли он тайком в поместье пробрался, только чтобы поговорить со мной.

Он уселся на стул возле стола, а я встал возле двери, прислонившись спиной к стене. Девушки расположились, кто где. Лора вовсе разлеглась на кровати. Ну, она нынче вообще в статусе рабыни, так что ей можно.

— Итак, кто ты такой и зачем навесил на меня чёрную Печать? — спросил я.

— Имя Абринис тебя не устраивает, да? — вздохнул эльф. — Хорошо... Имя Аарон Хармес тебе о чём-то говорит?

Я покачал головой. Я и с людской веткой лордов Хармес не сталкивался, как и с большей частью других, что уж про эльфийскую аристократию говорить. Не в тех кругах я вращаюсь.

— Ладно, можешь звать меня просто Аарон, привык я к этому имени за столько-то лет.

Так, а это как понимать вообще? И чего он лыбится?

— И ты Отрёкшийся... — полувопросительно протянул я.

Эльф засмеялся и покачал головой. А потом продемонстрировал мне ладонь, совершенно чистую, без следов чёрной Печати, которую показывал мне при первой встрече.

— Всё несколько сложнее, мой юный друг, — сообщил он. — Но для тебя это всё не имеет значения. Ник, верно? Или, может быть, Николай?

А вот это было уже совсем неожиданно. Откуда эльф может вообще знать русские имена? Я тут не первый попаданец? Или он сам...

— А ты сам-то давно тут? — наугад спросил я.

— Раза в три дольше, чем ты на свете живёшь, — снова улыбнулся Аарон.

В три раза? Да три раза ха-ха! Он, скорее всего, судит по моей нынешней физиономии, а она лет на десять моложе настоящей. Впрочем, и три четверти века — срок немалый.

— Может, мне лет семьдесят было, — всё же указал я.

— Очень сомневаюсь, — покачал головой остроухий попаданец. — Но это, опять же, не принципиально. Главное то, что мы всё-таки оба из одного мира. Впрочем, я и не сомневался.

Он окинул взглядом девушек. Я тоже. Мелисса и Лора уже в курсе насчёт моего прошлого. А вот капитан Ширам только догадывалась. И то вряд ли вариант с попаданцем из другого мира приходил ей в голову.

— Я ведь предупреждал, что лучше нам беседовать наедине, — развёл руками Аарон.

— Могу уйти, — предложила капитанша.

— Не надо, тебе лучше тоже быть в курсе, — решил я. И снова обернулся к эльфу. — И как же ты догадался на мой счёт? При той встрече в трактире?

— По разговору. Манера речи. Слова. Ты говорил, как гопник. Местные так не говорят, даже деревенщина. И ты мог бы догадаться на мой счёт. Я ведь намекал.

Я наморщил лоб, пытаясь припомнить его слова. Но память подводила. Не обращал я в тот момент внимания на манеру речи первого встречного.

— «Сделает подгон», — процитировал эльф и рассмеялся. — Ты ещё от кого-то тут такое слышал? А ты не удивился, когда я это сказал. Чем себя выдал окончательно. Так бандиты только в плохом кино говорят.

Кино? Не вирт-шоу? Кажется, он и вправду попал сюда гораздо раньше меня. И время в наших мирах течёт примерно одинаково.

— Так, с этим понятно, — кивнул я. — А зачем ты на меня Печать навесил? И почему чёрную?

— Во-первых, другие Печати нельзя передать вот так, через предмет, без участия Печатника, — загнул длинный наманикюренный палец эльф. — Во-вторых, я сделал тебе щедрый подарок. Или, если угодно, подгон.

Он рассмеялся, а я поморщился.

— Да-да, понял уже, что облажался, — всплеснул руками я. — Хорош подкалывать, давай ближе к сути. В чём заключался подарок?

— Это Печать Переноса, — перестав ржать, сообщил он. — Ты мог бы вернуться домой. Ну или попасть в другой мир, тут как повезёт. Так и не попытался активировать Печать?

Вот ещё не хватало, активировать чёрную Печать, действие которой мне неизвестно. К тому же, навязанную против моего желания и без спроса. Печать Переноса? Вот и как я вообще мог бы о подобном догадаться, а?

— Да откуда ж я мог знать, чего ты мне подсунул! — возмутился я. — А вдруг это такая магическая бомба!

— Справедливо, — не стал спорить Аарон. — И я даже надеялся, что сложится именно так. Но в безвыходной ситуации это могло стать твоим шансом на спасение.

Что ж, здравое зерно в его словах есть. В случае смертельной опасности я действительно мог бы активировать чёрную Печать в надежде на спасение. Правда, результат мне бы вряд ли сильно понравился. Но если альтернативой была бы смерть, то ладно.

— И откуда у тебя вообще такая Печать? И почему сам её не использовал?

— Ну,