Мера человек: Выбор (СИ) - Изотов Александр

Что делать?!

«Марк, думаю, самым умным решением сейчас будет отступить вместе с командором. Один на один ты с войском приора не справишься».

Один не справлюсь…

Да что-то мне подсказывает, что и Хорас со своими ополченцами не справится. Что такое горстка воинов, пара старших стай, против всего приората?

Нужно кардинальное решение, такое, что повернёт души зверей в правильное русло.

— Белый Волк, что ты задумал? — вдруг спросил Хорас.

Я сообразил, что все давно смотрят на меня. Словно на моём лице было что-то написано.

— Действуйте, как задумано, — я повернулся в сторону пустыни, — Я попробую привести подмогу.

Если только вой Белого Волка поднимет Инфериор, так тому и быть.

Намиб с удивлением проворчал:

— Не понимаю, мастер. Там нет деревень, только пустыня.

Я кивнул, и начал спускаться по бархану.

Вдруг меня окликнули. Кицунэ спускалась следом.

— Разве Рыжие Лисы не чтят тех, кто связался с демонами? — усмехнулся я.

— Идти следом это не запрещает, — буркнула Лисица, — Макото и остальные скоро будут тут. Один ты не пойдёшь, Белый Волк.

— Мастер Белый Волк.

Кицунэ лишь поморщилась, спускаясь уже впереди меня.

Глава 24. Бегущий в пустыне

Мы шли по пустыне уже пару часов, заметно заворачивая к югу. Как сказал Макото, который знал карту Жёлтого Приората лучше всех, столица была примерно в той стороне.

Мне приходилось накрывать большую площадь своим сканером, ведь это была территория хозяев пустыни. Я чувствовал их под песком, и часто поднимал руку, предупреждая спутников: надо замереть.

Иногда я покручивал в руке небольшой кинжал, подаренный мне командором Хорасом. Мы отошли уже достаточно далеко, и оружие можно было достать. Он очень не хотел, чтобы кто-либо из его воинства увидел кинжал.

«Тот, кто скажет, что я не пытался убить своего брата, лгун», — так он сказал мне, — «Я пытался, и даже ранил его. Но не зря он приор».

Хорас сказал, что после этого и сбежал из столицы. Он считал этот поступок трусостью, и даже то отравление, от которого мучился долгое время, считал чуть ли не наказанием за низость.

Что он считал низостью — попытку убийства или побег, Хорас не ответил, лишь пожимал плечами. Возможно, чего только не привидится в бреду, и сейчас, на трезвую голову, он стал смотреть на ситуацию по-другому.

Хали подтвердила, что частицы крови на клинке остались. Хотя с виду лезвие казалось чистым, лишь кое-где подхваченное ржавчинкой, но оставалось надеяться, что для обряда возвращения Белиара этого хватит.

«Марк, меня всё не отпускают слова Абсолюта о том, что где-то ошибка», — взволнованно сказал ангел.

Я кивнул, потому что тоже частенько думал о предупреждении.

— И что ты хочешь с этим делать? — Хильда с интересом смотрела на оружие в моей руке.

Четверо спутников безропотно шагали со мной по знойной пустыне, и я понял, что от них скрывать мне особо нечего.

— Во мне был демон, — начал я.

— Был? — вырвалось одновременно у Кицунэ и Макото.

Неужели они не почуяли, что Белиара больше нет?

— Получается, ты больше не осквернён? — с лёгкой неприязнью спросила Кицунэ.

— Да, — кивнул я.

Я не дал Рыжим Лисам расслабиться, а то они уже наверняка мысленно нарисовали, как прощают мне все грехи:

— Его убили, но я собираюсь его вернуть, — быстро добавил я.

Охнули все, а Кицунэ даже остановилась, положив руку на рукоять. Зверица, не только законом, но и кодексом привязанная к Небу, не могла спокойно слышать такое.

Впрочем, она вполне осознавала, что со мной ей не справиться. Вчетвером… ну, шансы, может, и есть, но только Хильда и Фолки навряд ли на меня нападут.

Да и Макото, судя по взгляду, убивать меня не спешил.

— Немыслимо, — произнесла Кицунэ, — Видит Небо, я не желала идти за приспешником демонов…

— Может, выслушаем его, сестра?

Взгляд Лисицы не светил никакими эмоциями. А у меня не было никакого желания сражаться с характерами гордых зверей, тем более, когда там всё зацементировано религией.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я молча пошёл дальше, бросив:

— Это ваш выбор.

Их шаги всё равно звучали за моей спиной, и я начал рассказывать.

Кто-то уже знал мою историю, в большей или меньшей степени. Кто-то не знал.

Про тринадцатого, про бога Каэля, про магию Абсолюта… Про девчонку Грезэ.

— Знаешь, Марк, — усмехнулась Хильда, — Вот после всего, что ты сказал, четвёртый перст, слова про первушку звучат просто… вот дерьмо нулячье, да по-детски они звучат!

— Здесь решается судьба всего Ордена, и при чём тут эта девчонка-служанка, сообразить трудно, — задумчиво бросил Фолки, — Да, примал, неясные варианты.

Судьба Ордена.

Я даже скривился — как много на меня нагрузили. Вообще-то я один, странный ноль-проповедник, ставший человеком за пару месяцев. Пытаюсь идти своей дорогой, но вечно кому-то вставляю палки в колёса, и при этом меня наматывает на эту же палку.

А теперь от меня зависит судьба Ордена.

«Марк, такова стезя великих героев. Небо каждому определяет его меру».

— Она хоть помнит тебя, эта первушка? — спросила Кицунэ, — Видит Небо, когда мы встретились, ты был первушником, а теперь человек. Значит, и нулём ты мог быть. Я вижу это, но не понимаю.

Я пожал плечами.

— Когда ты убежала на свой остров искать древний кодекс, ты больше верила мне.

— От этого зависела судьба стаи.

— А сейчас всего Ордена, — не преминул добавить я.

— Подождите, — громко оборвал всех Макото, — Вы вообще понимаете, что он сказал?

Все на него оглянулись, и даже я.

— У него «слово» бога за пазухой.

Фолки поднял глаза:

— Обычное небо, — он пожал плечами.

Я тоже поднял взгляд. И вправду, небо, как небо.

Хильда почесала затылок, поправляя тугую чёрную косу:

— Да уж, «слово». Ещё б, к нулям собачьим, знать, что с этим делать.

Я не знал. И никто не знал.

Только Абсолют сказал, что мой путь лежит на Небо, и «слово» должно быть сказано.

Но сначала девочка. Потом демон.

Вот только поход в Тенебру не понравится Абсолюту.

Кровь демона, кровь убийцы, и кровь хозяина. Если я правильно всё помню.

И где тут ошибка?

* * *

— Да ты сдурел, Белый Волк?! — Макото прошипел, округлив глаза.

— Мастер Белый Волк, — поправил его я, и Лис, выругавшись, сплюнул.

Мы лежали на дюне, глядя вдаль. Там виднелся широкий тракт, правда, ощутимо занесённый песком. Дорога из столицы к Каудграду.

Кое-где под песком ещё виднелись крупные плоские камни, из которых была вымощена дорога. Когда-то за ней следили, чистили, но с некоторых пор в Жёлтом приорате всем на всё наплевать.

— Нулячья Бездна, везде приносит лишь разруху, — проворчал Фолки, оглядывая пустынную панораму.

Как пояснил Макото, войска Жёлтого обязательно должны пройти здесь. Как говорится, если уж идти через пустыню, то по проторенной дороге.

Но вот когда я наконец озвучил ему свой план, он так и сполз назад, ухватившись за своё копьё-глефу.

— У нас уже получалось такое, — я пожал плечами, — И я тогда был всего лишь зверем.

— Эй, Марк, не зарывайся, — Хильда толкнула меня локтем.

— Тогда была горстка бандитов, а тут войско приора, — Макото продолжал ругаться, — Ты не путай меру со ступенью!

Да, когда я озвучил свою задумку, вслух она прозвучала действительно немного бредово.

Ну, действительно. Используя свою невообразимую силу, я буду убегать от отрядов приора в пустыню, пока он сам не погонится за мной.

Всё войско Гильберт в пустыню не пошлёт, чтобы не погубить, но всё равно искусится тем, что такой лакомый кусок находится неподалёку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

А помогать мне будут животные, от которых я могу спокойно сбежать, а вот большому отряду сделать это сложно.

— Приманкой буду я, — спокойно сказал я, — Если что, весь риск на мне.