Легион - Антон Чернов

заключил он. — Это: сложное, поливариантное, недоступное сенсорам действие. Работающее и на вычислители с искусственной личностью! И на всякие дурацкие банки с коллоидом!

— Сам дурацкий набор кристаллических цепочек, сложно ориентированный, — вступился я за попранную справедливость.

— Не «дурацкий», а Великий, дурацкий Гален, — надувалась его бронзоватость. — И «да», очень сложно и прекрасно ориентированных. Но — поддающимся воздействию! И заметь — закон корреляции энергия-информативность не соблюдается.

Тут бронзовый лектор был прав: были чётко выведенные формулы для передачи информации в «динамически изменяемой среде». Которая — всё, кроме абсолютно замороженных объектов, да и с ними с оговорками, но там отдельная песня. Главное, что чем больше энергии — больше информационный поток и наоборот. А в случае воздействия этих головастиков формулы не работали: объем информации, несомой воздействием — очень велик. Мы ДОЛЖНЫ были обнаружить хотя бы следовые отголоски «области», в которой это воздействие осуществляется, ну потому что каждое действие — вызывает противодействие. И некую «волну», «отклик», нетипичное колебание — хоть что-то мы ДОЛЖНЫ были зафиксировать. А этого не было.

И вот вроде всё имеющиеся данные наталкивают на вывод о «мистике». Типа колдуны псионские эти трансхомо, а то и ведьмы головастые, на монодисковых ступах. Но этот вариант… мне не нравится. Вот парадоксальный факт, но отсутствие ответа, перевод возможного ответа в зону «непознаваемого» вызывал у меня злость. Так не бывает, объяснить можно ВСЁ! А если что-то не объяснено — просто недостаточно данных. Или мозгов.

— Не соблюдается, Эмик, — признал я. — Я — думаю.

— А то я не знаю, — фыркнул Бронзовый. — Вообще, если что-то придумаешь — будет неплохо, — неожиданно признал он. — А то неуютно как-то, не нравится мне дурацкая мистика!

Впрочем мои размышления ни к чему толковому не приводили, упорно возвращаясь к образу «головастых ведьмов на монодисках». Ну, точенее, В монодисках. Но всё равно — головастых и ведьмов. Никак не складывался Путь к пониманию. Эмик тоже гудел себе под нос, изредка негромко ругая всё и вся незлобивым бронзовым словом.

И тут задумавшаяся Арвинг (тоже думала, но при отсутствии специфического образования мы её рассматривали просто как «условно-молчаливого» слушателя) махнула рукой и со злостью произнесла:

— Мы же наблюдаем воздействие! Как же так⁈

— Милая, ты — гений, — отстранённо произнёс я, судорожно проверяя и перепроверяя выстраивающийся после её слов Путь.

— Чего надумал, Гален? — заинтересовался Инвиктус.

— Наблюдатель, Эмик, наблюдатель.

— Хм-м-м… — аж на полминуты загудел Бронзовый. — «Эффект наблюдателя»? И как он вообще применим?

— А я откуда знаю? Просто единственное, что хотя бы в общих чертах объясняет картину. Ну, в плане отсутствия заметных энерготрат и РАБОТЫ, при этом с реальным эффектом.

— Не знаешь — и дурачьё! — озадаченно буркнул Бронзовый и стал кидать схемы-модели.

А сама идея… Ну, в общем, одна из объективных и доказанных загадок реальности — этот самый эффект. Кванты и прочая микро фигня Вселенной ведёт себя в присутствии наблюдателя сейчас, наблюдателя «потом» и без наблюдателя вообще — по-разному. Как бы аксиома, хотя теорий, объясняющих такое неприличное поведение — тысячи. И все друг другу противоречат, всего не объясняют. И вообще, почти наверняка — врут. И этот эффект воспринимается ну я не знаю… как слабое взаимодействие. Всё, кроме нейтринной группы — взаимодействует гравитацией, потому что материя, кроме нейтринной группы, имеет свойство, базовое, делающее её материей — взаимодействовать гравитацией. Ну и эффект наблюдателя, несмотря на необъяснённость, рассматривался таким же «базовым состоянием», по большому счёту. Но…

— А возмущения — следствие самого факта наблюдения, — гудел Эмик. — Но это всего не объясняет, Гален! И как они упорядоченно подчиняют кванты для НАСТОЛЬКО сложного воздействия?

— А у них голова большая, — изящно пошутил я. — Эмик, когда ты вывел защитные поля на максимум — ты не помешал действию. Ты создал…

— Помехи. И наблюдатели перестали видеть наблюдаемое.

— И воздействие стало размытым, не точечным. Вообще — смотри: возможно, тут работает принцип подобия. Ты же говорил, что информации в твоих вычислителях не появлялось?

— Не появлялось. Подобие… Ладно, не такой уж ты и дурачьё, Гален, — расщедрился на похвалу Бронзовый. — И ты ничего, Арвинг, — снисходительно буркнул он.

А поняв «от чего» надо защищаться — проблема защиты, как таковой, не стояла. Потому что воздействия чудовищно сложные, но точечные (и страшно подумать, НАСКОЛЬКО головастые эти типы, хотя есть варианты вроде и без триллионов вычисленией в секунду, ну, теоретически). И запредельно чувствительные к точности. А мы с Эмиком такую бурю в микромире поднимем (локально, кончено), что кроме бронзовой фиги, головастики ничего и не увидят. И наблюдать, как следствие, не смогут.

— Мы, кстати, можем ошибаться, — прогудел по окончании тестов довольный Эмик. — Очень уж это всё на какое-то дурацкое колдовство смахивает.

— Может. Но метод — точно тот. И не колдовство, а…

— Дурацкие кванты. И они точно дурачьё — воспринимать противных головастых трансгуманов за наблюдателей!

Вот чёрт знает, шутил ли Эмик или нет. Скорее всего — «да», потому что он Заносчивый Зазнайка и Бронзовое Орало, но не дурачьё, как ни удивительно. Но понять по нашей связи толком не получалось, впрочем — фиг бы с ним. Главное, что если мы и вправду найдём логово головастиков в системе двойной звезды — нам с Эмиком будет, чем отбиваться. А вот остальным — похоже, нет. Тут выходила такая загогулина: устроить бурю — ну, не слишком большая проблема. Но вот устроить её так, чтобы находящегося в области этой квантовой бури квантого-неопределённо не расхреначило… Ну, сложно. У нас фактически щитов не будет (ну, уровня среднего Инвиктуса, не больше), не из-за отсутствия энергии — энергии и не тратится на эту бурю практически. Для Инвиктуса «практически не тратится», само собой.

Дело в запредельном количестве вычислений, нужных, чтоб буря — была. А нас с Эмиком, при этом, не расхреначило.

В принципе, теоретически, фирмоментум сможет защитится. А вот с мобильными, даже тяжёлыми платформами или тем же Кастором — никак. Уже нет тонких инструментов взаимодействия с квантовыми проявлениями, таких, как наши эмиттеры. Сделать — можно, но это даже с мощностями Императорис Гладиус — месяцы, хотя саму станцию прикрыть выйдет. Ну, скажем так, сделать «на коленке» десяток-другой генераторов-эмиттеров, подключить сотни вычислителей — и нормально. Нерационально — аж жуть, но временное решение вполне приемлемое.

О чём я дяде Стёпе сообщил, а потом — настоятелю Мобилусу, подключённому к каналу. Бронзового (и Арви) похвалить не забыл, но Эмик начал всерьёз беспокоить односложным и ОЧЕНЬ самодовольным «Да!» в ответ на похвалы его Бронзового Зазнайства. Впрочем — с «дурачьём» свыкся, так что «Да!» переживу как-нибудь. С трудом и превозмогая.

И если у нас с Арви начался марафон занятия всяким, разным и этаким (да даже говорили, между