Ева - Сона Абгарян

Кровавые ошметки выносят из зала. За несколько секунд мраморный пол отполирован до блеска. Остался только подаренный бедняками портрет. Он действительно великолепен, но с Дозой не имеет ничего общего. Марго долго смотрит на картину. В действительности это потрет Вафли в королевском облачении. Все прекрасно это понимают, и картину выкидывают в окно. Присутствующие вновь аплодируют. Официанты разносят шампанское и клубнику на блестящих золотых подносах.

Марго выступает вперед в сопровождении десяти шшатинок. Все в одинаковых чулках, коротких атласных халатиках и красных лодочках на высоких каблуках.

Они тащат за собой огромный обитый атласом ящик на колесах. Гиены с окровавленными мордами стоят у трона, и с их зубов капает кровь.

Ящик со всех сторон обвязан веревками. Шшатинки тянут за них, и похожая на занавес ткань поднимается. В стеклянном аквариуме плещутся полуголые девушки, они улыбаются и приветливо машут зрителям. У всех длинные волосы и татуировка змеи на бедрах. Они двигаются медленно, словно в танце. Марго открывает дверь аквариума.

Шшатинки поочередно выходят и становятся в круг, спиной к аквариуму. Гости взирают на них с нетерпением.

В центре аквариума есть еще одна коробка, накрытая золотистой тканью. Шакалошеф беспокойно ерзает: он не видел второй коробки. Он все проверил, но коробки раньше не было. Наверное, нужно сказать об этом Дозе. Расталкивая священников, он идет в сторону Дозы, жестом велев телохранителям окружить шшатинок. Тем временем вторая коробка открывается: в ней – Доктор из рода Герберов. С отрубленными руками и ногами. И без одного глаза. Все, что осталось от его тела, сплошь покрыто язвами и ранами. Некоторые из них кровоточат.

Доза резко встает с места. Гости замерли от изумления и с ужасом рассматривают Гербера. В звенящей тишине слышно только его тяжелое дыхание. Он открывает рот и с трудом произносит:

– Отдай мне корону, Доза!

Доза таращится на Доктора. Его шрам покраснел, рот скривился от ярости. Не раздумывая, он вытаскивает меч и швыряет к дверям. Гости судорожно опускают свои головы. Гербер смотрит на Дозу единственным глазом и смеется во весь свой беззубый рот. Совершив оборот, меч возвращается и разрубает Гербера пополам, прекращая его страшный хохот. Сторонники Гербера вынимают свои мечи. Они и так были недовольны, что Доза коронуется, еще даже не похоронив Гербера Четвертого. Шшатинки вытаскивают из чулок боевых змей. Гиены и телохранители атакуют. Еще несколько секунд, и испускаемый пирамидой свет багровеет.

Ева поднимает правую руку. Дэв выходит на веранду, преображается, раскрывает блестящие крылья и взлетает в небо, чтобы объявить начало войны.

Шшати смотрит в свой пузырек. Глаз исчез. Гербера больше нет. Она выбрасывает пузырек в мусорное ведро и выглядывает в окно. В испускаемом пирамидой свете сверкает Дэв с распростертыми крыльями. Пора. Шшати выходит на улицу, за ней – десятки шшатинок. Все направляются в центр города. В разных кварталах слышны смех гиен и вой полицейских сирен.

Плащ Шшати тянется к небу, демонстрируя герб из серебряных змей. Женщины из ее отряда тщательно накрашены. Так же как их подруги, сопровождающие Марго, все они в коротких атласных халатиках и туфлях на высоких каблуках. На чулках красуются орнаменты со змеями. У каждой шшатинки автомат или меч.

– Все в центр! – командует Шшати и направляет в небо волну зеленого света. Она извивается в небе, а затем превращается в голову змеи. Из открытой пасти высовывается раздвоенный язык. Раздается шипение, заглушающее церковный перезвон. Зеленый герб кружится в небе под нависшими тучами.

Доза вопит:

– Война началась!

Он набрасывается на ближайшую шшатинку и руками отрывает ей голову, а потом, словно мяч, швыряет эту голову под ноги Марго. Карлица одним ударом разбрасывает в разные стороны десятки змей. Некоторые из гостей, ослепшие из-за ядовитых ударов, мечутся по залу. Другие в поисках спасения ползают на четвереньках. Шакалошеф со своими солдатами окружают Дозу и выводят его из зала.

Многие из военных, сохранивших верность Герберам, теперь сражаются против гиен и полиции. Патриарх хватает корону и прячется за занавесками. Священники с кадилами набрасываются на шшатинок.

– Вам теперь лучше держаться подальше, мой вождь, – говорит Шакалошеф, оставляя Дозу с телохранителями в одной из комнат. – Война будет долгой, поберегите силы.

– Шкеф, – рычит Доза, чьи глаза налились кровью, – не знаю, как ты допустил такой промах, но мы поговорим об этом позже!

– Я все сделаю. Все уже на своих местах.

В комнату вбегает Патриарх. Он отдает Дозе корону:

– Все равно вы наш король. Позвольте служить вам и пойти на войну.

Шакалошеф и Патриарх возвращаются в зал, где творится такое, что гиена ногу сломит. Многие отравлены и валяются без чувств. Гиены растерзали нескольких шшатинок. Двери закрыты.

– Пора развлечься. – Шакалошеф делает глубокий вдох и выпускает изо рта целую волну гвоздей. Его руки превращаются в большие турбины. Под ногами вырастают колеса. Делая резкие виражи, Шкеф пытается добраться до Марго. Летящие в воздухе гвозди вонзаются в руки и ноги шшатинок и разъедают их мышцы. Повсюду кровь и куски плоти. Некоторые из самых красивых девушек лежат искромсанными. Из них выползают ядовитые змеи и кидаются на противника. Гиены хихикают, отрывая остатки мяса с ног шшатинок.

Патриарх разводит руки в стороны и молится. Слова превращаются в пули и врезаются в шшатинок и герберовских военных. Военные сражаются на мечах и со щитами, обороняясь от гвоздей Шакалошефа и намоленных пуль Патриарха. Марго бьется всеми четырьмя руками, в каждой держа по шесту, из которого выскакивают длиннющие мечи. Некоторые из гостей ранены гвоздями. Они кричат и стонут от боли. Змеи сворачиваются вокруг шей гиен и душат их. Шшатинок осталось совсем немного. Заметив приближающегося Шкефа, Марго вталкивает оставшихся шшатинок в аквариум, вбегает сама и запирает его изнутри. Пуленепробиваемый куб на большой скорости мчится назад, разнося входные двери. Выжившие гости движутся в том же направлении, мешая Шакалошефу пройти вперед.

Он насылает на аквариум новую порцию гвоздей. Те застревают в стекле. Марго понимает: еще один удар, и от аквариума ничего не останется. Гиены пожирают военных, размахивая частями их тел. Своими крутящимися турбинными руками Шакалошеф вырывает сердца из выживших соратников Гербера и направляется к аквариуму, разевая огромный беззубый рот.

– Вот и все, – говорит Марго. – У нас нет выбора, сестры, нам остается только сражаться до конца.

В эту минуту потолок вдруг с грохотом обваливается, и тысячи хрустальных осколков огромной люстры, звеня, разлетаются по мраморному полу. На развалинах стоит Дэв, распростерший крылья и демонстрирующий острые чешуйки, цвет которых варьируется от чернильного до бирюзового. Сквозь