Уильям Форстен - Боевой гимн

На них обрушился настоящий град из обломков взорвавшихся вагонов. Справа от Ганса искореженное колесо поезда прочертило дугу в воздухе, затем вспахало в земле глубокую борозду и наконец остановилось в тридцати ярдах от железной дороги.

В полной прострации Ганс бросил взгляд на свой поезд. Пылающие обломки упали на крыши вагонов, и его люди уже сбрасывали их вниз. В открытых дверях предпоследнего вагона, крича от ужаса, с Эндрю на руках стояла Тамира.

Ганс оцепенело посмотрел назад, на восток. Второй поезд преследователей не сбавлял хода. Через минуту-другую он будет здесь, и не успевшим отойти от шока беглецам придется иметь дело с хорошо вооруженными воинами регулярной армии.

— Что за чертовщина?

Джек склонился к иллюминатору, привлеченный звуками раздававшихся внизу взрывов.

— Нет, ты это видел? — воскликнул Федор. — Они там что, все с ума посходили?

— Мы спускаемся ниже, — объявил Джек, отводя от себя руль высоты.

— Зачем это?

— Хочу получше рассмотреть, что там творится. Смотри, из первого поезда высыпала толпа людей. Кажется, они там стреляют.

Сердце Джека учащенно забилось. Неужели это какая-то военная операция? Может быть, на этих землях есть люди, сражающиеся с бантагами? Он должен это узнать.

«Летящее облако» опустилось на высоту четырех тысяч футов, и глазам Джека отчетливо предстала панорама боя. Рядом с первым поездом он видел рабочую команду, в сумасшедшем темпе грузящую в тендер дрова и перекачивающую из цистерны воду. У поврежденного паровоза выстроилась неровная шеренга людей, в руках некоторых из них были ружья, а в это время из бантагского лагеря к ним бежали сотни воинов, похожих на растревоженных муравьев, покидающих горящий муравейник. Джек увидел, как чуть восточнее остановился еще один поезд, с платформ которого начали спрыгивать другие бантаги.

Что же все это значит? В голове Джека мелькнула смутная догадка. Это очень напоминало рейд Эндрюса. Было похоже, что эти люди пытаются бежать. Вот только куда? И кто они такие, черт возьми?

Из переговорной трубы сбоку от него послышался пронзительный свист, и Джека от неожиданности чуть инфаркт не хватил. Он вытащил затычку.

— Что случилось?

— Над нами два дирижабля! Летят со стороны солнца, очень быстро!

Над головой Джека ухнула пушка Степана.

— Федор! Бегом к кормовой пушке! Включаю максимальную скорость!

Федор пулей вылетел из своего кресла и потянул за рычаги, раздвигавшие створки кормового порта дирижабля. Теперь его двухфунтовка была готова к бою. Джек снова услышал, как стреляет орудие Степана. Они попали в опасную передрягу, ну и черт с ним. Он должен выяснить, что происходит внизу.

— Держитесь!

Выжимая всю мощь из своих двигателей, Джек бросил «Летящее облако» в пике.

— Продолжайте отстреливаться! Григорий, держись!

Шеренга людей, которых Ганс выстроил под прямым углом к дороге, ответила на призыв своего командира нестройным залпом. Поезд преследователей остановился в ста футах от них, на той стороне моста через мелкую речку. Бантаги наседали с обоих флангов. Несколько мужчин и женщин уже пали под их выстрелами. В рельс рядом с ногой Ганса с визгом ударилась вражеская пуля, которая, срикошетив, вырвала клок из его штанов.

Старый сержант откусил кусок от табачной плитки, и его охватило какое-то странное возбуждение. Он снова был на линии огня. Антьетам, Геттисберг, Уайлдернесс. В этот миг Ганс почувствовал себя по-настоящему живым, и плевать, если это будет его последний бой!

Вскинув к плечу винтовку, он тщательно выбрал цель и спустил курок. Бантагский солдат споткнулся и упал на землю.

За спиной Ганса стрелочник с парой помощников изо всех сил молотили кувалдами по рычагу, поворачивающему стрелку, стараясь привести его в полную негодность, а шестерка зулусов пыталась повредить часть железнодорожного полотна, используя свои винтовки как ломы.

— Дирижабль!

Сердце Ганса готово было выскочить из груди. Летательный аппарат, превосходивший размерами все дирижабли, которые он когда-либо видел, падал на них с облаков. Над ним реял флаг Республики!

При виде этого чуда на глазах Ганса выступили слезы, он отошел за спины своих людей и начал отчаянно размахивать руками. И тут за кормой большого дирижабля показались еще два воздушных судна.

В днище «Летящего облака» ударила бантагская пуля и в двенадцати футах от кресла пилота образовалась небольшая дыра. Во все стороны полетели щепки.

— Куда тебя несет? — завопил Федор.

— Мы выйдем из пике на высоте в тысячу футов.

— Нас изрешетят пулями!

— Заткни пасть и начинай стрелять!

— Куда стрелять-то? Там же полный хаос!

— Выбирай крупные мишени. Только не попади в первый поезд, там наши.

Джек слегка уменьшил крутизну спуска, и тут его взгляд упал на мужчину, одиноко стоявшего позади шеренги людей, оборонявших мост к востоку от станции.

На фоне своих товарищей, одетых в лохмотья темного цвета, этот человек выделялся светло-синими брюками и темно-синим мундиром. Его поднятое к небу лицо обрамляла седая борода, и он возбужденно махал Джеку обеими руками.

— Боже милостивый! — потрясенно произнес Петраччи.

Лобовое стекло дирижабля разлетелось вдребезги, засыпав его осколками.

— Это Шудер! — заорал Джек. — Чтоб мне сдохнуть, это же Шудер!

— Что?

— Федька, там внизу Ганс Шудер!

Дирижабль продолжал падение. Федор бросил свое место у кормового орудия и подбежал к Джеку, желая увидеть все собственными глазами.

— Возвращайся к своей пушке! Нет, погоди, дай-ка мне вымпел.

Джек наконец потянул на себя штурвал, и нос дирижабля стал подниматься. Выровняв судно на высоте всего в пятьсот футов, он пролетел над поездом беглецов. Высунувшись из кабины, Джек начал кричать и махать Гансу, ведя свое судно вдоль железной дороги.

Несколько пуль, прошивших пол гондолы, привели его в чувство. На земле слева от себя Джек заметил тень от «Летящего облака». Вскоре над этой тенью появились еще две.

— Они догоняют нас!

Голос Степана с трудом пробивался сквозь рев двигателей, запущенных на полную мощность.

Вражеский снаряд прочертил над ними дугу, упал на землю и с грохотом взорвался.

«Разрывные. Черт подери, если один из них попадет в „Летящее облако“, нам конец».

Джек рванул на себя штурвал, набирая высоту, и увидел, что один из преследовавших их дирижаблей круто повернул влево.

— Федор, не спи! — воскликнул он. — Подбей его!

И тут он с изумлением заметил, что у бантагских воздушных кораблей были крылья, совсем как у птиц!

Джек вдруг припомнил разговор, состоявшийся у него когда-то с Фергюсоном. Чак говорил, что за счет крыльев у летательного аппарата может увеличиться подъемная сила и, соответственно, станет возможным уменьшить расход водорода и повысить маневренность корабля. Теперь, когда вражеский дирижабль делал вираж, Джеку были хорошо видны оба его крыла. Ему показалось, что бантагский корабль обладает лучшей маневренностью, чем его «Летящее облако». И у Джека было подозрение, что, хотя на его дирижабле целых четыре пропеллера, а у бантагов всего один, неприятель все равно не уступает ему в скорости, а то и превосходит его. Он резко бросил «Летящее облако» вправо, давая возможность Федору произвести выстрел из кормовой пушки.

Бортинженер выстрелил, и в крыле вражеского летательного аппарата возникла дыра. Однако бантагам удалось завершить поворот и выровнять судно. В следующее мгновение рявкнуло их орудие.

Разрывной снаряд просвистел в паре футов позади «Летящего облака», и Федор испуганно вскрикнул.

— Попал! — донеслось до них сверху.

Бантагский дирижабль камнем устремился к своей тени внизу. Прошло всего несколько секунд после удачного выстрела Степана, и пылающий корабль со сложившимися крыльями пронесся справа от «Летящего облака». Перед самым столкновением подбитого дирижабля с землей Джек успел заметить двух бантагов, придавленных пылающими обломками. Ему стало жаль вражеских пилотов, так как он ощущал некое внутреннее родство со всеми безумцами, осмеливающимися подниматься в воздух, даже если это были представители орды.

— Вижу второго! — крикнул Степан, и судно содрогнулось от еще одного выстрела его пушки. Буквально тут же выстрелил и Федор. Как и в прошлый раз, в крыле бантагского дирижабля появилась дыра, но сейчас их снаряд при попадании сдетонировал и от вражеского крыла отвалился кусок длиной в шесть футов. Поврежденный корабль встряхнуло, он завалился на подбитое крыло и, казалось, тоже готов был рухнуть. Однако пилотам удалось выправить дирижабль, и они полетели прочь от «Летящего облака».

— Федя, у меня для тебя два поручения. Сейчас мы опять подлетим к этой станции. Постарайся пару раз попасть во второй паровоз.