Владимир Контровский - Забытое грядущее

«Девочка, девочка, ну разве можно было быть такой неосторожной…».

Всю эту предысторию Калиф изложил жене по-военному коротко, не сводя с неё испытующего взгляда. Тимни не беспокоили попытки мужа заглянуть в её сознание — за долгие годы магиня в совершенстве овладела умением мыслить на двух уровнях. Внешний, безобидный слой при этом выставлялся напоказ, а вот пробиться к внутреннему за двадцать лет так никто и не сумел.

— Где она сейчас? — спросила Тимни, когда лорд закончил свой рассказ.

— В Первой Гавани — при штабе адмирала. Это и к лучшему — Эмир не даст и пылинке на неё упасть. Он едва не пристрелил одного юнца, когда тот попытался было, как он выразился, «раскрыть достойному лорду глаза на чёрное нутро его невесты». Флоре ничего не угрожает — пока не угрожает. А вот что ты мне скажешь, а?

— Калиф, — медленно проговорила Тимни, не опуская глаз, — мы с тобой двадцать лет, с того самого дня, когда меня доставили в Гавань на борту одного из нырятелей, мокрую и полуживую. Я приняла правду Города, и была тебе хорошей женой все эти годы. Скажи, хоть раз я давала тебе повод усомниться во мне?

— Нет, Тимни. Поверь, мы с Эмиром держались до конца. Если бы не показания этих двух молодых метисов, которые они дали под Бешеной Машиной… Пойми, речь идёт о новом мятеже, куда более страшном и целенаправленном, чем бунт Поклонников Тьмы. Я верю тебе, и адмирал верит Флоре, но остальные… В общем, есть только один выход: или ты и наша дочь расскажите всё сами, или вам обеим предстоит встреча с Убийцей Душ. Лорды гексаграммы попросту испугались — пятиконечники обвиняют всех нас в подготовке резни. Это очень серьёзное обвинение!

— Подожди, подожди, о чём ты говоришь? Ты только что сказал, что веришь мне, и тут же предлагаешь мне же покаяться неведомо в чём? Это же нелогично, мой лорд!

— Да при чём здесь я, — раздражённо бросил Калиф, ссаживая жену с колен и вставая. — Я всего лишь передаю тебе слова Истинных Хозяев, принявших решение! Тебе и Флоре не в чем признаваться? Прекрасно! Тогда вас подвергнут глубокому менталосканированию. Это вердикт, и вердикт окончательный! Или ты предлагаешь нам начать из-за вас гражданскую войну, как начали её Настоящие Разумные тысячи лет назад? Повод хороший, да и имя ты носишь одной из женщин той самой эпохи!

— Хорошо, — сказала Тимни, успокаивающим жестом положив руки на плечи мужа, — я согласна на свидание с Убийцей Душ. Только обещай мне, что если я окажусь невиновной или погибну под Бешеной Машиной, нашу девочку никто не тронет. Обещай мне это, если ты мужчина!

— Обещаю, — ответил Калиф. — И ещё я обещаю, что эти проклятые пятиконечники дорого мне за всё это заплатят!

«Пусть будет так… — подумала эла, опуская взгляд. — Ты не знаешь — и не надо тебе знать! — что весь этот так называемый новый мятеж на самом-то деле есть давно лелеемый нами план разрушения вашего проклятого Города вашими же собственными руками! Купол не взломать извне, но его можно взорвать изнутри. И носительницами этого медленного разрушения должны были стать женщины: мои дочери, и дочери других Тайных, и дочери Флоры, и дочери её дочерей…

Текучая вода рушит крепчайшие скалы и прокладывает в толще гор извилистые ходы. И в конце концов — скальная громада рушится, источенная изнутри. Я пришла освободить вас же самих от древнего магического проклятья, занесённого в этот Мир злыми звёздными ветрами из неведомых тёмных глубин Вселенной. Ах, Флора, Флора — ты казалась мне такой умницей! И вот надо же — дрогнуло глупое сердечко, и твой язык предал тебя, плетя вязь опасных слов перед врагом, показавшимся тебе другом… Мне глаз нельзя было с тебя спускать, но не могла же я постоянно быть рядом с взрослой дочерью! О случившемся сожалеть бесполезно…».

И в это время сознание Тимни кольнула ледяная игла — там, в апартаменте Хана, ещё одна женщина, которая проходит испытание. А если Муэт это испытание не выдержит? Что тогда? Кто готовил пленницу к свиданию с будущим мужем? Всё ли вам теперь ясно, лорды-Повелители, Истинные Хозяева Города?

«Помоги им — всё остальное перед этим меркнет».

Всё— в том числе и жизнь Тимни (которую на самом деле зовут совсем по-другому, и она помнит своё настоящееимя), и жизнь её дочери Флоры, и даже далеко идущие планы. Так кто же такая эта Муэт, и почему она так важна? И почему «помоги им» — разве спасения одной только Муэт будет недостаточно? «Птицы должны вырваться из силков»— а не одна птица! Старшие не бросают пустых слов — особенно если эти слова воплощаются в Зов.

Ледяная игла превратилась в лезвие, причинявшее самую настоящую боль. За те несколько дней, что Кли провела с Муэт, Хозяйка установила с пленницей надёжный ментальный контакт. И сейчас сознание элы подавало тревожный сигнал: в апартаменте Хана что-то происходит — что-то из ряда вон выходящее. Нетрудно догадаться, что именно — за Муэт пришли. Точнее, пришёл, и этот пришелец схватился с лордом. И похоже, схватка отнюдь не закончилось быстрой победой спасителя — Тимни ясно ощущает отчаянье Муэт. Где сейчас твоё место, Тайная? Ответ ясен.

«Слово за древней магией Инь…».

Мысль работает стремительно — весь этот взвихрённый калейдоскоп промелькнул в сознании Кли-Тимни всего за несколько мгновений. И когда Хозяйка снова взглянула на стоявшего перед ней Повелителя, она уже знала, чтосделает.

Глаза лорда потеплели — постоянно живущая в них холодная жестокость Истинных Хозяев на время отступила. Тимни за долгие годы безошибочно научилась различать оттенки чувств обитателей Города, и поняла, что за этим последует — собственно говоря, этого-то она и добивалась

— Кажется, — произнёс Калиф, лаская жену взглядом, — неотложные дела мы с тобой обсудили. А я ещё даже не вымылся с дороги — на моих плечах пыль всех пустынь Западного материка. Ты мне поможешь?

«Ритуал, сложившийся годами…».

— Конечно, мой лорд…

«Ритуалы следует соблюдать…».

Держа Тимни за руку, Калиф убрал стену — открылась просторная полуосвещённая ниша с овальным бассейном посередине. Хозяин шагнул внутрь и вызвал воду — пенящиеся струи быстро заполнили чашу бассейна. Одновременно эла заметила, как лорд мысленным приказом блокировал систему внутреннего слежения в апартаменте. Повелители имели на это право, и они не любили, когда за их интимными игрищами наблюдают. Калиф обожал предаваться любовным утехам в воде…

«Ты в моей власти, Истинный Хозяин…».

На какую-то долю секунды Тимни посетила мысль — а может, попробовать полностью подчинить себе лорда? — однако эла тут же её отбросила. Права на ошибку у неё, Кли, нет, и времени тоже нет. И ещё не стоит забывать об автоматике — управляемые перстнями лордов ментальные усилители чутко реагируют на малейшие изменения настроения Истинных Хозяев, носителей этих амулетов. В Городе его Повелители неуязвимы — почтинеуязвимы…

Лорд быстро разделся, вошёл в тёплую воду, доходившую ему до колен, с видимым наслаждением окунулся с головой, вынырнул и вытянулся во весь рост, лёжа на спине у края бассейна. Его обнажённое тело было поджарым и мускулистым — Хозяева ценили телесное совершенство.

— Иди ко мне, — попросил-приказал он, глядя на Тимни.

Эла нарочито медленно и плавно — ритуалы следует соблюдать! — освободилась от одежды, всей кожей ощущая закипавшее возбуждение Калифа.

— Иди ко мне, — хрипло повторил он, когда тонкая полупрозрачная ткань соскользнула по бёдрам Хозяйки на разноцветный пол. Чистая вода не создавала помех взгляду, и Тимни видела — Повелитель готов к любви. Инь-магия — страшная сила…

Расплёскивая воду, Кли опустилась в бассейн, обвилась вокруг лорда, оказалась поверх него и одним движением приняла в себя его жадную тугую плоть.

— М-м-м-м… — простонал Хозяин, прикрывая глаза. — Великие древние боги…

Его сильные руки стиснули бёдра Тимни, а от ритмичных рывков волновалась вода в бассейне. Эла прижалась к груди мужа, расстелив пологом свои густые волосы и лаская пальцами лицо и шею Хозяина. Она чувствовала — вот-вот, и этот момент ей нельзя было пропустить.

Кли ощутила толчком вплеснувшееся в неё горячее, и тут же другое горячееокатило ей грудь. Она резко распрямилась, отстраняясь от конвульсивно вздрагивающего тела Калифа.

— Смотри, мама, — гордо говорит маленькая девочка, демонстрируя веер сверкающих коготков, украсивших её тоненькие пальчики.

— Убийственное колдовство, — отвечает мать, с опаской поглядывая на дочь, — но когда-нибудь оно тебе пригодится…

Десять длинных лезвий вошли лорду под подбородок, с лёгкостью прошили мозг и пробили череп, приподняв своими кончиками мокрые волосы на голове Хозяина. Момент был выбран безошибочно — заглушенные бурным эмоциональным выбросом ментальные усилители не сработали. В самой совершенной защите можно найти брешь…