Семь Нагибов на версту часть 5 - Тимур Машуков

Проскочить между ними было можно, но сложно, потому как они довольно плотно стояли. Ну, и магией в этот момент пользоваться было нельзя, на вершине арки сиял зеленым светом Обнаружитель — мощнейший охранный артефакт, улавливающий любое изменение эфирного фона. Что ж, я и в более трудные места проходил.

Новая маска, новая молитва, новое преображение. Квасура или Квасил, можно и так и так — бог хмельной браги, он считается одним из самых веселых и жизнерадостных богов, покровитель радости, веселья и хмеля, таинства хмелеварения. Ему редко молились, он вообще мало чем отличался от обычного человека и не было в нем так явно присутствующей в других божественности. Любил он шумные застолья и покровительствовал виноделам и шутам.

Но была у него и иная сторона — темная, мало кому известная. И именно к ней мне и предстояло сейчас обратиться.

— О ты, бог Квасура, порожденье живого источника!

Хмель течет по твоим венам,

А боги с радостью привечают тебя.

Обрати на меня взор свой,

Поклонюсь тебе на четыре дороги, да на семь ветров;

Окроплю водой из камня Алатырь;

Чтобы даровал ты мне лихость веселую,

Да сокрыл от врагов истинный облик мой.

Чтоб смотрели на меня, а видели знакомого,

Чтоб говорили со мной, а слышали речи привычные.

Чтобы сердце их и разум затуманило веселье хмельное,

Чтоб ходили они мимо, да на меня не поглядывали.

Выпей чарку хмельного за меня, бог Квасура.

Выпей, да даруй силу. Гой!

С последними словами я почувствовал прилив веселья и удали. Всю серьезность как ветром сдуло. Легкой виляющей походкой я пошел к страже.

— Ну что, пид*асы ушастые? Не ждали, а я пришел! Вот вам — бухайте, твари, -сказал я, протянув им бутылку с крепким самогоном.

— Братья, вижу, как устали вы и продрогли на холодном ветру. Принес я вам бутылку Ангельской росы столетней выдержки, дабы согреть ваши тела и сердца, — вот что услышали они.

А после, сделав по глотку из бутылки, так и застыли, уйдя в нирвану. Теперь они и не вспомнят, что я тут был.

Посмеиваясь над глупостью эльфов, я, помахивая хворостиной, пошел дальше — теперь каждый во мне видит того, кого хочет увидеть. Конечно, в иной ситуации они никогда бы не пили на посту, но маска Квасура поднимала внутри любого разумного неуемную тягу к выпивке. Тут даже трезвенник приложился бы к бутылке.

Проход, по которому я шел, был освещен магическими светильниками, был сух, пах травой и постепенно уходил вниз. Не широкий — едва ли двое разойдутся, был он ухожен. Однако ничего не показывало, что тут часто ходят разумные. Да и легкий слой пыли так же навевал определенные мысли о редких посетителях.

Настроение было веселым, будто я литр водки выпил. Походка пьяная, шатающаяся, очень подходящая, когда в тебя летят стрелы или плетения. Ну и ржал я периодически, распугивая тени от светильников. А что было делать? Эта маска была со странностями, но зато имела свои плюсы — любой, кто меня увидит, примет за своего близкого друга. А если выпьет, то потеряет память.

— Кто шагает дружно в ряд?

Семь Нагибиных — отряд.

Умные, смелые, ловкие, умелые,

Мы вам песенку споем,

А потом весь мир нагнем!!!

Кто не с нами, тот нам враг,

Кто не выпьет, тот дурак…

Маршировать под веселую песенку было здорово. Так я еще и бренчал на неведомо откуда взявшейся в моих руках гитаре. А я хорошо пою, когда хочу петь. Говорят, мог бы стать звездой, но это скучно. Нет, петь надо только для себя и для поднятия боевого духа.

На звуки моего голоса спустя минут двадцать гуляния по верхнему этажу выскочила какая-то тварь, напоминающая муравья, только гораздо большего размера. Не знаю, то ли хотела послушать бесплатный концерт, то ли думала, что тут наливают на халяву, но кинулась она на меня — или ко мне — очень шустро.

А я что? Я добрый и веселый. Острот полон рот, что ни слово, то экспромт. Встретил муравьишку улыбкой светлой, да бутылкой с вином заморским. Но выпивка ему не пошла, потому как попав на него, сразу его спалила, что однозначно показало, что передо мной был не наш зверь русский, а басурманин какой.

Осознание этого факта меня очень расстроило, и я снова запел, потому как русские поют и от радости, и от горя:

— Водка закончилась, мрак на душе,

И от отчаянья мысли ужасные.

Нечего пить, я один в пустоте,

И состояние крайне опа-а-а-а-асное, -затянул я фальцетом, от которого лопнула голова еще одного неруся, принявшего форму муравья.

Пустой бутылкой я стучал по стенам в такт шагам, выбивая интересный ритм. Когда она случайно разбивалась, выпивал новую и продолжал стучать. Иногда сворачивал, иногда шел прямо. Просто так, двигаясь вперед. Ловушки обходил, даже не зацепив, монстры после пары атак бежали от моего пения. А я все шел. Зачем и куда, не помнил — почитатели Квасура никогда не отличались хорошей памятью.

Правда, в голове крутилась мысль, что я ищу себе хорошего собутыльника, который прячется где-то тут. А зачем он прячется или от кого? Конечно же, от плохой компании! Но я-то компания хорошая, и выпивка у меня прям огонь — вон, муравьишки подтвердят. А еще парочка жуков метров трех в холке и один червяк, что как раз сейчас стремительно от меня уползает.

— Ты кто⁈ — выскочили на меня двое явно не русской внешности. Острые уши, глаза злые — вот явно с похмелья маются. И одеты как-то странно — халаты до пола, украшенные вензелями. Нет, нормальный мужик такое точно не оденет! А эти не понятные настолько, что я бы в душе к ним задом не повернулся.

Точно, они из этих, а значит, и пить я с ними не буду. Правда, уже через секунду их глаза подобрели и они хором кинулись обниматься. Один что-то лопотал про брата, а второй упорно называл меня дядей. А я что? Я за мир, дружбу и хороший алкоголь. Сразу предложил им выпить, на что они с радостью согласились.

Но увы — не пошла им моя огненная вода. Совсем. От нее они как-то весело заикали, а после с громким хлопком развеялись в воздухе. Непонятна и очень интересна!!!

Ну, на всякий случай я тоже икнул и восславил Квасура новой бутылкой. У меня их большой запас — год могу пить, не переставая, потому как запасливый.

И вот